Иммунитет от предварительного обеспечения иска

Содержание:

§ 2. Иммунитет государства. Виды иммунитета

Принято различать следующие виды иммунитетов: 1) иммунитет от действия законодательства иностранного государства; 2) юрисдикционные иммунитеты: а) судебный иммунитет (иммунитет от предъявления иска в иностранном суде), б) иммунитет от предварительного обеспечения иска, в) иммунитет от принудительного исполнения судебного решения; 3) иммунитет государственной собственности.

Иммунитет от действия законодательства иностранного государства. Данный вид иммунитета имманентен тем составным частям суверенитета, которые именуются независимостью и верховенством. Действительно, если государство независимо и обладает верховенством, то невозможно без его согласия подчинить его действия иному закону, кроме собственного. Действия государства определяются его внутренним правопорядком и нормами международного права, но никак не законами другого государства. Отсюда следует, что в гражданско-правовых отношениях государство подчиняется только собственному законодательству, если оно не согласилось на иное. Вследствие этого при заключении государ-

ством частноправовой сделки с иностранным физическим или юридическим лицом в случае, если стороны не определили применимое к их отношениям право (т.е. отсутствовала явно выраженная воля государства), договор будет регулироваться правом данного государства.

Государство может согласиться на применение к соответствующему гражданско-правовому договору с его участием иного правопорядка, нежели его собственный, однако такое согласие должно быть явно выраженным. При этом подразумевается, что автономия воли сторон в таких ситуациях должна трактоваться неограниченно. Гражданско-правовое обязательство суверена не может подпадать под действие иностранного закона, если государство не согласилось на выбор такого иностранного правопорядка. С согласия государства в сделке (договоре) могут быть сформулированы изъятия из принципа иммунитета от подчинения иностранному законодательству. В то же время подобные исключения из общего правила не могут трактоваться расширительно, а должны реализовываться в строгом соответствии с оговорками, сделанными непосредственно в самом соглашении.

Некоторые авторы (например, С.И.Иванов) выделяют помимо всех названных иммунитетов еще и налоговый иммунитет. Однако представляется, что налоговый иммунитет и есть частное проявление реализации иммунитета от подчинения государства действию иностранных законов (в данном случае налогового законодательства). Показательной в этом плане является судебная практика США.

В 1812 г. Верховный суд принял решение по делу «шхуны «Икс-чейндж» (дело «The Schooner «Exchange» vs. McFaddon and others»)1. Суд отказал в решении по этому делу в иске американским гражданам, которые требовали восстановить их в правах собственности на эту шхуну, ранее реквизированную Францией и ставшую частью ее морского флота. Вынося решение, судья Маршалл заявил, что хотя все суверены обладают правами территориальной юрисдикции, они не распространяют действие этих прав на других суверенов2. Долгое время это решение считалось руководящим для американских судов.

‘Crunch W. Reports of cases argued and adjudged in the Supreme Court of the United States. N.-Y., 1911. Vol. VII 3rd ed P.116

2По мнению суда, выраженному в этом деле, «территориальная юрисдикция государства является абсолютной и исключительной и не допускает ограничений, не налагаемых ею самой» (ibid)

Постоянная палата международного правосудия в Гааге 12 июня 1929 г., разрешая дела о займах соответственно югославского и бразильского правительств («дела о сербских и бразильских займах»), размещенных среди французских граждан, признала, что вопрос о силе «золотой оговорки» по этим займам подчинен законам Югославии и Бразилии, а не французскому законодательству, ибо «к особенностям суверенного государства относится то, что оно не предполагается подчинившим существо и действительность своих обязательств иному закону, нежели своему собственному^.

Таким образом, ни одно государство не может требовать от иностранного государства подчинения «чужому» законодательству. В силу этого при заключении международно-правовых договоров государства особо оговаривают подобного рода аспекты своих отношений.

Например, Соглашение между Правительством РФ и Правительством США о содействии капиталовложениям от 3 апреля 1992 г., определяя, что от имени Соединенных Штатов будет действовать специальный уполномоченный ими орган, именуемый «эмитентом», — Корпорация зарубежных частных инвестиций (ОПИК — Overseas Private Investments Corporation), устанавливает следующее: «Эмитент как некоммерческое агентство Правительства Соединенных Штатов Америки не будет подпадать под действие законодательства Российской Федерации, применяемого в отношении коммерческих организаций, занимающихся страховой или финансовой деятельностью» (п. (с) ст. 2).

Юрисдикционные иммунитеты: судебный иммунитет (иммунитет от предъявления иска в иностранном суде); иммунитет от предварительного обеспечения иска; иммунитет от принудительного исполнения судебного решения. Юрисдикционные иммунитеты в самом общем смысле понимаются как изъятие государства и его органов из-под юрисдикции другого государства, вследствие чего без согласия государства нельзя к нему предъявить иск в иностранном суде, наложить арест на его имущество в порядке предварительного обеспечения иска или осуществить принудительные меры по исполнению решения суда другого государства. Все три приведенные подвида иммунитетов иногда называют также судебными иммунитетами в широком смысле слова. Здесь необходимо

‘Cour Permanente de la Justice Internationale. Arrftts. 1929. P. 14—15; Лунц. Л.А. Международное частное право. Особенная часть. М., 1975. С. 87.

заметить, что современные законы об иммунитете некоторых государств, хотя и устанавливают ограничение иммунитета, все-таки разделяют собственно юрисдикционный иммунитет (т.е. судебный иммунитет в узком смысле) и иммунитет от исполнительных мер. Скажем, в актах Австралии, Великобритании, Канады презюми-руется, что согласие иностранного государства на подчинение местной юрисдикции не означает согласия с применением мф по предварительному обеспечению и принудительному исполнению судебного решения.

Иммунитет от предъявления иска принято именовать судебным иммунитетом в узком смысле слова. Иными словами, данная разновидность иммунитета означает прежде всего неподсудность государства иностранному суду. Каждое государство имеет право искать в суде, т.е. само предъявить требование в суде иностранного государства к физическому или юридическому лицу. Однако заявление иска к государству в иностранном суде, как правило, невозможно, если только само государство не согласилось на подчинение юрисдикции соответствующего государства. Подобное согласие может быть выражено индивидуальным актом, т.е. выдано специально применительно к данному случаю. Например, ст. 57 Закона Венгрии о международном частном праве устанавливает, что «венгерский суд или иной юрисдикционный орган вправе осуществить производство против иностранного государства либо его исполнительного, административного или иного органа или дипломатического представителя, обладающего иммунитетом, или иного лица, пользующегося иммунитетом от венгерской юрисдикции, если иностранное государство отказалось от иммунитета».

Такой отказ от иммунитета может быть также заявлен общим порядком, допустим, в двустороннем соглашении. Например, содержание некоторых положений вышеуказанного договора между Российской Федерацией и США позволяет сделать вывод о наличии возможностей для закрепления подобного отказа. В частности, в нем устанавливается следующее: «Если эмитент при осуществлении своих прав в качестве кредитора приобретет любые такие имущественные ценности или станет правопреемником в отношении любого права, включая право собственности, право на заявление претензии, преимущественное право или право на предъявление иска, Правительство Российской Федерации признает. такое приобретение или правопреемство» (п. (а) ст. 2). Иначе говоря, если эмитент получил от российского юридическо-

го лица право на иск, обращенный к государству, т.е. Российской Федерации, то в силу договорных предписаний Правительство РФ должно признать предъявление к себе такого требования и в судебном порядке.

Выше указывалось на некоторые специфические особенности консульских и дипломатических иммунитетов. Проявление их имеет место также и в случаях отказа от иммунитета. Например, в консульских конвенциях подчеркивается, что «представляемое государство может отказаться от любых привилегий и иммунитетов работников консульского учреждения или членов их семей. ». Однако такой отказ всегда должен быть определенно выраженным и о нем должно быть сообщено государству пребывания в письменной форме (ст. 21 Консульской конвенции, подписанной 18 марта 1992 г., между Российской Федерацией и Республикой Корея).

Нормы об обязательном согласии государства на отказ от иммунитета от предъявления к нему иска в иностранном суде распространяются и на встречные иски. Иными словами, нельзя в судебном учреждении иностранного государства предъявить против государства требование в порядке встречного искового производства, даже если первоначальный иск и был заявлен в данном суде самим государством.

Иначе выглядят соответствующие правила в ситуациях отказа от консульского иммунитета. В частности, консульские конвенции могут предусмотреть противоположный подход. Так, в вышеупомянутой российско-корейской Консульской конвенции устанавливаются следующие предписания: «Возбуждение консульским должностным лицом или консульским служащим дела в том случае, когда он мог бы воспользоваться иммунитетом от юрисдикции государства пребывания, лишает его права ссылаться на иммунитет от юрисдикции в отношении какого бы то ни было встречного иска, непосредственно связанного с основным иском» (ст.21). В то же время отказ от иммунитета от юрисдикции в отношении гражданского или административного дела не означает отказа от иммунитета от исполнительных действий, являющихся результатом судебного решения. В отношении таких действий необходим отдельный отказ.

Правило о непредъявлении иска в суде к иностранному государству распространяется на все категории исков, будь то иски, заявляемые непосредственно государству — in personam (так называемые прямые иски), или косвенные иски (in rem), когда требование связано, например, с имуществом, принадлежащим госу-

дарству. Типичным примером в этом плане являются требования по поводу государственных морских или воздушных судов.

Основное содержание судебных иммунитетов может быть сформулировано следующим образом: во-первых, ни одно государство не может быть принуждено ни другим государством, ни каким-либо иным лицом быть ответчиком в иностранном суде; во-вторых, совершение государством каких-либо действий на территории другого государства с его согласия не означает автоматического подчинения юрисдикции судов последнего по делам, обусловленным такими действиями или деятельностью; в-третьих, подсудность иностранного государства местным судам может иметь место только при прямом согласии на это соответствующего государства; в-четвертых, прямо выраженное согласие на рассмотрение требования, заявленного против государства в судебном учреждении другого государства, не ведет к автоматическомуего согласию на предварительное обеспечение иска или на принудительное исполнение судебного решения, если таковое будет вынесено не в пользу государства.

Все изложенное отнюдь не означает, что государство не может выступить в иностранном суде в качестве истца. Вместе с тем судебный иммунитет предполагает, что в подобного рода ситуациях, когда государство само предъявило требование в судебном учреждении иностранного государства, оно обладает тем не менее иммунитетом в отношении встречного иска, т.е. встречное требование может заявляться опять-таки только с явно выраженного согласия государства, что является отражением общего подхода к явлению иммунитета.

Суды различных стран, сталкиваясь с вопросом об иммунитете государства, руководствуются национально-правовыми предписаниями в отношении порядка его рассмотрения, которые весьма разнятся. В США на основании § 1602 Закона 1976 г., если предъявляется иск к государству или осуществляется наложение ареста на его имущество, «решения в отношении требования иностранных государств об иммунитете должны выноситься судами Соединенных Штатов Америки». Помимо этого, п. (с)§ 1330 устанавливает, что для целей закона «факт появления иностранного государства в суде не означает признания юрисдикции in personam по любому иску о предоставлении средств судебной защиты, если он не вытекает из сделки или иных действий, указанных ⧧ 1605—1607 Закона». Сделки же, перечисленные в приведенных разделах, относятся к категории коммерческой деятельности, что означает не-

Лица в международном частном праве

признание иммунитета государства. В свете этого суд рассматривает фактическую сторону дела, которую составляют действия государства, их природу и цели, после чего выносит решение, подпадают ли они под категорию jure imperil.

