Правила квалификации преступлений при изменении фактических материалов дела

§ 2. Квалификация при изменении уголовного закона

Например, уголовные кодексы союзных республик, принятые в 1959— 1961 гг., отразили те существенные перемены, которые произошли в нашей стране более чем за 30-летний период действия прежнего уголовного законодательства. Изменения в уголовном законодательстве происходили и в последующие годы.
Изменение квалификации в связи с принятием новых уголовных законов — сложная теоретическая и практическая проблема. Прежде всего возникает вопрос: нужно ли вообще менять квалификацию деяний, уже получивших определенную юридическую оценку? Если же переквалификация необходима, то какими правилами следует при этом руководствоваться?
В советском уголовном праве существует принцип: применяется тот закон, который действовал во время совершения преступления. Однако согласно ст. 6 Основ уголовного законодательства те нормы, которые либо вовсе устраняют наказуемость деяния, либо смягчают наказание по сравнению с ранее действовавшим законом, имеют обратную силу. Значит, в тех случаях, когда за данное преступление новый закон предусматривает для обвиняемого более благоприятные правовые последст-
? См. «Мы обвиняем в геноциде», М.. 1952, стр. Э37.
325
вия1, содеянное подлежит переквалификации на новый закон2.
На каких стадиях уголовного процесса действует это правило? Очевидно, на всех, начиная с возбуждения дела .и до вступления приговора в законную силу. Оно распространяется и на оценку действий лица, за которые оно уже осуждено и отбывает наказание по старому закону. Если по новому закону ему была бы назначена более мягкая мера наказания, то и политико-юридическая оценка его действий, выраженная в квалификации, также должна измениться — ее необходимо привести в соответствие с новыми требованиями уголовного законодательства.
Уголовное правоотношение прекращается не с вынесением приговора, а после полного отбытия наказания осужденным3. Статья 6 Основ уголовного законодательства говорит о «наказуемости» деяния, а ведь наказание отбывается, пока не истек соответствующий срок, назначенный приговором. Поэтому изменение государственной оценки того или иного преступления не может не касаться и тех лиц, которые в данное время отбывают наказание. Было бы несправедливостью не только содержать в местах лишения свободы тех, чьи деяния в настоящее время признаны ненаказуемыми или наказуемыми более мягко, но и оставлять прежнюю оценку преступлении со всеми вытекающими отсюда последствиями, если она изменилась по новому закону. Поэтому в связи с введением в действие нового закона, смягчающего ответственность, было бы правильным соответственно изменять как меры наказания, так и квалификацию действий лиц, отбывающих наказание.
М. И. Блум и А. А. Тилле, возражающие против последнего положения, справедливо отмечают, что дейст-
1 Следует присоединиться к мнению о том, что речь должна идти не только о мере наказания, но и о других правовых последствиях» применения закона (основания для условно-досрочного освобождения, амнистии, погашения судимости и дп). См. М. И. Блум, А. А. Т и л л е, Обратная сила закона, М„ I960, стр. 51.
2 За исключением случаев, которые могут быть специально оговорены при принятии нового закона.
3 Можно согласиться и с мнением о том, что оно прекращается в peзvльтaтe погашения или снятия судимости (По этому вопросу см. «Курс уголовного права. Часть Общая», т. I, Л., 1968, стр. 238 и другие работы).
326
вующее законодательство не предусматривает какого-либо общего порядка применения нового, более мягкого закона к неотбытым наказаниям1.
Однако со времени принятия Основ уголовного законодательства 1958 года распространение действия .нового, более мягкого закона на лиц, отбывающих наказание, фактически стало правилом; оно предусматривается в подавляющем большинстве актов, принимаемых в связи с введением в действие новых законов2.
Следовало бы закрепить это положение в Основах уголовного законодательства и Основах уголовного судопроизводства.