В подобных условиях данные положения можно толковать только так, что явка государства (его представителей) в суд будет восприниматься последним как признание юрисдикции американского суда. Наряду с этим иностранное правительство вправе по дипломатическим каналам обратиться в Государственный департамент с ходатайством о признании иммунитета. Представители последнего делают необходимое заявление в суде. Иногда министерство юстиции и Государственный департамент, поддерживая ходатайство, могут совместно представить в суд заявление о заинтересованности Соединенных Штатов в благоприятном для иностранной стороны (государства) направлении конкретного дела (ст. 517 Свода законов США и ст. 29 Федеральных правил апелляционного производства). Вопрос о том, обладает ли иностранное государство иммунитетом, решается, как отмечалось, самим судом на основании Закона 1976 г. об иммунитете иностранных государств.

Так, при рассмотрении дела о «царских долгах» в Нью-Йоркском федеральном окружном суде США и далее на стадиях апелляционного процесса в 1986 — 1987 гг. генеральный атторней и представители Госдепартамента поддержали вступление СССР в процесс в порядке «специального обращения» (special appearance) и представили «Заявление об интересе США в благоприятном для СССР направлении дела» («Statement of Interest of the United States»). Несмотря на то, что подобные ходатайства не имеют обязательной силы для суда, тем не менее последний к ним прислушивается и учитывает их при вынесении решения.

В английском суде ссылка иностранного государства на иммунитет должна быть осуществлена собственно представителями этого государства. В отдельных случаях у суда могут возникнуть сомнения в отношении суверенного статуса государства, вследствие чего он вправе обратиться за соответствующими разъяснениями в Министерство иностранных дел. Если последнее подтверждает действительность суверенного статуса данного государства, полученная справка является для суда императивной. В Законе Великобритании 1978 г. об иммунитете установлено исключение из общего правила о явке в суд, согласно которому, если государству для доказывания своего иммунитета необходимо предстать перед су-

дом, этот факт не рассматривается как отказ от иммунитета, если только оно не предприняло иных мер.

В странах континентальной системы права, прежде всего во Франции, заявление о неподсудности либо недопустимости наложения ареста на имущество иностранного государства обеспечивается его представителями.

Например, при подготовке к рассмотрению в суде первой инстанции (Court de la grande instance) Парижа в 1993 г. иска Ирины Щукиной к Российской Федерации, обусловленного ее требованиями к музеям России и Франции по поводу картин из коллекции русского мецената С.И.Щукина, Посольство РФ во Франции от имени Министерства иностранных дел России направило французскому Министерству иностранных дел ноту, в которой имелась ссылка на международно-правовую основу иммунитета Российской Федерации, в силу которого государство не может быть привлечено к суду без его согласия. В ходе же слушаний должностные лица Посольства РФ во Франции приняли конструктивное участие. При этом в ноте Министерства иностранных дел РФ подчеркивалось, что назначение Российским государством французского адвоката и появление в суде представителей посольства никоим образом не означает его согласия на подчинение данного спора юрисдикции французского суда. Российские авторы, освещавшие данный процесс в юридической литературе, особо подчеркивали важность явки представителей Российского государства в суд.

Не подвергая сомнению в целом тактику проведения защиты по данному делу, следует тем не менее высказать одно важное соображение. Явка в суд — процессуальное действие, имеющее далеко не всегда одинаковое значение и совпадающие в юридическом отношении последствия применительно к практике судов всех стран мира. Гиперболизация проявления в этом уважения к судебному учреждению и недооценка связанных с этим в ряде случаев последствий может обернуться непоправимыми результатами негативного характера. В целом правовые последствия явки в английский или американский суд далеко не идентичны явке, как было показано выше на конкретных примерах исков в связи с картинами из коллекции Щукина, во французский суд.

В Германии для совершения процессуальных действий против иностранного государства требуется предварительное согласие правительства. В других странах, как правило, органы исполнительной власти занимают активную позицию в процессе рассмотрения судебного дела с участием иностранного государства в связи с его ссылкой на иммунитет: делают заявления о наличии или отсут-

ствии дипломатических сношений, о признании или непризнании правительства и т.п. Например, в Аргентине никакое разбирательство в аргентинском суде не может быть возбуждено против иностранного государства до того, как Министерство иностранных дел Аргентины не осуществит через дипломатические каналы запрос о согласии государства на подчинение юрисдикции аргентинского суда. В то же время указанная процедура не будет применяться, если речь идет о странах, которые допускают в отношении Аргентины ограничение иммунитета. В этом случае решение также принимается компетентными органами исполнительной власти.

Иммунитет государственной собственности. Понятно, что такие юрисдикционные иммунитеты, как предварительное обеспечение иска и принудительное исполнение иностранного судебного решения возможны только с помощью использования иммунитета государственной собственности. Следовательно, последний является средством реализации указанных двух разновидностей иммунитета. Юридическим содержанием иммунитета собственности иностранного государства является в конечном итоге запрещение обращения взыскания и принудительного изъятия имущества, принадлежащего государству, находящегося как непосредственно в руках его органов и представителей, так и в руках третьих лиц. Применительно, скажем, к практике бывшего Советского Союза и нынешней России это лица, осуществляющие право оперативного управления (хозяйственного ведения) собственностью государства.

В связи с распадом Советского Союза огромную значимость приобрели вопросы статуса собственности бывшего СССР, расположенной за рубежом, а значит, и вопросы иммунитета государственной собственности и правового положения государства в вещных отношениях в целом.

Фактическое содержание, значение и роль иммунитета того или иного вида не одинаковы. Особенно характерны эти различия, если речь идет о правовых последствиях непризнания иммунитета государств. Так, предварительное обеспечение иска, осуществленное вразрез признанию иммунитета, тем не менее может составить временную меру. Впоследствии, после либо успешного отстаивания государством ссылки на иммунитет, либо отказа в иске истцу, обеспечение может быть снято. Взыскание же, обращенное на имущество государства в порядке принудительного исполнения судебного решения, направлено на изъятие собственности. Данные вопросы приобретают чрезвычайную актуальность сегодня, когда спорадически возникает угроза государственного дефолта в связи

Государство как особый объект в МЧП

с возможностью неуплаты Российской Федерацией долгов по ГКО и ФКО, замороженных после 17 августа 1998 г., а также осуществления расчетов в рамках ликвидации задолженности по займам МВФ, кредиторам Римского и Парижского клубов, так как объявление дефолта автоматически вызовет шквал обращений взысканий кредиторов на имущество Российской Федерации (недвижимость, счета в банках, морские и воздушные суда и т.д.), находящееся за рубежом.

В упомянутом выше случае заявления во французский суд иска И. Щукиной наряду с виндикационными требованиями (истребованием вещи из рук ненадлежащего владельца и возврата их собственнику) предъявлялись и притязания обеспечительного порядка— наложение ареста на картины и каталоги выставки полотен художников-импрессионистов и А. Матисса, проходившей в Центре Помпиду. Исковые требования обосновывались тем, что право собственности Российского государства на картины не может быть признано во Франции, поскольку Декрет о национализации, узаконивший безвозмездное изъятие картин у собственника в пользу государства, противоречит французскому публичному порядку. Из этого следует, что собственником картин является Ирина Щукина как единственная оставшаяся к тому времени в живых наследница (дочь) С.И. Щукина. Напомним, что в 1954 г. во Франции слушалось первое дело по признанию права собственности и наложению предварительного ареста на картины Пикассо из той же коллекции С.И. Щукина его первой дочери — Екатерины, по которому был вынесен отказ. И в том, прошлом, и в настоящем случае отказы были мотивированы тем, что французский публичный порядок в рассматриваемых ситуациях не задет в такой мере, чтобы требовалось принятие срочных мер, что эти картины были приобретены много лет тому назад иностранным сувереном от его собственных граждан, на его собственной территории и в соответствии с законами страны. В решении от 16 июня 1993 г. содержится констатация, что картины были национализированы декретом 1918 г. и что оба российских музея представляют собой учреждения публично-правового характера1.

Проблема иммунитета государственной собственности особенно широко обсуждалась в постреволюционный период, когда в суды западных стран широкой волной пошли обращения физических и юридических лиц по поводу национализированного в Советской России (Советском Союзе), а также и за рубежом имущества бывших собственников, оказавшихся на территории этих го-

‘См.: Богуславский ММ. Иск Ирины Щукиной (о решении французского суда)//Московский журнал международного права. 1994. № 2. С. 41—51.

сударств. В подобного рода делах основным вопросом стояло признание (или непризнание) буржуазными государствами советских декретов о национализации. При этом, судебная практика в ряде случаев в некоторых странах испытала на себе воздействие политических тенденций и факторов и в силу этого характеризовалась известной неустойчивостью.

Так, в английском решении от 12 мая 1921 г. (дело Лютера — Сегора), которое считалось «руководящим» при рассмотрении «советских дел», были сформулированы основные идеи следующего содержания: если государство объявляет некую вещь своей собственностью, то английский суд не вправе входить в рассмотрение вопроса об основаниях приобретения последним права собственности. В споре Vevasseur vs. Krupp, в свою очередь составившем прецедент (leading case) для последующего разрешения дел с участием собственности советского государства, признания декретов о национализации и т. д., фигурировали снаряды, привезенные в Англию и изготовленные путем контрафакции, вопреки английскому охранному свидетельству. Однако поскольку микадо Японии потребовал этот товар как составляющий собственность его государства, то суд освободил его для возврата этому государству без расследования вопроса о том, имелась ли контрафакция вопреки английскому охранному свидетельству. Соответственно этому в решении 1921 г. указано: «Если Красин (в рассматриваемый период торгпред России в Англии. — Л.А.) привез товары в Англию от имени своего правительства и объявил, что они принадлежат российскому правительству, то ни один английский суд не может проверять такое заявление. Подобное расследование противоречило бы международной вежливости между независимыми суверенными государствами». Аналогично этому в другом английском решении 1924 г., по делу, касающемуся советского парохода «Юпитер», суд постановил: «Когда вопрос ставится об английской юрисдикции в отношении имуществ, расположенных в Англии, заявление иностранного суверена о том, что это имущество принадлежит ему, должно быть признано достаточным, поскольку, чтобы проверить правильность этого заявления, надо было бы нарушить тем самым иммунитет иностранного суверена».

В то же время в известном французском решении по делу РО-ПИТ («Российское общество пароходных компаний и торговли») суд исходил из иных воззрений, а именно: коллизионная норма Кодекса Наполеона (ст. 6) отсылает по вопросам возникновения права собственности к советскому закону, который, однако, не может быть применен ввиду его противоречия французскому публичному порядку, возводящему право частной собственности в ранг священных и неприкосновенных основ существующего во Франции правопорядка. Решения же французских судов, вынесенные после Вто-

рой мировой войны в отношении национализации, проведенной в Алжире, демонстрировали изменение позиций в этом вопросе судебной практики Франции, так как ставили во главу угла невозможность нарушения национализацией французского публичного порядка ввиду того, что она не касалась французских граждан и проводилась в пределах иностранной юрисдикции1. В течение более чем десятилетия Комиссией международного права ООН разрабатывался проект статей Конвенции о юрисдик-ционных иммунитетах государства и его собственности. В 1991 г. Комиссия постановила на своем заседании созвать международную конференцию для рассмотрения проекта и заключения Конвенции. Комиссия исходила из предлагаемого содержания ряда понятий, используемых в связи с иммунитетом государств. Например, под «государством» понимаются составные части федеративного государства, различные органы управления, учреждения или институты государства, правомочные предпринимать действия в осуществление суверенной власти, и т. д.; «коммерческой сделкой» именуется любой коммерческий контракт (или сделка), представляющий собой отдельный его (или ее) вид: продажа товаров, предоставление услуг, займ или иная сделка финансового характера, включая любое обязательство по гарантии или возмещению; любой иной контракт или сделка коммерческого, промышленного, торгового или профессионального характера, за исключением трудового договора.

Государство как субъект международного частного права 3 (стр. 1 из 3)

Субъектами МЧП выступают субъекты различной юридической природы, а именно как субъекты международного права (государства, международные межправительственные организации), так и субъекты национального права (физические и юридические лица).

Появление государств, а затем системы государств осуществление ими не только внутренних, но и внешних функций привело к развитию международного сотрудничества в различных областях. Эти отношения регулируются нормами международного публичного права и международного частного права. В отличие от отношений, которые регулируются международным публичным правом (главное место занимают политические взаимоотношения государств – обеспечения мира, безопасности и т.д.) отношения, регулируемые международным частным правом выделяются в особую группу частноправовых отношений, которые имеют международный характер, это, прежде всего имущественные отношения и связанные с ними неимущественные отношения (в области авторского, патентного права).

Необходимо отметить, что если в международном публичном праве основными субъектами являются государства, то в международном частном праве основным субъектом является не государство, хотя государство и может выступать в этом качестве, а отдельные лица – физические и юридические.

Цель работы – изучение правового положения государства как участника гражданско-правовых отношений по международному частному праву.

1. Проанализировать субъекты международного частного права;

2. Рассмотреть государство как субъект имущественных отношений, иммунитет государства и его виды;

3. Рассмотреть понятие иммунитета государства, его виды;

4. Охарактеризовать российское государство как участника гражданско-правовых отношений в международном частном праве.

1. Субъекты международного частного права: виды, краткая характеристика.

Субъекты международного частного права (МЧП) — это участники гражданских правоотношений, осложненных «иностранным элементом».

Под иностранным элементом понимаются имущественные отношения, где субъектом выступает сторона, имеющая иностранное подданство; субъекты принадлежат одному государству, а объект находится за границей; возникновение, изменение или прекращение отношений, связанных с юридическим фактом, имеющим место за границей.

К числу субъектов международного частного права относятся:

1) физические лица (граждане; лица без гражданства – апатриды; иностранные граждане; лица, имеющие двойное гражданство — бипатриды);

Содержание правового статуса физического лица в международном частном праве — совокупность правоотношений, осложненных иностранным элементом, в которых это лицо участвует.

Естественные права и свободы не относятся к исключительной прерогативе государства и должны быть предоставлены каждому человеку безотносительно к тому, где и в каком государстве он проживает. В Российской Федерации они нашли закрепление в Конституции.

Правила, выраженные в виде общепризнанных принципов и норм международного права в сфере прав человека, можно рассматривать в качестве определенных международно-правовых стандартов. Они юридически обязывают государства предоставлять лицам, находящимся под их юрисдикцией, ряд прав и свобод. Согласно ч. 1 ст. 2 ФЗ РФ «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации» иностранным гражданином считается физическое лицо, не являющееся гражданином Российской Федерации и имеющее доказательства наличия гражданства (подданства) иностранного государства.

Лицо без гражданства (апатрид) не состоит в гражданстве данного государства и не имеет юридически значимых доказательств принадлежности к гражданству другого государства. Правовое положение апатрида в первую очередь определяется законом государства проживания. При переезде апатрида в другое государство его связь с прежним государством автоматически прекращается и возникает новая связь с государством, где оказался. Права и обязанности апатрида, приобретенные в прежнем государстве, автоматически не возобновляются. Они признаются только в том случае, если в новом государстве действует закон относительно перехода этих прав и обязанностей или это государство выполняет соответствующие международные обязательства. Что касается граждан иностранных государств, то они подчиняются не только правопорядку страны пребывания, но сохраняют права и обязанности по отношению к своему государству.

У иностранных граждан как граждан определенного государства существуют юридически регулируемые правоотношения с этим государством независимо от места нахождения данных граждан. Подобное государство, требуя лояльности от своих граждан, обязано обеспечить им установленные законом права и защиту как на собственной территории, так и за рубежом. Государство распространяет свою власть на граждан, даже если они находятся за пределами его территории. В связи с этим граждане этого государства, находясь за его пределами в качестве иностранцев, пользуются по отношению к государству своего гражданства рядом прав, например правом на формирование органов государственной власти, и соответственно несут ряд обязанностей, например обязанность несения военной службы и соблюдения законов своего государства. Такие права и обязанности отсутствуют у граждан одного государства, находящихся на территории другого государства, по отношению к последнему. Отсутствуют они и у лиц, не имеющих какого – либо гражданства, в отношении любого государства.

2) юридические лица (государственные организации, частные фирмы, предприятия, научно-исследовательские и иные организации);

Государство определяет пределы и основные направления деятельности юридического лица как носителя прав и обязанностей, обладающего такой же юридической и экономической реальностью, какой обладают физические лица в качестве субъектов права. Поскольку юридическое лицо является производным явлением права (и в то же время его существенным элементом), а право всегда связанно с государством, которое территориально всегда ограничено, то возникает необходимость в «прикреплении» этого юридического лица к определенному государству. Независимо от понимания природы юридического лица, для целей гражданского оборота оно всегда обладает достаточной для признания в качестве субъекта права степенью самостоятельности и независимости.

Выяснение национальной принадлежности (личного закона юридического лица) требует ся для определения:

· статуса организации в качестве юридического лица;

· организационно-право вой формы юридического лица;

· требований к наименованию юридического лица;

· вопросов создания, реорганизации и ликвидации юридического лица,
в том числе вопросов правопреемства;

· содержания правоспособности юридического лица;

· порядка приобретения юридическим лицом гражданских прав и принятия на себя гражданских обязанностей;

· внутренних отношений, в том числе отношения юридического лица
с его участниками;

· способности юридического лица отвечать по своим обязательствам. Соответствующие положения содержатся в ч. 2 ст. 1202 ГК РФ.

· дляопределения режима деятельности иностранного юридического лица на территории РФ (таможенное и налоговое обложение, правовой режим).

4) нации и народы, борющиеся за свободу и независимость, и создание собственной государственности в лице своих руководящих органов (к их числу относится, например, Организация Освобождения Палестины);

5) международные межправительственные организации;

6) государственно-подобные образования, являющиеся субъектами международного публичного права (к ним относятся вольные города и Ватикан — резиденция главы римско-католической церкви).

Государства; нации и народы, борющиеся за независимость и создание собственной государственности; международные межправительственные организации; государственно-подобные образования, как субъекты МЧП только тогда будут входить в состав правоотношения, регулируемого нормами МЧП, когда будет выполнено следующее условие: контрагентом по сделке (или другой стороной в пра­воотношении) будет физическое, либо юридическое лицо. Правоотношения, в которых участниками являются два государства, или две межправительственные организации, или государство и межправительственная организация, не будут регулироваться нормами МЧП. Они бу­дут находиться в сфере действия международного публичного нрава.

Следовательно, если в правоотношении с одной стороны участвует субъект международного публичного права, то другой стороной для того, чтобы правоотношение регулировалось нормами МЧП, может быть только физическое либо юридическое лицо.

2. Государство как субъект имущественных отношений, иммунитет государства, его виды.

Основную группу отношений регулируемых международным частным правом составляют имущественные отношения.

Различают два вида имущественных правоотношений, в которых участвуют государства: во-первых, правоотношения, возникающие между государствами, а также между государствами и международными организациями; во-вторых, правоотношения, в которых государство выступает в качестве только одной стороны; другой стороной в этих правоотношениях могут быть иностранные юридические лица, международные хозяйственные (не межгосударственные) организации и отдельные граждане.

Иммунитет иностранного государства от обеспечительных мер в международном частном праве :Международные соглашения и иностранное право тема диссертации и автореферата по ВАК 12.00.03, кандидат юридических наук Лебедева, Марина Евгеньевна

Оглавление диссертации кандидат юридических наук Лебедева, Марина Евгеньевна

Глава 1. Иммунитет иностранного государства: общие положения.

1. Краткое описание принципа иммунитета иностранного государства в международном праве.

1.1 .Иммунитет государства — принцип международного права.

1.2. Содержание принципа иммунитета государства.

1.3. Понятие юрисдикции .

1.4. Происхождение иммунитета государства.

1.5. Основа иммунитета государства.

1.6. Дипломатический и консульский иммунитеты.

2. Виды иммунитета государства.

2.1. Судебный иммунитет в узком смысле слова

2.2. Иммунитет от предварительного обеспечения иска .

2.3. Иммунитет от мер по принудительному исполнению решения.

2.4. Иммунитет собственности государства.

3. Теория абсолютного иммунитета и теория ограниченного (функционального) иммунитета.

3.1. Теория абсолютного иммунитета.

3.2. Теория ограниченного (функционального) иммунитета.

4. Действия jure imperii и действия jure gestionis.

4.1. Понятие acta jure imperii.

4.2. Понятие acta jure gestionis.

4.3. Методы отграничения действий jure gestionis от действий jure imperii и определения коммерческого характера деятельности иностранного государства.

А. Тест « характер или цель ».

5. Источники правового регулирования.

5.1. Международные договоры и проекты международных договоров.

А. Международные договоры.

Б. Проекты международных договоров.

5.2. Национальное законодательство.

Глава 2. Проблемы иммунитета иностранного государства от обеспечительных мер.

1. Обеспечительные меры: краткая характеристика.

1.1. Понятие, цели и характерные особенности обеспечительных мер.

1.2. Виды обеспечительных мер.

2. Отличия иммунитета от предварительного обеспечения иска и иммунитета от исполнения решения от судебного иммунитета.

2.1. Краткое описание иммунитета от предварительного обеспечения иска и иммунитета от исполнения решения.

2.2. Отличия иммунитета от предварительного обеспечения иска и иммунитета от исполнения решения от судебного иммунитета.

3. Правовое регулирование предоставления иностранному государству иммунитета от предварительного обеспечения иска и иммунитета от исполнения решения.

3.1. Общие положения.

3.2. Правовое регулирование иммунитета от обеспечительных мер в международных конвенциях и проектах международных конвенций.

А. Международные конвенции .

Б. Проекты международных документов.

3.3. Правовое регулирование иммунитета от обеспечительных мер в национальном законодательстве и судебной практике.

A. Законодательство иностранных государств.

Б. Судебная практика иностранных государств.

B. Принцип иммунитета от обеспечительных мер в советском и российском законодательстве.

Глава 3. Собственность иностранного государства как объект обеспечительных мер.

1. Общие положения.

2. Иммунитет от обеспечительных мер и конкретные виды государственной собственности.

2.1 .Банковские счета дипломатических представительств.

2.2. Счета центральных банков.

Введение диссертации (часть автореферата) На тему «Иммунитет иностранного государства от обеспечительных мер в международном частном праве :Международные соглашения и иностранное право»

Актуальность темы исследования. В двадцать первом веке в мировом сообществе все отчетливее проявляется тенденция интернационализации экономической жизни и все более усиливающегося участия в ней государства. Государства давно перестали заниматься исключительно политикой и успешно осваивают различные виды коммерческой деятельности, заключая всевозможные договоры частноправового характера с юридическими и физическими лицами, в том числе и иностранными. Участвуя в коммерческом обороте на одинаковых с частными лицами условиях, государство становится для них равным контрагентом, который должен отвечать за свои действия, к которому в случае ненадлежащего поведения может быть предъявлен иск и против которого может быть вынесено судебное решение, обязывающее государство возместить убытки или иным образом восстановить нарушенное право своего партнера.