Естественно, что в тех случаях, когда наказание отбыто, вопрос о переквалификации содеянного возникать не может, так как уголовное правоотношение полностью прекратилось. Изменения в квалификацию могут быть внесены при этом лишь в случае пересмотра дела в порядке судебного надзора или по вновь открывшимся обстоятельствам.
2. Каковы же юридические основания и порядок переквалификации в связи с изменением уголовного закона?
В этих случаях вопросы переквалификации всегда решаются с учетом санкции уголовно-правовой нормы. Ведь ст. 6 Основ уголовного законодательства говорит о наказуемости деяния. Казалось бы, это противоречит отмечавшемуся выше положению, что квалификация преступления ни в коей мере не может ставиться в зависимость от меры наказания.
В действительности здесь противоречия нет. Санкция и в данном случае не является решающим основанием. Она только ограничивает возможности для переквалификации, не допуская ухудшения положения обвиняемого по сравнению со старым законом. Действительным же основанием для переквалификации служит изменение состава того или иного преступления и (или) степени его общественной опасности.
•См. М. И. Блум, А. А. Тилле, Обратная сила закона, стр. 83—90.
2 См., например, Указ Президиума Верховного Совета СССР «О порядке введения Основ уголовного законодательства, Основ уголовного судопроизводства и законов об уголовной ответствен-
327
Наиболее просто решаются вопросы переквалификации в тех случаях, когда признаки состава преступления остались прежними, а изменилась лишь степень общественной опасности деяния (что нашло отражение в снижении санкции соответствующей статьи или изменении других правовых последствий преступления). Если новый закон считает преступление менее опасным, то деяние должно квалифицироваться по новому закону.
Однако здесь возникает вопрос о том, какую санкцию закона следует считать более мягкой: ту ли, где ниже максимум, или ту, где ниже минимум? Как расценить такую новую санкцию, которая суживает пределы судейского усмотрения: повышает минимум и понижает максимум? Какую роль играют изменения в дополнительных мерах наказания?
Не рассматривая подробно этих вопросов, выходящих за рамки проблемы квалификации, мы можем присоединиться к общим правилам оценки сравнительной тяжести двух законов, хорошо разработанным в книге М. И. Блум и А. А. Тилле1. Коротко эти правила сводятся к тому, что новый закон признается более мягким, если он:
устанавливает менее тяжкий вид основного наказания;
¦снижает низший или высший предел наказания, не изменяя соответственно другого предела;
не меняя основного наказания, отказывается от одного или нескольких дополнительных наказаний;
сохраняя основное и дополнительные наказания-, вводит альтернативно менее строгие виды основного наказания, ранее не предусматривавшиеся;
альтернативно вводит менее строгие виды основного наказания, одновременно повышая низший предел ранее предусмотренного вида наказания;
понижает низший предел наказания или альтернативно устанавливает менее строгие виды наказания, одновременно повышая высший предел ранее предусмотренного вида наказания.
Из этих правил предпоследнее и в особенности по-
ности за государственные и за воинские преступления» («Ведомости Верховного Совета СССР» 1959 г. № 7, ст. 60).
1 М, И. Блум, А .А. Тилле, Обратная сила закона, стр. 112 и след.
328
следнее представляются спорными1. Однако хорошим дополнением к последнему правилу могло бы служить следующее положение, также предлагаемое М. И. Блум и А. А. Тилле: «Суд, применяя новый закон, устанавливающий санкцию с более низким минимальным сроком наказания, в отношении деяний, совершенных до его вступления в силу, не вправе выходить за пределы максимального наказания, предусмотренного санкцией старого закона».
К перечисленным случаям можно присоединить еще один: из двух законов, имеющих одинаковые санкции, более мягким следует считать тот, который предусматривает административную или общественную преюдицию. Так, ст. 209 УК до изменения ее Указом Президиума Верховного Совета РСФСР от 25 февраля 1970 г. предусматривала «систематическое занятие бродяжничеством или попрошайничеством, продолжаемое после предупреждения, сделанного административными органами». В новой редакции (ч. 1 ст. 209 УК) указание на предупреждение исключено, а санкция осталась без изменений. Поскольку, очевидно, новая редакция этой статьи усиливает ответственность за бродяжничество и попрошайничество, она не имеет обратной силы.