Однако участие государства в международном коммерческом обороте имеет специфику. Это объясняется особенностью самого государства как субъекта особого рода. Государства, участвуя в международной коммерческой деятельности, не перестают при этом оставаться субъектами властных отношений, которые обладают суверенитетом и независимы по отношению друг к другу. На этом основывается один из принципов международного права — принцип иммунитета иностранного государства, в соответствии с которым одно государство не может быть против своей воли подчинено власти другого государства. В теории и на практике выделяют три вида иммунитета: иммунитет от предъявления иска (судебный), иммунитет от предварительного обеспечения иска и иммунитет от принудительного исполнения судебного решения.

Первоначально возникнув как абсолютный, в ходе развития международных экономических отношений и активизации участия государств в гражданско-правовых отношениях иммунитет иностранного государства постепенно подвергался различного рода ограничениям. Главным образом они заключались в признании возможности предъявлять и рассматривать иски к иностранным государствам в судах другого государства. В настоящее время практически все государства придерживаются концепции ограниченного судебного иммунитета, в соответствии с которой иностранное государство может быть привлечено в качестве ответчика в суды другого государства без своего на то согласия, если предъявленный иск касается действий государства -ответчика в частноправовой сфере.

Долгое время после перехода большинства государств на позиции ограниченного судебного иммунитета они, тем не менее, продолжали предоставлять иностранным государствам абсолютный иммунитет от предварительного обеспечения иска и от исполнения решения. Это объясняется повышенной чувствительностью государств к возможности (даже потенциальной и временной) ограничения их прав на свое имущество .

Подобная ситуация была парадоксальной: истец , успешно выигравший судебный спор против иностранного государства и имеющий соответствующее судебное решение, не мог его исполнить, поскольку в силу принципа иммунитета иностранного государства от исполнения решения на собственность этого иностранного государства не могло быть обращено взыскание . Более того, не исключалась и ситуация, когда у проигравшего судебный спор государства к моменту исполнения решения вообще не оказывалось имущества , на которое можно было бы обратить взыскание, поскольку суд, в силу принципа иммунитета от предварительного обеспечения иска, в процессе рассмотрения дела был не в состоянии применить временные обеспечительные меры для обеспечения сохранности имущества в целях последующего обращения на него взыскания . В вопросах исполнения подобных решений выигравшая сторона могла надеяться только на добросовестность иностранного государства — своего контрагента.

Следование на практике принципу ограниченного судебного иммунитета, с одной стороны, и продолжение предоставления иностранному государству абсолютного иммунитета от обеспечительных мер на стадиях судебного разбирательства и исполнительного производства, с другой стороны, приводило к снижению значения судебной формы защиты нарушенных прав частных лиц, к утрате судебными решениями роли основного средства восстановления этих прав, и в конечном результате — к нарушению принципа равенства всех перед законом и судом и правовой незащищенности частных лиц.

Вместе с тем очевидно, что в вопросах применения обеспечительных мер иностранное государство нельзя уравнивать с обычными компаниями. Необходимо всегда принимать во внимание его особый статус и осуществление им публичных , суверенных функций, что требует наличия определенного имущества и возможности свободно им пользоваться и распоряжаться. Поэтому при решении вопроса о применении обеспечительных мер в случаях рассмотрения дел, ответчиком в которых является иностранное государство, очень важно найти и соблюсти разумный баланс интересов истца и ответчика, обеспечить реальную и справедливую защиту прав и интересов частных лиц и возможность беспрепятственного осуществления государством его функций.

В последние годы в судах ряда зарубежных государств к Российской Федерации были предъявлены иски, в качестве обеспечительной меры по которым были арестованы счета посольств России, а также другое государственное имущество. В связи с этим вопросы иммунитета от обеспечительных мер, о принципах и подходах к данной проблеме, которыми следует руководствоваться при обосновании позиции Российской Федерации в зарубежных судах, и о мерах по предотвращению возникновения в будущем подобных ситуаций и защите государственной собственности за рубежом значительно обострились.

Актуальность диссертации определяется необходимостью изучения и анализа принципов, положений, правил, которыми руководствуются на современном этапе суды различных государств при решении вопроса о применении обеспечительных мер в отношении иностранного государства и о предоставлении ему иммунитета от подобных мер, с тем, чтобы основные тенденции современного правового регулирования данного института могли быть учтены и отражены в российском законодательстве. Актуальность вопроса об иммунитете от обеспечительных мер предопределяется также и тем, что Генеральная Ассамблея ООН в декабре 2004 г. одобрила Конвенцию о юрисдикционных иммунитетах государств и их собственности, а в Государственную Думу Российской Федерации внесен проект федерального закона «О юрисдикционном иммунитете иностранного государства и его собственности», который 11 марта 2005 г. был принят в первом чтении. В случае подписания и ратификации Россией данной Конвенции ООН и принятия этого закона потребуется обеспечить единообразное применение на практике положений этих правовых актов и формирование на их основе российской правоприменительной практики по вопросу о юрисдикционных иммунитетах иностранного государства. Необходимо также будет внести соответствующие изменения в различные законодательные акты Российской Федерации.

Проблема иммунитета от обеспечительных мер имеет важное практическое значение и в других отношениях: в той или иной мере она возникает и требует решения при разработке и заключении Российской Федерацией двусторонних договоров о поощрении и взаимной защите капиталовложений, договоров о торговом мореплавании и многих других торговых договоров.

В диссертации сформулированы предложения по совершенствованию российского законодательства в области иммунитета иностранного государства от обеспечительных мер, предложения по изменению отдельных положений международно-правовых актов, а также практические рекомендации, которыми смогут руководствоваться коммерческие организации при заключении с иностранными государствами гражданско-правовых договоров различного рода.

Состояние научной разработанности темы исследования. В отечественной юридической литературе вопросам юрисдикционного иммунитета иностранных государств до недавнего времени уделялось сравнительно небольшое внимание. Проблема иммунитета и ее отдельные аспекты затрагивались, главным образом, в учебниках и курсах Л.П. Ануфриевой , С.И. Ивановым, С.Б. Крыловым, С.Н. Лебедевым, И.И. Лукашуком , Л.А. Лунцем, И.С. Перетерским, Е.Т. Усенко и др. В большинстве этих исследований и публикаций тщательно исследовались и разрабатывались вопросы правовой природы только одного из видов юрисдикционного иммунитета — судебного, а вопрос об иммунитетах от предварительного обеспечения и исполнения судебного решения освещался попутно либо не затрагивался вообще.

В разные годы по вопросам юрисдикционных иммунитетов иностранных государств были изданы комплексные монографии М.М. Богуславского , Н.А. Ушакова, И.О. Хлестовой, в которых авторы посвятили специальные главы или разделы вопросам иммунитета иностранного государства от обеспечительных мер. Однако труд М.М. Богуславского был издан на иной стадии развития института иммунитета иностранного государства и основывался на принципах, кардинально отличающихся от современных. В книге Н.А. Ушакова анализировался только один документ по проблеме иммунитета — проект статей о юрисдикционных иммунитетах государств и их собственности, подготовленный Комиссией международного права ООН . В самой современной монографии И.О. Хлестовой анализируются все проблемы, связанные с юрисдикционными иммунитетами, но именно в силу данного обстоятельства проблемы иммунитета от обеспечительных мер не получили в этом исследовании достаточно подробного освещения.

В российской юриспруденции исследовались также и характерные особенности обеспечительных мер. Так, в 2002 г. Н.В. Павловой была защищена кандидатская диссертация, посвященная предварительным обеспечительным мерам в международном гражданском процессе, в которой тщательно исследуется институт предварительного обеспечения, но без должного учета проблемы иммунитета иностранного государства. В 2005 г. О.Н. Толмачева защитила кандидатскую диссертацию, посвященную Типовому закону ЮНСИТРАЛ « О международном торговом арбитраже » и российскому законодательству, в которой рассматривались, в том числе, и вопросы обеспечительных мер, применяемых международными коммерческими арбитражами . Однако в этой диссертации не исследовался вопрос о применении обеспечительных мер в том случае, если стороной третейского разбирательства является иностранное государство.

Ряд актуальных проблем, связанных с предоставлением иностранному государству иммунитета от обеспечительных мер, пока не нашел отражения в отечественной литературе. Отсутствуют специальные исследования, которые были бы посвящены исключительно иммунитету иностранного государства от обеспечительных мер и в которых при этом исследовались бы теоретические основы данного принципа, его историческое развитие, давалась бы оценка современного состояния нормативно-правового регулирования и судебной практики по данному вопросу.

В работах иностранных ученых вопросу об иммунитете иностранного государства от обеспечительных мер уделяется значительно больше внимания. В частности, следует выделить публикации таких ученых, как Г. Бадр, JI. Буше, Д. Деллапенна, Ж.-Ф. Лалив , Г. Лаутерпахт, Л. Оппенгейм, Я. Синклер, С. Сучариткул, П. Тробофф, А. Фердросс , К. Шрейер. Ряд работ был посвящен специфическим проблемам иммунитета иностранного государства от обеспечительных мер, а именно — возможности применения подобных мер в отношении конкретных видов государственной собственности.

Проблема иммунитета иностранного государства от обеспечительных мер исследовалась на международном уровне. В рамках работы Комиссии международного права ООН было подготовлено несколько докладов, в которых анализировались международные конвенции и внутреннее законодательство государств, образующие данный правовой институт, судебная практика, доктринальные воззрения. Вопрос об иммунитете иностранного государства от обеспечительных мер был предметом рассмотрения и иных международных организаций, в частности, Ассоциации международного права, Института международного права, Организации американских государств.

Объектом исследования является комплекс правовых отношений, возникающих в ходе гражданского судопроизводства при рассмотрении дел с участием иностранных государств и связанных с решением вопросов применения на различных стадиях судопроизводства обеспечительных мер в отношении иностранной государственной собственности.

Предметом данного исследования являются теоретические основы принципа иммунитета иностранного государства от обеспечительных мер, различные формы закрепления на международно-правовом и национальном уровнях правил о предоставлении иностранным государствам этого вида иммунитета, судебная практика различных государств по данному вопросу.

Настоящее диссертационное исследование проводилось с целью выявления основных тенденций в закреплении в международном праве и иностранном законодательстве и применении на практике иностранными судами принципа иммунитета иностранного государства от обеспечительных мер, определения и изучения правовых отношений, складывающихся при реализации данного принципа, определения вероятных направлений развития этого правового института и формирования предложений по совершенствованию российского законодательства в данной сфере.

1) исследовать в целом сущность и содержание принципа иммунитета иностранного государства в современном международном праве, основываясь на анализе теории абсолютного иммунитета и теории ограниченного иммунитета, изучении предпосылок появления и исторического развития теории ограниченного иммунитета;

2) дать краткую характеристику видов обеспечительных мер, применяемых в современном гражданском процессе;

3) выявить отличия иммунитета от обеспечительных мер от судебного иммунитета;

4) проанализировать правовую природу иммунитета от обеспечительных мер;

5) провести сравнительно-правовой анализ норм, регулирующих институт иммунитета иностранного государства от обеспечительных мер, содержащихся в международных договорах, проектах международных документов и иностранном законодательстве;

6) провести сравнительно-правовой анализ судебной практики зарубежных государств по вопросу об иммунитете иностранного государства от обеспечительных мер;

7) исследовать правовой статус собственности иностранного государства как объекта обеспечительных мер и выявить особенности применения обеспечительных мер к отдельным видам государственной собственности;

8) определить основные направления совершенствования российского законодательства в области иммунитета иностранного государства.

Методологические основы исследования. При написании диссертации автор использовал общие и частные научные методы познания: диалектический, системный, исторический, сравнительно-правовой, формально-логический.