3. Случаи «чистой» переквалификации со старого на новый закон только в связи с изменением санкции довольно редки. Как правило, при издании нового закона меняется, хотя бы и незначительно, диспозиция соответствующей нормы, а это существенно усложняет решение проблемы переквалификации.
Для того чтобы правильно решить вопрос о применении старого либо нового закона, необходимо сопоставить не только их санкции, но и диспозиции. При этом возможны четыре варианта соотношения старого и нового закона. 1
А) Старый и новый законы полностью совпадают по диспозиции, различаясь лишь в санкциях (рис. 22 — слева). Это случай, рассмотренный нами выше. Вопрос о
1 Другая точка зрения по этому вопросу изложена в статье А. В. Сахарова «Ответственность за деяния, совершенные до вступления в силу нового УК РСФСР» («Социалистическая законность» 1961 г. №6, стр.28).
329
квалификации решается, исходя из того, санкция какого закона мягче.
Следует заметить, что если при этом ни заголовок, ни номер статьи УК, санкция которой понижена, не изменились, то переквалификация не требуется, — надо лишь применить новую, более мягкую санкцию.
Б) Диспозиция нового закона имеет более узкий объем, чем старого. Иными словами, она не предусматривает некоторых разновидностей преступных действий, которые предусматривались прежним законом (рис. 22— справа). Это связано либо с тем, что новый закон исключает некоторые альтернативные признаки состава либо, напротив, имеет более сложную конструкцию, чем старый, и включает такие ограничения ответственности, которые в старом законе отсутствовали.

Рис. 22. Изменение закона по санкции или диспозиции.
Очевидно, для квалификации в этом случае должен применяться новый закон, суживающий пределы ответственности. Санкция нового закона может при этом быгь либо более мягкой, либо даже оставаться прежней .(последний случай изображен на рис. 22).
При принятии Уголовного кодекса РСФСР I960’года сужение диспозиции коснулось многих составов. Типич-
330
ным примером может служить статья о злоупотреблении властью или служебным положением. В редакции УК 1926 года она не содержала такого ограничительного признака, как совершение деяния только из корыстной или иной личной заинтересованности. Этот признак был альтернативным наряду с систематичностью и причинением существенного вреда. Поскольку по УК 1960 года он стал обязательным, объем нормы сузился, она стала предусматривать меньший круг действий, признаваемых законом преступными.
Сужение диспозиции нормы при издании нового закона может быть неявным.

Необходимо учитывать, например, что издание нового закона, диспозиция которого предусматривает деяния, ранее прямо не сформулированные в Уголовном кодексе, еще не свидетельствует о том, что уголовная ответственность за это деяние установлена впервые. Вполне возможно, что такое деяние ранее поглощалось какой-либо общей нормой и, следовательно, влекло уголовную ответственность, а новая норма лишь выделила этот более конкретный случай з самостоятельное преступление.
Так, ст. 2112 УК РСФСР, предусматривающая выпуск (а эксплуатацию технически неисправных транспортных средств, была введена лишь Указом Президиума Верховного Совета РСФСР от 19 июня 1968 г. Однако в судебной практике и раньше встречались случаи осуждения лиц, виновных в этом преступлении, как по статьям о злоупотреблении служебным положением или о халатности, так и по статье о нарушении правил эксплуатации автотранспорта (ст. 211 УК РСФСР). Представим себе, что в мае 1968 года начальника гаража был привлечен к уголовной ответственности по ч. 2 ст. 170 (злоупотребление служебным положением, повлекшее тяжкие последствия) за выпуск в эксплуатацию заведомо неисправной машины, в результате чего произошла авария, повлекшая человеческие жертвы. К моменту рассмотрения дела в суде была принята новая статья 2112 УК РСФСР. Ее диспозиция полностью охватывает все действия, совершенные обвиняемым, а санкция (максимум— пять лет лишения свободы) ниже, чем санкция ч. 2 ст. 170 УК- Преступление должно быть переквалифицировано на ст. 2112 УК- В данном случае налицо сужение диспозиции по сравнению с общим составом зло-
331
употребления служебным положением — случай выделения специальной нормы.