Теоретическую основу исследования составили труды отечественных ученых в области международного частного права: М.М. Богуславского , Г.К. Дмитриевой, В.П. Звекова, С.И. Иванова , С.Б. Крылова, С.Н. Лебедева, И.И. Лукашука , Л.А. Лунца, А.Л. Маковского, Н.И. Марышевой , И.С. Перетерского, Е.Т. Усенко, Н.А. Ушакова , И.О. Хлестовой. В процессе подготовки диссертации автором также привлекались исследования российских авторов в области общей теории права и гражданского процесса.

Диссертант уделил значительное внимание исследованиям иностранных ученых, которые внесли большой вклад в изучение и развитие проблемы иммунитета от обеспечительных мер, в частности, Г. Бадра, Я. Броунли , Л. Буше, Д. Делапенны, Ж.-Ф. Лалива , Г. Лаутерпахта, Л. Оппенгейма, Я. Синклера, С. Сучариткула, П. Тробоффа, А. Фердросса , X. Шака, К. Шрейера.

В процессе работы над диссертацией автором использовались материалы по проблемам юрисдикционных иммунитетов иностранного государства и обеспечительных мер, подготовленные в рамках международных организаций — Организации Объединенных Наций, Ассоциации международного права, Организации американских государств.

Нормативную основу исследования составляют международные договоры, которые в той или иной мере регулируют отношения, связанные с иммунитетом иностранного государства от предварительного обеспечения иска и исполнения решения, проекты международных договоров в этой сфере, иностранное законодательство в области иммунитета иностранного государства, иностранное процессуальное законодательство, а также российское процессуальное и иное законодательство и проект федерального закона « О юрисдикционном иммунитете иностранного государства и его собственности ».

Эмпирическую базу диссертации составляют решения судов США , Великобритании, а также ряда государств континентальной Европы: Австрии, Бельгии, Германии, Италии, Нидерландов, Франции, Швейцарии.

Научная новизна исследования состоит, прежде всего, в подходе к исследованию проблемы иммунитета иностранного государства от обеспечительных мер. Впервые предпринята попытка комплексного анализа правовой природы данного вида иммунитета в международном частном и иностранном национальном праве, показана его связь с судебным иммунитетом и отличия от него. В диссертации исследовано развитие доктрины ограниченного иммунитета иностранного государства от обеспечительных мер.

В исследовании рассматриваются особенности собственности иностранного государства как объекта обеспечительных мер, применяемых в гражданском судопроизводстве , критерии, используемые при наложении различного рода обременений на иностранную государственную собственность, а также особенности применения обеспечительных мер в отношении отдельных видов собственности государств.

На основе изучения международного опыта выдвинут ряд предложений по совершенствованию нормативно-правового регулирования института иммунитета иностранного государства от обеспечительных мер как на международном уровне, так и в российском законодательстве.

К положениям, выносимым на защиту, относятся следующие.

1. Понятие « иммунитет иностранного государства от обеспечительных мер » представляет собой собирательную дефиницию и объединяет иммунитет от предварительного обеспечения иска и иммунитет от исполнения судебного решения.

В диссертации показано, что такое объединение двух вышеуказанных видов иммунитета производится по следующим основаниям. Во-первых, в обоих случаях ограничиваются (либо временно, либо окончательно) правомочия иностранного государства по владению, пользованию и распоряжению принадлежащим ему имуществом , находящимся на территории государства суда или третьего государства. Во-вторых, такое ограничение применяется судом в целях защиты прав и интересов истцов и для обеспечения выполнения потенциального судебного решения или в целях принудительного исполнения уже реально существующего судебного решения, вынесенного против иностранного государства. Таким образом, объект обеспечительных мер и цели применения обеспечительных мер в отношении собственности иностранного государства на стадии судебного разбирательства и на стадии исполнительного производства практически идентичны.

Обеспечительные меры в отношении собственности иностранного государства применяются судом не произвольно, а при наличии определенных оснований, установленных международным правом и/или внутренним законодательством государства суда. В работе показано, что основания применения предварительных обеспечительных мер и мер по исполнению судебного решения во многом совпадают.

Таким образом, автор приходит к выводу о том, что если на различных стадиях судопроизводства объект и цели обеспечительных мер и основания их применения в отношении иностранного государства совпадают, то уместно говорить об общем иммунитете от обеспечительных мер, без выделения иммунитета от предварительного обеспечения иска и иммунитета от исполнения судебного решения.

2. В диссертации обосновывается, что существует ряд значительных отличий иммунитета от обеспечительных мер от судебного иммунитета, несмотря на их единую основу и взаимосвязь. Иммунитет от обеспечительных мер отличается от судебного по времени возникновения, по содержанию, по субъектному составу возникающих правоотношений и по последствиям, связанным с нарушением права иностранного государства на предоставление судебного иммунитета или его права на предоставление иммунитета от обеспечительных мер.

Право иностранного государства на иммунитет от обеспечительных мер возникает в большинстве случаев на стадии судебного разбирательства и на стадии исполнительного производства, т.е. уже после того, как иностранному государству отказано в предоставлении судебного иммунитета.

Содержание правила об иммунитете от обеспечительных мер состоит в обязанности суда и органов, осуществляющих принудительное исполнение судебных актов, воздерживаться от санкционирования и совершения действий, направленных на принудительное вторжение в сферу имущественных интересов иностранного государства и ограничение прав иностранного государства на его имущество в случаях, когда иностранное государство имеет право на иммунитет данного вида.

При непосредственном применении обеспечительных мер в возникающих правоотношениях участвует, помимо суда и иностранного государства — ответчика, новый субъект — исполнительные или административные органы государства суда, которые обращают взыскание на иностранное государственное имущество, осуществляют арест такого имущества или совершают иные принудительные действия, направленные на обеспечение иска или исполнение решения.

Принудительное применение обеспечительных мер в отношении собственности иностранного государства влечет для него более суровые и неблагоприятные последствия, по сравнению с последствиями несоблюдения права иностранного государства на судебный иммунитет. На практике простое предъявление иска к иностранному государству еще не ведет к ущемлению каких-либо существенных его прав, тогда как ограничение возможности иностранного государства пользоваться и распоряжаться своим имуществом является более серьезным посягательством на государственный суверенитет.

Государства относятся с повышенным вниманием к своему иммунитету от обеспечительных мер. Применение таких мер в отношении собственности иностранного государства может привести к неблагоприятным политическим последствиям и напряженности в международных отношениях, по крайней мере, между государством суда и государством — ответчиком, и, возможно, государством национальной принадлежности истца, а также к переходу правового спора , подлежащего разрешению судом, в сферу дипломатических межгосударственных отношений.

3. На международном и национальном законодательном уровнях четко прослеживается усиливающаяся тенденция ограничения иммунитета иностранного государства от обеспечительных мер. Анализ международных документов, иностранного законодательства и судебной практики иностранных государств позволяет сделать вывод, что в настоящее время не все виды государственного имущества пользуются абсолютным иммунитетом от обеспечительных мер.

Все правовые акты в этой сфере построены на принципе « остаточного иммунитета », в соответствии с которым иммунитет от обеспечительных мер должен предоставляться только в тех оставшихся случаях, которые не названы в международных договорах и законах как основания исключения права иностранного государства на иммунитет от обеспечительных мер. Общепризнанно, что независимо от наличия или отсутствия согласия иностранного государства, обеспечительные меры могут применяться в отношении собственности иностранного государства, находящейся в пределах юрисдикции государства суда и используемой в коммерческих (торговых) целях.

4. Поскольку предварительные обеспечительные меры и меры по принудительному исполнению судебного решения могут быть обращены на коммерческую собственность иностранного государства, необходимо отграничить это вид государственной собственности от иных видов его собственности. Для определения того, какая именно государственная собственность является коммерческой, применяются определенные критерии. Они отличаются от критериев, применяемых судами при решении вопросов, связанных с судебным иммунитетом иностранного государства и допустимостью рассмотрения предъявленного против него иска (в таких случаях, как правило, применяется критерий характера, природы сделки или деятельности иностранного государства).

При решении вопроса о применении обеспечительных мер в отношении собственности иностранного государства, находящейся на территории государства суда, применяется иной критерий, а именно — критерий цели использования такой собственности. Критерий характера государственной собственности в данном случае неприменим, поскольку сама по себе собственность иностранного государства не имеет ни суверенного, ни коммерческого характера. Конкретный характер иностранная государственная собственность приобретает в зависимости от цели ее использования, т.е. характер государственной собственности зависит и производен от цели ее использования, которая первична. Следовательно, цель использования иностранной государственной собственности является единственным критерием, при помощи которого решается вопрос о возможности предоставления иностранному государству иммунитета от обеспечительных мер.

5. Анализ международно-правовых актов, законодательства и судебной практики различных государств позволил сделать вывод о том, что существуют определенные категории государственной собственности, которые всегда пользуются иммунитетом от обеспечительных мер. Это объясняется особой значимостью данных видов имущества для обеспечения нормального функционирования государства, для выполнения его суверенных функций и задач, а также явной некоммерческой целью использования этих видов собственности. Абсолютный иммунитет от обеспечительных мер предоставляется следующим видам государственной собственности:

— имуществу , используемому для дипломатических целей;

— собственности государства, представляющей собой культурные ценности и используемой для некоммерческих целей.

6. До принятия в декабре 2004 г. Конвенции ООН о юрисдикционных иммунитетах государств и их собственности иммунитет банковского счета дипломатического представительства от обеспечительных мер не регулировался на международном уровне. Из-за этого в судах часто возникали проблемы, связанные с допустимостью ареста таких счетов.

В иностранной судебной практике сложилась определенная тенденция, заключавшаяся в том, что к денежным средствам, находящимся на банковском счете дипломатического представительства, не могут быть применены обеспечительные меры. Практически во всех известных судебных решениях признано, что находящиеся на счетах посольств денежные средства предназначены для использования в дипломатических целях. Даже если часть средств и использовалась в коммерческих целях, то разграничение всей совокупности этих средств на используемые в суверенных целях и используемые в коммерческих целях будет нарушать конфиденциальность дипломатических дел аккредитующего государства. Данное обстоятельство делает недопустимым арест любых счетов посольств (дело Philippines Embassy (1977 г.), дело Abbot v. Republic of South Africa (1992 г)). Данная тенденция была закреплена на международном уровне в Конвенции ООН 2004 г. и воспринята в российском проекте федерального закона « О юрисдикционном иммунитете иностранного государства ».

7. В правовом регулировании применения обеспечительных мер в отношении собственности иностранных центральных банков можно выделить две тенденции. Первая состоит в том, что собственность центральных банков имеет привилегированное положение и ей предоставляется полный иммунитет от обеспечительных мер. На этой позиции основаны соответствующие положения Закона США об иммунитетах иностранного суверена 1976 г. и Закона Великобритании о государственном иммунитете 1978 г. Она также воспринята в Конвенция ООН о юрисдикционных иммунитетах государств и их собственности 2004 г.

Вторая тенденция в правовом регулировании иммунитета собственности центральных банков, которая закреплена в Законе Канады о государственном иммунитете 1982 г. и Законе Австралии об иммунитетах иностранных государств 1985 г. и которая прослеживается в судебной практике подавляющего большинства государств Западной Европы, состоит в том, что собственности центрального банка иностранного государства иммунитет от обеспечительных мер должен предоставляться в зависимости от цели ее использования, т.е. только в том случае, если будет признано, что эта собственность использовалась в суверенных целях.

Проект федерального закона « О юрисдикционном иммунитете иностранного государства и его собственности » не содержит нормы, регулирующей применение обеспечительных мер в отношении собственности иностранных центральных банков. На стадии доработки проект необходимо дополнить такой нормой, которая предусматривала бы предоставление иммунитета от обеспечительных мер средствам иностранного центрального банка.

8. Конвенция ООН о юрисдикционных иммунитетах государств и их собственности 2004 г. является универсальным международным договором, регулирующим институт иммунитета иностранного государства и закрепляющим основные тенденции в правовом регулировании данного института. Она открыта для подписания государствами с 17 января 2005 г. до 17 января 2007 г. и вступит в силу на тридцатый день после сдачи тридцатой ратификационной грамоты или документа о принятии Генеральному секретарю ООН. Принятие этой Конвенции является существенным положительным событием в международно-правовой сфере.

Однако Конвенция в силу пока не вступила, ее судьба не определена. Отношение государств к ней только формируется. Практика применения положений Конвенции ООН 2004 г. может сложиться только по истечении определенного времени. В такой ситуации Российской Федерации необходимо закрепить свой переход на позиции ограниченного иммунитета на национальном уровне: целесообразно ускорить принятие федерального закона « О юрисдикционном иммунитете иностранного государства и его собственности ».

Практическая значимость диссертации. Основные положения и выводы, изложенные в диссертации, могут использоваться при анализе и оценке Конвенции ООН о юрисдикционных иммунитетах государств и их собственности 2004 г. в целях решения вопроса об участии в ней Российской Федерации. Выводы автора также могут быть полезны в процессе работы по совершенствованию российского законодательства в области правового регулирования института иммунитета иностранного государства и при возможном учете замечаний и поправок к проекту федерального закона « О юрисдикционном иммунитете иностранного государства и его собственности ».

Часть выводов и рекомендаций, содержащихся в диссертации, может быть учтена при подготовке и заключении Российской Федерацией двусторонних международных договоров (о поощрении и взаимной защите капиталовложений, торговых и т.п.).

Материалы диссертации могут использоваться российскими судебными органами при рассмотрении дел с участием иностранных государств, при обобщении судебной практики и подготовке руководящих разъяснений Пленумов Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и Верховного Суда Российской Федерации. Исследование может быть полезным при формировании позиции России в случаях предъявления исков к Российской Федерации в иностранных судах, при заявлении истцами по таким делам ходатайств о применении обеспечительных мер в отношении российской государственной собственности и при обращении на нее взыскание.

Результаты диссертационного исследования могут использоваться в учебных целях в курсе международного частного права, а также при дальнейших научных исследованиях по проблемам государственного иммунитета.

Некоторые выводы, содержащиеся в работе, могут быть полезны для практикующих юристов и отечественных коммерческих фирм, ведущих внешнеэкономическую деятельность и заключающих договоры с иностранными государствами.

Апробация результатов исследования. В ходе проведения настоящего исследования автором были сформулированы рекомендации по совершенствованию российского законодательства. Апробация результатов исследования была осуществлена также при защите магистерской диссертации в Калифорнийском университете в Лос-Анджелесе. Материалы диссертации использовались автором в практических рекомендациях при заключении российскими юридическими лицами ряда договоров с иностранными контрагентами. Основные положения диссертации отражены в публикациях автора. Кроме этого, настоящее исследование обсуждалось и было одобрено на заседании отдела международного частного права Института законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве Российской Федерации.

Заключение диссертации по теме «Гражданское право; предпринимательское право; семейное право; международное частное право», Лебедева, Марина Евгеньевна

1. В настоящей работе были проанализированы основные вопросы, касающиеся иммунитета иностранного государства от обеспечительных мер. Как отмечалось, иммунитет от обеспечительных мер, охватывающий иммунитет от предварительного обеспечения иска и иммунитет от исполнения решения, рассматривается государствами как « последний бастион и последняя крепость » государственного иммунитета. Применение обеспечительных мер в отношении иностранной государственной собственности всегда расценивалось государствами как более серьезное посягательство на их суверенитет, могущее повлечь негативные политические последствия, из-за чего в некоторых случаях суды предпочитали предоставлять иностранным государствам абсолютный иммунитет от обеспечительных мер и он признавался даже тогда, когда иностранному государству отказывалось в предоставлении абсолютного судебного иммунитета.

Тем не менее, в современных условиях тенденция ограничения иммунитета иностранного государства от предварительных обеспечительных мер и от исполнения решения широко прокладывает себе дорогу как на международном уровне, так и в судебной практике и внутреннем законодательстве большинства государств, хотя переход на данные позиции происходил более медленно, по сравнению с утверждением на практике ограниченного судебного иммунитета.

Международные документы, законодательство и судебная практика практически всех зарубежных государств основаны на принципе ограниченного иммунитета иностранного государства от обеспечительных мер (исключение -Европейская конвенция об иммунитете государств 1972 г., предусматривающая абсолютный иммунитет от исполнения). Они едины в том, что принудительное применение обеспечительных мер допускается в отношении собственности иностранного государства, используемой в коммерческих целях, причем в случаях исполнения судебных решений не требуется наличие связи между материальным объектом иска и собственностью, на которую обращается взыскание . Только Закон США об иммунитетах иностранного суверена 1976 г. и проект Конвенции АМП о государственном иммунитете устанавливают наличие такой связи как обязательное условие исполнения решения, вынесенного против иностранного государства. Однако в отношении определенных видов имущества иностранного государства (дипломатическая собственность, военная собственность, культурные ценности) продолжает существовать абсолютный иммунитет от обеспечительных мер.

2. Современная тенденция в отношении развития правового регулирования иммунитета иностранного государства состоит в унификации правил об иммунитете на международном уровне. Европейская конвенция об иммунитете государств 1972 г. на момент своего принятия была прогрессивным шагом в этом направлении, однако на данном этапе развития ее нормы и принципы, на которых они базируются, не являются полностью адекватными современным требованиям.

Учитывая произошедшие за последние десятилетия изменения, в частности, исчезновение с политической арены социалистических государств и переход на позиции ограниченного иммунитета Российской Федерации, являвшейся в прошлом наиболее последовательным сторонником теории абсолютного иммунитета, принятие международной конвенции, закрепляющей принцип ограниченного иммунитета иностранных государств, уже не представлялось чем-то нереальным и неосуществимым. Поэтому одобрение Генеральной Ассамблеей ООН Конвенции о юрисдикционных имунитетах государств и их собственности 2 декабря 2004 г. стало закономерным результатом долгой и кропотливой работы международного сообщества по выработке универсального многостороннего международного договора.

Итак, международная конвенция, посвященная вопросам иммунитетов иностранного государства, о необходимости принятия которой говорили давно и долго ученые и практики из многих государств, принята. Теперь проблема состоит в том, как быстро государства будут становиться участниками этой Конвенции ООН и, соответственно, как быстро она вступит в силу.

3. В Российской Федерации также наблюдается постепенный переход на позиции теории ограниченного иммунитета от обеспечительных мер. АПК РФ 2002 г. (п. 1 ст. 251) закрепляет ограниченный иммунитет иностранного государства от предварительного обеспечения иска. Однако одновременно иностранному государству представляется полный иммунитет от исполнения судебного решения, если международный договор или закон РФ не предусматривают иное. ГПК РФ 2002 г. (п. 1 ст. 401) также предоставляет иностранному государству абсолютный иммунитет от обеспечительных мер, если иное не установлено международным договором или законом. Такая непоследовательность ставит в неравное положение юридические и физические лица и не способствует формированию единообразного подхода к проблеме иммунитета иностранного государства от обеспечительных мер. Представляется, что ситуация будет исправлена с принятием и вступлением в силу федерального закона «О юрисдикционном иммунитете иностранного государства и его собственности», который был принят в первом чтении 11 марта 2005 г. Принятие данного закона окончательно закрепит переход России на позиции ограниченного иммунитета, а также будет способствовать повышению ее имиджа на международной арене.

В случае принятия федерального закона « О юрисдикционном иммунитете иностранного государства и его собственности » в силу признаваемого российским правом принципа lex specialis derogat lege generali и за счет оговорок и отсылочных норм, содержащихся в Арбитражном процессуальном кодексе РФ и Гражданском процессуальном кодексе РФ, новый закон будет иметь приоритет перед п. 1 ст. 401 ГПК РФ и п. 1 ст. 251 АПК РФ.

При неблагоприятном развитии ситуации, например, в случае отклонения Думой закона о юрисдикционном иммунитете и неприсоединения к Конвенции ООН 2004 г., продвижение в жизнь теории ограниченного иммунитета следует продолжить на уровне кодексов . Соответствующие поправки необходимо будет внести в Гражданский процессуальный кодекс (п. 1 ст. 401), поскольку существующая редакция предоставляет абсолютный иммунитет иностранному государству и отнимает у физических лиц возможность защищать в суде свои права в случае нарушения их иностранным государством. В АПК РФ 2002 г. также должны быть внесены изменения, допускающие возможность принудительного исполнения решения арбитражного суда в отношении собственности иностранного государства, не используемой им для выполнения своих функций как носителя власти.

В основном проект федерального закона « О юрисдикционном иммунитете иностранного государства и его собственности » соответствует Конвенции ООН 2004 г. о юридикционных иммунитетах государств. Однако некоторые положения проекта закона отличаются от соответствующих положений Конвенции. В частности, проект закона (п. 3 ст. 16) допускает принятие предварительных обеспечительных мер в отношении собственности государства, используемой и (или) предназначенной для использования в целях, иных, чем осуществление суверенной власти, тогда как ст. 18 Конвенции не разрешает применять меры по предварительному обеспечению иска в отношении такой собственности. Безусловно, в этом отношении проект российского закона более прогрессивен, т. к. он содержит дополнительную правовую гарантию того, что государство — ответчик не переведет свои активы в более безопасную юрисдикцию во время судебного разбирательства и что выигравший дело истец не останется с решением, которое не может быть исполнено.

Проект федерального закона не содержит нормы, регулирующей применение обеспечительных мер в отношении собственности иностранных центральных банков. Необходимо дополнить проект такой нормой на стадии его доработки. Наиболее вероятно, что российские законодатели в случае дополнения проекта учтут презумпцию , закрепленную в Конвенции ООН 2004 г., в соответствии с которой собственность иностранного центрального банка всегда будет рассматриваться как используемая в государственных суверенных целях, независимо от действительного ее использования. Тем самым иностранным ЦБ будет предоставлен полный иммунитет от обеспечительных мер.

4. В настоящей части Заключения содержатся практические рекомендации, которые могут быть полезны практикующим юристам и организациям, ведущим свои дела с иностранными государствами.

В случае заключения внешнеэкономических контрактов с иностранным государством необходимо настаивать на включение в эти контракты статей об отказе иностранного государства от всех видов иммунитета, причем такие виды должны быть указаны конкретно. Формулировки об отказе должны быть ясные и не должны допускать неоднозначного толкования . Дополнительно можно также посоветовать настаивать на выделении иностранным государством собственности, специально предназначенной для обеспечения требований, которые в будущем могут быть предъявлены к государства, и для выполнения судебного решения в случае удовлетворения этих требований.

При заключении контрактов с иностранным государством частные лица должны тщательно проверять полномочия его представителей, особенно в той части, которая касается возможности отказа от иммунитета от обеспечительных мер. Отказ должен быть подписан уполномоченным лицом. Эта небольшая мера предосторожности в случае спора лишит иностранное государство возможности ссылаться на то, что отказ от иммунитета был совершен неуполномоченным лицом.

Последняя рекомендация основана на анализе и сопоставлении положений подпунктов 2 и 6 п. а § 1610 Закона США об иммунитетах иностранного суверена. При нахождении на территории США собственности иностранного государства, за счет которой предполагается удовлетворение требований, предпринимателям целесообразно заключать с иностранным государством арбитражное соглашение по следующей причине. В соответствии с § 1610(a)(6) Закона США вся коммерческая собственность иностранного государства не будет пользоваться иммунитетом от исполнения при принудительном исполнении арбитражного решения, подтвержденного американским судом, тогда как при исполнении решения обычного американского суда истец может рассчитывать на удовлетворение своих претензий только за счет коммерческой собственности иностранного государства, имеющей связь с основанием иска (§ 1610(a)(2) Закона об иммунитетах иностранного суверена).