Ряд норм Уголовного кодекса РСФСР 1960 года лишь формально можно считать новыми по сравнению с прежним законодательством. Например, действия, предусмотренные ч. 3 ст. 195 (похищение у граждан паспорта или других важных личных документов), ст. 223 («Загрязнение водоемов и воздуха»), ст. 165 («Производство .лесосплава или взрывных работ с нарушением правил охраны рыбных запасов») и др., и раньше влекли уголовную ответственность, но по другим статьям Уголовного кодекса.
Приведенные примеры говорят о том, что вопрос об обратной силе уголовного закона должен решаться с учетом всех элементов состава, в том числе и признаков субъекта преступления. Некоторые нормы, впервые вводящие уголовную ответственность для всех граждан, могут иметь обратную силу для должностного лица, если они предусматривают более мягкое наказание, чем статьи о должностных преступлениях.
4. Рассмотрим остальные два варианта соотношения старого и нового закона по диспозициям.
В) Диспозиция нового закона шире, чем старого. Она предусматривает более обширный круг преступных деяний. Обычно это происходит либо за счет увеличения числа альтернативных признаков состава, либо за счет упрощения его конструкции, отказа от некоторых ограничений и введения обобщенных формулировок.
В большинстве случаев такое расширение диспозиции сопровождается повышением санкции (или сохранением прежней санкции), вследствие чего новый закон не может иметь обратной силы. Так, например Указом Президиума Верховного Совета РСФСР от 27 декабря 1968 г. изменена ст. 1981 УК РСФСР. В отличие от прежней нормы уклонение военнообязанного от учебных сборов стало наказываться строже: не только исправительными работами, но и лишением свободы на срок до одного года. Однако изменилась не только санкция, но и диспозиция: в ч. 1 добавлены слова (уклонение от) «поверочных сборов», а в ч 2 — «а равно совершенное при других отягчающих обстоятельствах». Следовательно, объем диспозиции расширился. Статья не имеет обратной силы.
Другим примером является изменение ст. 217, предус-
332
магривазшей нарушение правил хранения, использования, учета или перевозки радиоактивных и взрывчатых Ееществ. Указом от 12 декабря 1968 г. к этим веществам добавлены еще «пиротехнические изделия», а санкция не .изменена. Очевидно, что в отношении нарушения правил обращения с пиротехническими изделиями статья не имеет обратной силы, так как раньше за это не было уголовной ответственности. Что же касается радиоактивных и взрывчатых веществ, то статья не имеет обратной силы потому, что она не смягчает ответственность, а оставляет ее такой же, как и ранее действовавшая редакция. Следовательно, переквалификация на эту статью действий, совершенных до ее издания, была бы необоснованной.
Но возможен еще один случай (см. рис. 23— слева), когда при расширении диспозиции статьи санкция ее смягчается.

Рис. 23. Изменение закона одновременно как по диспозиции, так и по санкции.
Так, ст. 133 УК РСФСР 1960 года установила ответственность не только за подлог избирательных документов или заведомо неправильный подсчет голосов (эти действия наказывались и ранее в уголовном порядке), но
333
а за «нарушение тайны голосования». Санкция же статьи понижена.
Другим примером может служить состав спекуляции. До 1950 года спекуляция определялась как скупка и перепродажа частными лицами в целях наживы продуктов сельского хозяйства и предметов массового потребления. Она наказывалась лишением свободы не ниже пяти лет с конфискацией имущества. В редакции УК РСФСР 1960 года выделенные выше слова исключены и, следовательно, состав спекуляции приобрел более широкое содержание. Под нею понимается скупка и перепродажа товаров и иных предметов любым лицом с целью наживы. Санкция же статьи стала ниже.