Наличие действенных и эффективных механизмов, позволяющих принудительно исполнить судебное решение против иностранного государства — должника , является важнейшим обстоятельством, гарантирующим реальную защиту прав и интересов частных лиц. Учитывая специфику такого субъекта, как иностранное государство, необходимо соблюдение баланса между его интересами и интересами частных лиц, являющихся кредиторами иностранного государства: государства не должны использовать свой особый статус и принадлежащее им право на иммунитет для уклонения от исполнения своих обязанностей по отношению к частным лицам, подтвержденных судебным решением, а последние не должны злоупотреблять своими правами как истцы или выигравшие кредиторы при реализации своих интересов.

Список литературы диссертационного исследования кандидат юридических наук Лебедева, Марина Евгеньевна, 2006 год

1. Ануфриева Л.П. Международное частное право. Особенная часть. Т. 2. М., 2002.

2. Баратянц Н.Р., Богуславский М.М., Колесник Д.Н. Современное международное право: иммунитет государства. // Советский ежегодник международного права 1988. М., 1989.

3. Богуславский М.М. Иммунитет государства. М., 1962.

4. Богуславский М.М. Иммунитет иностранного государства (советская доктрина). // Советский ежегодник международного права 1980. М., 1981.

5. Богуславский М.М. Международное частное право. М., 1994.

6. Богуславский М.М. Иск Ирины Щукиной (о решении французского суда). // Московский журнал международного права. 1994. № 2.

7. Богуславский М.М. Практика применения принципа иммунитета государства и проблема законодательного регулирования. // в сб.: Международное частное право: современная практика. М., 2000.

8. Брагинский М.И. Участие советского государства в гражданских правоотношениях . М., 1981.

9. Звсков В.П. Международное частное право. Курс лекций. М., 1999.

10. Иванов С.И. Современные тенденции в законодательстве некоторых буржуазных государств по вопросу об иммунитете государства и его собственности (на примере США и Англии). // Советский ежегодник международного права 1981. М., 1982.

11. Курс международного права. Т. 2 « Основные принципы международного права ». М., 1989.

12. Лебедев С.Н. О современной буржуазной практике в области иммунитета государства от иностранной юрисдикции . // Советский ежегодник международного права 1960. М., 1961.

13. Лебедев С.Н. Международный коммерческий арбитраж и обеспечительные меры. // Московский журнал международного права. 1999. № 1.

14. Лежандр К. По щукинскому хотению. // Итоги. 2003. № 29.

15. Лукашук И.И. Международное право в судах государств. СПб., 1993.

16. Лунц Л.А. Курс международного частного права. Особенная часть. М., 1975.

17. Лунц Л.А., Марышева Н.И., Садиков О.Н. Международное частное право. М., 1984.

18. Международное частное право. Учебник для вузов. // Под ред. д.ю.н. Марышевой Н.И. М., 2000.

19. Мешера В.Ф. Иммунитет государственных морских судов СССР . М., Ленинград, 1950.

20. Оппенгейм JI. Международное право. Т. I, полутом I. М., 1948.

21. Павлова Н.В. Предварительные обеспечительные меры в международном гражданском процессе. // Автореф. дис. канд. юр. наук. М., 2002.

22. Павлова Н.В. Предварительные обеспечительные меры: понятие, механизм реализации, особенности осуществления в рамках взаимодействия судебных процессов государств. // Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. 2002. № 1.

23. Псллью Д. Исполнение арбитражных решений по делу Noga во Франции. // Международный коммерческий арбитраж . 2004. № 2.

24. Толмачева О.Н. Типовой закон ЮНСИТРАЛ «О международном торговом арбитраже » и российское законодательство. // Автореф. дис. канд. юр. наук. М., 2005.

25. Ушаков Н.А. Государство в системе международно-правового регулирования. Учебное пособие. М., 1997.

26. Ушаков Н.А. Юрисдикциопные иммунитеты государств и их собственности. М., 1993.

27. Хлсстова И.О., Швыдак Н.Г. Законодательство капиталистических стран об иммунитете иностранного государства. // Законодательство зарубежных стран. Обзорная информация. Вып. 2. М., 1988.

28. Хлестова И.О. Проблема юрисдикционного иммунитета иностранного государства в работе Комиссии международного права. // Советский ежегодник международного права 1988. М., 1989.

29. Хлестова И.О. Вопросы иммунитета государства в законодательстве и договорной практике Российской Федерации. // в сб.: Проблемы международного частного права. М., 2000.

30. Хлестова И.О. Проблемы юрисдикционного иммунитета иностранного государства (законодательство и практика). М., 2002.

31. Хлестова И.О. Проблемы юрисдикционного иммунитета иностранного государства. // Автореф. дис. докт. юр. наук. М., 2003.

32. Шак X. Международное гражданское процессуальное право. М., 2001.

33. Швыдак Н.Г. Юрисдикциопные иммунитеты иностранного государства в судебной практике Франции и Швейцарии. // Материалы по иностранному законодательству и международному частному праву. Труды ВНИИСЗ № 49. М., 1991.

34. Atkeson T.B., Ramsey S.D. Proposed Amendments of the Foreign Sovereign Immunities Act. // The American Journal of International Law. N 79. July 1985.

35. Belinfante W.G. The European Convention on State Immunity. // Netherlands International Law Review. Vol. XX. 1973.

36. Bermann G.A. Provisional Relief in Transnational Litigation. // Columbia Journal of Transnational Law. N 35.1997.

37. Born G.B. International Civil Litigation in United States Courts. The Hague, 1996.

38. Botha N. Some Comments on the Foreign States Immunities Act 87 of 1981. // The Comparative and International Law Journal of Southern Africa. N 15. 1982.

39. Bouchez L.J. The Nature and Scope of State Immunity from Jurisdiction and Execution. // Netherlands Yearbook of International Law. Vol. X. 1979.

40. Brandon M. Immunity from Attachment and Execution. // International Financial Law Review. 1982.

41. Brittcnham D.A. Foreign Sovereign Immunity and Commercial Activity: a Conflict Approach. // Columbia Law Review. Vol. 83, part 2. 1983.

42. Brooke J.B. The International Law Association Draft Convention on Foreign Sovereign Immunity: a Comparative Approach. // Virginia Journal of International Law. Vol. 23. 1983.

43. Brownlie J. Principles of Public International Law. Oxford, 1990.

44. Condorclli L., Sbolci L. Measures of Execution Against the Property of Foreign States: the Law and Practice in Italy. // Netherlands Yearbook of International Law. Vol. X. 1979.

45. Crawford J.R. A Foreign State Immunities Act for Australia? // The Australian Year Book of International Law. N 8. 1978.

46. Crawford J. Execution of Judgements and Foreign Sovereign Immunity. // The American Journal of International Law. Vol. 75. 1981.

47. Dclaume G.R. The Foreign Sovereign Immunities Act and Public Debt Litigation: Some Fifteen Years Later. // The American Journal of International Law. N 88. April 1994.

48. Dellapenna J.W. Suing Foreign Governments and Their Corporations. Washington, D.C. 1988.

49. Del Bianco M.C. Execution and Attachment under the Foreign Sovereign Immunities Act of 1976. // Yale Studies in World Public Order. Vol. 5. 1979.

50. Dorsey W.R. Reflection of the Foreign Sovereign Immunities Act After Twenty Years. // Journal of Maritime Law & Commerce. N 28. April 1997.

51. Final Report of the International Committee on State Immunity of the International Law Association. Buenos Aires, 1994.

52. Hanson C.J. The Foreign Sovereign Immunities Act: the Use of Pre-judgement Attachment to Ensure Satisfaction of Anticipated Judgements. // Northwestern Journal of International Law and Business Vol. 2. N2. 1980.

53. HeB B. The International Law Commission’s Draft Convention on the Jurisdictional Immunities of States and Their Property. // European Journal of International Law. Vol. 4. 1993.

54. Higgins R. Execution of State Property: United Kingdom Practice. // Netherlands Yearbook of International Law. Vol. X. 1979.

55. Houtte H. van Towards an Attachment of Embassy Bank Accounts. // Revue Beige de Droit International. N 19. 1986.

56. Kindall M.P.A. Immunity of States for Noncommercial Torts: a Comparative Analysis of the International Law Commission’s Draft. // California Law Review. N 75. October 1987.

57. Lalive J.-F. Swiss Law and Practice in Relation to Measures of Execution Against the Property of a Foreign State. // Netherlands Yearbook of International Law. Vol. X. 1979.

58. Lauterpacht H. The Problem of Jurisdictional Immunities of Foreign States. // The British Yearbook of International Law. XXVIII. 1951.

59. Lee P.L. Central Banks and Sovereign Immunity. // Columbia Journal of Transnational Law. N 41.2003.

60. Lynn R.W. A Comment on the New International Convention on Arrest of Ships, 1999. // University of Maimi Law Review. N 55. 2001.

61. Metzger S.D. Immunity of Foreign State Property from Attachment or Execution in the USA. // Netherlands Yearbook of International Law. Vol. X. 1979.

62. Molot H.L., Jewett M.L. The State Immunity Act of Canada. // The Canadian Yearbook of International Law. Vol. XX. 1982.

63. Patrikis E.T. Foreign Central Bank Property: Immunity from Attachment in the United States. //University of Illinois Law Review. N 1. 1982.

64. Paulsson J. Sovereign Immunity from Execution in France. // International Lawyer. Vol. 11. N 1. Winter 1977.

65. Paulsson J. Sovereign Immunity from Jurisdiction: French Caselaw Revisited. // International Lawyer. Vol. 19. N 1. Winter 1985.

66. Reforming the Foreign Sovereign Immunities Act. Report of the Working Group of the American Bar Association. // Columbia Journal of Transnational Law. N 40. 2002.

67. Report of the Sixty-sixth Conference of the International Law Association. Buenos Aires, 1994.

68. Rooij R. van, Polak M.V. Private International Law in The Netherlands. The Hague, 1987.

69. Schreuer C.H. State Immunity: Some Recent Developments. Cambridge, 1988.

70. Seidl-Hohenveldern I. State Immunity: Austria. // Netherlands Yearbook of International Law. Vol. X. 1979.

71. Seidl-Hohenveldern I. State Immunity: Federal Republic of Germany. // Netherlands Yearbook of International Law. Vol. X. 1979.

72. Sinclair I.M. The European Convention on State Immunity. // International and Comparative Law Quarterly. Vol. 22. April 1973.

73. Sinclair I. The Law of Sovereign Immunity. Recent Developments. // Recueil des cours 1980, II. Vol. 167. The Hague Academy of International Law, 1981.

74. Sornarajah M. Problems in Applying the Restrictive Theory of Sovereign Immunity. // International and Comparative Law Quarterly. Vol. 31. October 1982.

75. Sucharitkul S. State Immunities and Trading Activities in International Law. London, 1959.

76. Verhoeven J. Immunity From Execution of Foreign States in Belgian Law. // Netherlands Yearbook of International Law. Vol. X. 1979.

77. Voskuil C.C.A. The International Law of State Immunity as Reflected in the Dutch Civil Law of Execution. //Netherlands Yearbook of International Law. Vol. X. 1979.

78. Voskuil C.C.A. The Taking of Provisional Measures in Arbitration. // в сб.: Hague Zagreb -Ghent Essays 8 — On the Law of International Trade. International Obligations. Provisional Measures in Arbitration. Apeldoom, Antwerp, 1992.