Имеют ли эти нормы обратную силу? Очевидно, решение этого вопроса зависит не только от того, с какой прежней статьей УК мы сравниваем новый закон, но и от того, применительно к каким именно действиям преступника мы его анализируем. Так, из рис. 23 (В) видно, что совершенное деяние может быть «расположено» либо в пределах старой диспозиции, которая в данном варианте полностью охватывается новой (точка М), либо сно подпадает под «новую часть» диспозиции (точка N).
В качестве примера первого случая можно привести следующий: М. (частное лицо) совершает до вступления в силу УК РСФСР 1960 года скупку и перепродажу лаврового листа. Пример второго случая: некто N в тот же период времени перепродает старинную статуэтку. Очевидно, применительно к М. новая статья имеет обратную силу, так как она понижает меру наказания за спекуляцию, а в отношении N — нет, ибо его действия раньше спекуляцией не считались. (Это не исключает, разумеется, того, что действия iN могли раньше быть предусмотрены какой-либо иной статьей УК, например статьей о нарушении правил торговли.)
Г) Диспозиции старого и нового закона пересекаются (рис. 23 — справа). Новая диспозиция в некоторых отношениях уже старой, а в других — шире. Санкция же нового закона мягче или осталась прежней.
По сути дела здесь, как и в предыдущем случае, надо анализировать соотношение двух законов с учетом того, что именно совершено обвиняемым. Поэтому мог^т быть разные решения относительно применения нового закона.
Для данного случая характерно положение, сложив-
334
шееся с нормой об умышленном убийстве при отягчающих обстоятельствах. Статья 102 УК РСФСР 1960 года в отличие от прежней ст. 136 УК 1926 года не содержи! указания на такое отягчающее обстоятельство, как убийство из мести. Зато она признает квалифицирующим признаком убийство двух или более лиц, о чем не упоминалось в ст. 136 УК 1926 года. В каком соотношении находятся эти статьи?
Очевидно, что ныне действующий уголовный закон смягчил наказание за умышленное убийство из мести, но повысил его за убийство двух лиц. В зависимости от того, какие признаки этого преступления имелись в действиях виновного в момент совершения преступления, к нему может быть применен либо новый, либо старый за-,кон. Здесь возможны три случая (рис. 23 — справа):
1) некто Р. в 1957 году совершил убийство из мести. Это деяние должно в настоящее время квалифицироваться по ст. 103, а не по ст. 102 УК, так как она не имеет для данного случая обратной силы;
2) N. совершил убийство двух лиц. Статья 102 содержит такой признак, а ст. 136 УК 1926 года — нет, следовательно, ст. 102 и здесь неприменима;
3) М. совершил убийство из корыстных побуждений, предусмотренное и в ст. 136, и в ст. 102 УК. В этом случае ст. 102 имеет обратную силу, ибо санкция ее ниже.
Аналогичные случаи характерны и для других правовых норм, если их соотношение подпадает под данный вариант (пересечение новой и ранее действовавшей норм). Как видно, лишь в одном из этих случаев новая норма имеет обратную силу.
Сложное соотношение новой и старой нормы может выразиться также в том, что одна ее часть имеет обратную силу, а другая — не имеет. Так, ст. 1981 об уклонении военнообязанного от сборов изменилась не полностью: повышены санкции и изменены диспозиции чч. 1 и 2, а ч. 3 статьи («уклонение от воинского учета») осталась без изменений.
Вопрос о том, имеет ли та или иная норма обратную силу или не имеет, необходимо ставить всегда конкретно: по сравнению с каким законом и применительно к какой разновидности преступлений, предусмотренных данной статьей (а иногда даже — применительно к какому из альтернативных признаков данного состава). В качестве
335
общего вывода можно сказать, что переквалификация на новый закон допустима, если совершенное деяние предусмотрено как прежним, так и новым законом, причем новый закон дает возможность суду назначить более мягкое наказание и не ухудшает иных правовых последствий осуждения по сравнению с прежним законом.
Рассматривая вопросы обратной силы закона и переквалификации преступлений на новый закон, многие авторы приходили к выводу, что при издании новых законов целесообразно всегда указывать, какие прежние нормы отменяются или утрачивают силу1. Присоединяясь в принципе к этому пожеланию, мы, однако, должны обратить внимание на то, что это улучшение не устранит всех трудностей в переквалификации. Как видно из сказанного, новая норма обычно тесно связана не с одной, а с многими действующими нормами; она включается в их систему, и потому применение нового закона всегда будет требовать творческого подхода, осмысленного понимания возможностей и условий его применения к преступлениям, совершенным до его издания.
5. В заключение остановимся на еще одном вопросе: о значении так называемых промежуточных законов.
Возможны случаи, когда после совершения преступления был издан новый закон, смягчающий ответственность, но к моменту вынесения приговора этот закон заменен опять более строгим. М. И. Блум и А. А. Тилле правильно считают, что «законных оснований для применения «промежуточного» закона не имеется»2, ибо он не действовал в момент совершения преступления, не действует и сейчас-—при рассмотрении дела. Поэтому совершенное преступление надлежит квалифицировать по первому или по последнему закону, в зависимости от того, имеет ли последний закон обратную силу (по отношению к первому закону), ноне по промежуточному закону. Однако далее указанные авторы непоследовательно утверждают, что назначаемое наказание не должно превышать санкции «промежуточного» закона, на который
1 См. М. И. Блум, А. А. Тилле, Обратная сила закона, стр. 24.
2 Т а м же, стр. 129,
336
следует сделать ссылку1. Думается, что нельзя ссылаться на закон, который не действует сейчас и ,не действовал при совершении преступления. По этой же причине ограничение меры наказания верхним пределом санкции промежуточного закона представляется не имеющим юридических оснований2.

КВАЛИФИКАЦИЯ ПРИ ИЗМЕНЕНИИ ФАКТИЧЕСКИХ МАТЕРИАЛОВ ДЕЛА

Значение точного установления фактических обстоятельств для правильной квалификации содеянного постоянно подчеркивается в решениях, выносимых высшими судебными органами.
Изменение фактических материалов дела означает изменение тех сведений о фактах, которыми располагают следователь, прокурор или суд, квалифицируя преступление. Но для удобства употребляется выражение «изменение фактических обстоятельств дела».
Какие же изменения в сведениях о фактах по делу могут про­изойти и как они отражаются на квалификации преступления?
Во-первых, данные, положенные в основу квалификации, мо­гут отпасть полностью (или хотя бы частично, но таким образом, что факты не образуют никакого состава преступления. Например, в суде выяснилось, что обвинение во взяточниче­стве основывалось исключительно на ложных показаниях свиде­теля. В подобных случаях суд выносит оправдательный приго­вор.
Кассационная и надзорная инстанции по этим же основаниям прекращают дело производством. Прежняя квалифи­кация отпадает, теряет юридическое значение.
В том случае, если подсудимый обвинялся в нескольких пре­ступлениях и обвинение в некоторых из них не подтвердилось, в резолютивной части приговора суда формулируется соответству­ющее решение о признании подсудимого виновным по одним статьям и об оправдании по другим статьям.
Во-вторых, фактические данные могут измениться. При этом возможны следующие три случая:
А) Материалы, на которых была основана квалификация, из­меняются несущественным (с точки зрения квалификации) об­разом. Например, в случае с продолжаемым преступлением из трёх эпизодов хищения имущества в суде подтверждены два, но размер хищения остался прежним – крупный. Это не меняет квалификации по ч. 3 ст. 158 УК. При этом суду достаточно в приговоре с приведением надлежащих мотивов сформулировать вывод о признании обвинения в этой части необоснованным.