79. Zicherman D.L. The Use of Pre-Judgement Attachments and Temporary Injunctions in International Commercial Arbitration Proceedings: a Comparative Analysis of the British and American Approaches. // University of Pittsburgh Law Review. N 50. Winter 1989.

80. Международные конвенции , декларации и иные международные документы

81. Устав Организации Объединенных Наций (принят 26 июня 1945 г.). // Международное публичное право. Сборник документов. Т. 1. М., 1996.

82. Вступил в силу 24 октября 1945 г. РФ является членом ООН с 15 октября 1945 г.

83. Брюссельская конвенция для унификации некоторых правил относительно иммунитета государственных торговых судов от 10 апреля 1926 г. и Протокол к ней от 24 мая 1934 г. //

84. Materials on jurisdictional immunities of states and their property. New York, United Nations, 1982.

85. Вступила в силу 8 января 1937 г. Участниками данной Конвенции является ограниченное число государств. РФ не участвует в Конвенции и Протоколе.

86. Конвенция об унификации некоторых правил, касающихся ареста морских судов от 10 мая 1952 г. // Правовая система « КонсультантПлюс : Международное право».

87. Вступила в силу 24 февраля 1956 г. Для РФ Конвенция вступила в силу 29 октября 1999 г.

88. Женевская конвенция об открытом море от 29 апреля 1958 г. // http://www.un.org. Вступила в силу 30 сентября 1962 г. РФ ратифицировала Конвенцию 22 ноября 1960 г.

89. Женевская конвенция о территориальном море и прилежащей зоне от 29 апреля 1958 г. // http://www.un.org.

90. Вступила в силу 10 сентября 1964 г. РФ ратифицировала Конвенцию 20 октября 1960 г.

91. Венская конвенция о дипломатических сношениях от 18 апреля 1961 г. // Международное публичное право. Сборник документов. Т. 1. М., 1996.

92. Вступила в силу 26 апреля 1964 г. РФ участвует в Конвенции с 25 марта 1964 г.

93. Венская конвенция о консульских сношениях от 24 апреля 1963 г. // Международное публичное право. Сборник документов. Т. 1. М., 1996.

94. Вступила в силу 19 марта 1967 г. РФ участвует в Конвенции с 15 марта 1989 г.

95. Вашингтонская конвенция об урегулировании инвестиционных споров между государствами и лицами других государств от 18 марта 1965 г. // Международное публичное право. Сборник документов. Т. 1. М., 1996.

96. Вступила в силу 14 октября 1966 г. РФ подписала Конвенцию 16 июня 1992 г., однако не ратифицировала ее.

97. Брюссельская конвенция о юрисдикции и приведении в исполнение судебных решений по гражданским и коммерческим делам от 27 сентября 1968 г. // Ануфриева Л.П. Международное частное право. Учебник. Т. 3. М., 2001

98. Вступила в силу 1 февраля 1973 г. РФ не участвует.

99. Конвенция о специальных миссиях от 8 декабря 1969 г. // Международное публичное право. Сборник документов. Т. 1. М., 1996.

100. Вступила в силу 21 июня 1985 г. РФ не участвует.

101. Венская конвенция о представительстве государств в их отношениях с международными организациями универсального характера от 14 марта 1975 г. // Международное публичное право. Сборник документов. Т. 1. М., 1996.

102. Не вступила в силу. РФ участвует с 8 августа 1978 г.

103. Европейская конвенция об иммунитете государств от 16 мая 1972 г. и Дополнительный протокол к ней от 16 мая 1972 г. // http://www.coe.int.

104. Конвенция вступила в силу 11 июня 1976 г., Дополнительный протокол 2 мая 1985 г. РФ в них не участвует.

105. Конвенция ООН по морскому праву от 10 декабря 1982 г. // Международное публичное право. Сборник документов. Т. 2. М., 1996.

106. Вступила в силу 16 ноября 1994 г. Для РФ Конвенция вступила в силу 11 апреля 1997 г.

107. Луганская конвенция о юрисдикции и приведении в исполнение судебных решений по гражданским и коммерческим делам от 16 сентября 1988 г. // Ануфриева Л.П. Международное частное право. Учебник. Т. 3. М., 2001.

108. Вступила в силу 1 января 1992 г. РФ не участвует.

109. Конвенция ООН о юрисдикционных иммунитетах государств и их собственности от 2 декабря 2004 г. // http://www.un.org.

110. Не вступила в силу. РФ пока не участвует.

111. Всеобщая декларация прав человека от 10 декабря 1948 г. // Международное публичное право. Сборник документов. Т. 1. М., 1996.

112. Принципы об обеспечительных и защитных мерах в международном судебном разбирательстве. // http://www.lexis.com.

113. Одобрены Ассоциацией международного права 17 августа 1996 г.

114. Иностранное законодательство

115. Закон США об иммунитетах иностранного суверена 1976 г. (с изм. и доп. от 1988 г. и 1996 г.). // http://www.lexis.com.

116. Закон Великобритании о государственном иммунитете 1978 г. // Materials on jurisdictional immunities of states and their property. New York, United Nations, 1982.

117. Закон Сингапура о государственном иммунитете 1979 г. // Materials on jurisdictional immunities of states and their property. New York, United Nations, 1982.

118. Закон ЮАР об иммунитете иностранного суверена 1981 г. // Materials on jurisdictional immunities of states and their property. New York, United Nations, 1982.

119. Ордонанс Пакистана об иммунитете государства 1981 г. // Materials on jurisdictional immunities of states and their property. New York, United Nations, 1982.

120. Закон Канады о государственном иммунитете 1982 г. // Materials on jurisdictional immunities of states and their property. New York, United Nations, 1982.

121. Закон Австралии об иммунитетах иностранных государств 1985 г. // International Legal Materials. Vol. 25. 1986.

122. Закон Аргентины о юрисдикционном иммунитете иностранного государства от аргентинских судов 1995 г. // Revista De Legislacion Argentina. Tomo 1995-B.

123. Российское законодательство

124. Конституция Российской Федерации, принята 12 декабря 1993 г. // М., 1993.

125. Постановление ЦИК и СНК СССР «О порядке наложения ареста и обращения взыскания на имущество, принадлежащее иностранному государству» от 14 июня 1929 г. // Свод законов СССР, 1929, № 39, ст. 345.

126. Основы гражданского судопроизводства Союза ССР и союзных республик от 8 декабря 1961 г. // Ведомости Верховного Совета СССР, 1961, № 50, ст. 526.

127. Гражданский процессуальный кодекс РСФСР от И июня 1964 г. // Ведомости Верховного Совета РСФСР, 1964, № 24, ст. 407.

128. Кодекс торгового мореплавания СССР от 7 сентября 1968 г. // Свод законов СССР, т. 8, ст. 123.

129. Основы гражданского законодательства Союза ССР и союзных республик от 31 мая 1991 г. // Ведомости Съезда народных депутатов СССР и Верховного Совета СССР, 1991, № 26, ст. 733.

130. Арбитражный процессуальный кодекс РФ от 5 мая 1995 г. № 71-ФЗ. // Собрание законодательства Российской Федерации, 1995, № 19, ст. 1709.

131. Федеральный закон «О соглашениях о разделе продукции» от 30 декабря 1995 г (с изм. и доп. от 7 января 1999 г., 18 июня 2001 г., 6 июня 2003 г., 29 июня, 29 декабря 2004 г.). // Собрание законодательства Российской Федерации, 1996, № 1, ст. 18.

132. Кодекс торгового мореплавания РФ от 30 апреля 1999 г. № 81-ФЗ (с изм. и доп. от 26 мая 2001 г., 30 июня 2003 г., 2 ноября 2004 г., 20 декабря 2005 г.). // Собраиие законодательства Российской Федерации, 1999, № 18, ст. 2207.

133. Арбитражный процессуальный кодекс РФ от 24 июля 2002 г. № 95-ФЗ (с изм. от 28 июля, 2 ноября 2004 г., 31 марта, 27 декабря 2005 г.). // Собрание законодательства Российской Федерации, 2002, № 30, ст. 3012.

134. Гражданский процессуальный кодекс РФ от 14 ноября 2002 г. № 138-ФЭ (с изм. от 30 июня 2003 г., 7 июня, 28 июля, 2 ноября, 29 декабря 2004 г., 21 июля, 27 декабря 2005 г.). // Собрание законодательства Российской Федерации, 2002, № 46, ст. 4532.

135. Проекты меяздународных и иных документов

136. Проект Конвенции о компетенции судов по отношению к иностранным государствам, подготовленный юридическим факультетом Гарвардского университета. // American Journal of International Law (Supplement). N 26, Part III. 1932.

137. Проект статей о юрисдикционных иммунитетах государств и их собственности, подготовленный Комиссией международного права Организации Объединенных Наций. // http://www.un.orp.

138. Проект Конвенции о государственном иммунитете, подготовленный Ассоциацией международного права. // Report of the Sixty-sixth Conference of the International Law Association. Buenos Aires, 1994.

139. Проект Конвенции о юрисдикционных иммунитетах государств, подготовленный Организацией американских государств. // International Legal Materials. Vol. 22.1983.

Смотрите так же:

  • Правила по осаго в росгосстрахе Правила компании Росгосстрах Росгосстрах Правила страхования – это большой сложный документ. Чтобы Вы смогли легко в нем сориентироваться наши эксперты проанализировали каждый пункт, выписали главное и оценили лояльность правил к клиентам. Чем выше балл – […]
  • Выберите форму сказуемого в соответствии с правилами согласования Выберите форму сказуемого в соответствии с правилами согласования развивающая: развивать умение определять грамматические признаки глагола, синтаксическую роль в предложении, совершенствовать орфографические навыки; Тип: урок- закрепление. I. Орг.момент […]
  • Приказ мвд рф 89 дсп 2014 Приказ Министерства внутренних дел Российской Федерации от 12 сентября 2013 г. N 707 г. Москва "Об утверждении Инструкции об организации рассмотрения обращений граждан в системе Министерства внутренних дел Российской Федерации" Комментарии Российской […]
  • Федеральный закон о кадастре 2013 Федеральный закон от 24 июля 2007 г. N 221-ФЗ "О государственном кадастре недвижимости" Федеральный закон от 24 июля 2007 г. N 221-ФЗ"О государственном кадастре недвижимости" С изменениями и дополнениями от: 22, 23 июля, 30 декабря 2008 г., 8 мая, 17 июля, […]
  • Пляжной волейбол правила Правила игры пляжного волейбола Как и любая другая игра, пляжный волейбол имеет свои четко прописанные правила, с помощью которых и возможно справедливое судейство результатов состязаний по пляжному волейболу. Однако прежде чем высветлить главные правила […]
  • Если договор купли продажи утерян Как подать декларацию о продаже автомобиля при утере договора купли продажи Я продал автомобиль , находящийся в собственности менее 3 лет.какие сведения подает ГИБДД в налоговый орган ? Договор купли продажи утерян. Ответы юристов (15) Налоговые органы из […]
  • Приказ от 03072012 663 Приказ МВД РФ от 3 июля 2012 г 4. Контроль за выполнением настоящего приказа возложить на заместителя Министра С.А. Герасимова. Наставления по организации профподготовки сотрудников ОВД признаны утратившими силу. *(3) Зарегистрирован в Минюсте России 10 […]
  • Приказ о стажировке в рб Распоряжение о стажировке Вы можете добавить тему в список избранных и подписаться на уведомления по почте. Можно, но не нужно. Приказы о стажировке - ведомство охраны труда. Хранятся они 3 года. Подписи не только принимаемого на работу, но […]