Суд кассационной инстанции в аналогичном случае должен “исключить часть (эпизод) обвинения.
Б) Материалы дела изменились таким образом, что требуется переквалификация части обвинения на более мягкий закон, при­чем на такой, который уже был предъявлен по данному делу в другой части обвинения. Например, на предварительном следствии лицу было предъявлено обвинение в хищении имущества путем присвоения (ч. 1 ст. 160) и халатности (ст. 293), выразившейся в том, что он не контролировал работу подчиненных ему матери­ально ответственных лиц. В суде же выяснилось, что первый эпи­зод также представляет собой халатность: подсудимый не при­сваивал имущество, а не проявил необходимой настойчивости в обеспечении его хранения, и оно пришло в негодность.
В этом случае суд переквалифицирует содеянное и по первому эпизоду на ст. 293 УК.
Если же суд установил, что оба эпизода являются присвоением имущества, но один был квалифицировал как присвоение, а другой как халатность, то в данном случае нельзя оба эпизода квалифицировать как присвоение, поскольку это ухудшает положение подсудимого. Суд так и оставит квалификацию без изменения.
Как быть, если исключение статьи производится при рас­смотрении дела в кассационном или надзорном порядке? Так как по этой статье лицу было назначено наказание, исключение статьи, очевидно, повлечет и изменение размера наказания. Если эпизод, ранее квалифицированный как присвоение, в действитель­ности охватывается статьей о халатности, он должен влечь нака­зание по этой статье.

В) Более сложными являются такие изменения материалов дела, при которых содеянное требует переквалификации на иную статью или несколько статей Уголовного кодекса, ранее обвиняе­мому не предъявлявшихся.
Как известно, суд не вправе увеличить объем обвинения или применить более строгий закон, что гарантирует право обвиняемого на за­щиту и способствует достижению судом объективной истины по делу. Переквалификация в суде действий подсудимого на более тяжкий уголовный закон или на статью, предусматривающую иные фактические обстоятельства дела, лишает его возможнос­ти полноценно использовать свои права, грубо нарушает про­цессуальный порядок установления истины по делу и, следова­тельно, порождает опасность принятия решения, ошибочного по существу.
Рассмотрим основные слу­чаи, когда переквалификация преступления судом на иную статью не допускается.
Первый случай — применение более тяжкого уголовного за­кона. Например, переквалификация преступления со статьи о легком на статью о тяжком вреде здоровью.
Второй случай — расширение фактического объема обвине­ния. Например, вменение трех эпизодов хищения имущества вме­сто двух.
Третий случай – применение хотя и более мягкого по санк­ции закона, но такого, который предусматривает ответственность за преступление, существенно отличающееся по своим признакам от ранее инкриминированного. Например, переквалификация со статьи о грабеже на статью о мошенничестве.

Таким образом, переквалифика­ция в суде допустима в трех вариантах:
а) применяется более мягкий закон без изменений в объеме обвинения (например, переквалификация с ч. 3 на ч. 2 ст. 158 УК ввиду того, что крупного размера не установлено);
б) сокращается объем обвинения и применяется более мяг­кий закон (вместо ч. 4 ст. 158 УК о краже в особо крупном размере в связи с исключением одного из эпизодов размер похищенного расценивается как крупный размер и деяние квалифицируется по части 3 названной статьи.;
в) применяется более мягкий закон ввиду изменения в харак­тере обвинения (со статьи о тяжком вреде здоровью суд переква­лифицирует содеянное на статью о нанесении побоев).
Суммируя эти случаи, Пленум Верховного Суда СССР ука­зывал: “В случае необходимости квалифицировать отдельные эпизоды преступления по статье закона, по которой подсудимо­му не было предъявлено обвинение, суд должен исходить из того, что такое изменение квалификации допустимо лишь при условии, если действия подсудимого, квалифицируемые по но­вой статье закона, вменялись ему в вину при предании суду, не содержат признаков более тяжкого преступления и суще­ственно не отличаются по фактическим обстоятельствам от обвинения, по которому он был предан суду, а изменение обви­нения не ухудшает положение подсудимого и не нарушает его права на защиту”.
Раскрывая понятие “существенно не отличаются по факти­ческим обстоятельствам”, следует признать, что недопустима переквалификация при таком изменении в ха­рактере обвинения, при котором “новое преступление” содержит хотя бы один признак, отсутствовавший в составе того преступле­ния, которое было ранее инкриминировано. Иными словами, объем обвинения никак нельзя расширять.
Поэтому можно, например, переквалифицировать действия лица со статьи о вреде здоровью на статью о побоях (если побои были ранее вменены лицу хотя бы как часть обвинения в нанесении вреда здоровью), но нельзя перейти со статьи о грабеже на ста­тью о мошенничестве, так как последняя содержит признаки (об­ман, злоупотребление доверием), вовсе отсутствовавшие в ранее предъявленной статье УК (несмотря на то, что мошенничество наказывается мягче, чем грабеж).
Как правило, более тяжкое по характеру обвинение — одно­временно и более суровое по санкции вменяемого закона. Однако из этого общего правила встречаются и исключения. В действую­щем уголовном законодательстве есть несколько норм, находящихся между собой в таком соотношении, что более тяжкое по характеру обвинение влечет более мягкую санкцию и наоборот.
Следует учитывать, что решение вопроса о сравнительной тяжести двух преступлений будет зависеть от ряда конкрет­ных обстоятельств дела. Если вместо фактов присвоения иму­щества в суде будет установлена халатность, повлекшая тяж­кие последствия, переквалификация станет невозможной, так как существенно изменится само обвинение. Оно уже не будет представлять собою часть ранее предъявленного обвинения в хищении.
Следует иметь в виду, что основным ограничением при переквали­фикации преступления в суде является требование о том, чтобы объем нового обвинения составлял лишь часть прежнего обви­нения, т. е. статья Особенной части, на которую переквалифици­руются действия лица, должна предусматривать такое преступле­ние, состав которого может рассматриваться как часть ранее вме­ненного лицу преступления. Что касается меры наказания, то она, разумеется, не может быть повышена по сравнению с ранее назна­ченной.
Именно при таком решении будут соблю­дены все требования закона: не предъявлять более тяжкого обви­нения или обвинения, существенно отличающегося по фактичес­ким обстоятельствам от предыдущего, и не усиливать наказания, ранее назначенного виновному.
Примером правильного решения может служить следующее дело. Верховный суд РФ в качестве кассационной инстанции пере­квалифицировал действия преступников, совершивших в 1989 году хищение государственного имущества в особо крупных размерах, на ч. 2 ст. 158 УК РФ 1996 г., потому что сумма похищенного ими была меньшей, чем крупный размер по новому УК.
При переквалификации преступления нередко возникает вопрос: можно ли вместо одной прежней статьи применить дне новые? Не ухудшает ли это положение обвиняемого?

Так как допустимость переквалификации в суде связана не с количеством статей, а с сущностью обвинения, то само по себе увеличение или уменьшение числа статей при переквалифика­ции не является решающим. Выше приводился пример, когда уменьшение количества статей ухудшало положение обвиняемо­го. Но можно сослаться на судебные решения, в результате кото­рых число статей в приговоре возросло, но существо обвинения смягчилось.

Вполне понятно, что подобная переквалификация, как отмеча­лось выше, допустима лишь при условии, что факты, получившие новую юридическую оценку, уже вменялись обвиняемому на пред­варительном следствии и подтвердились при рассмотрении дела судом первой инстанции. Какое-либо изменение фактических об­стоятельств путем расширения круга эпизодов или “добавления” юридических признаков содеянного недопустимо.
В этой связи нельзя признать аргументированным поста­новление президиума областного суда, которым действия С. переквалифицированы со статьи о тяжком вреде здоровью, повлекшем смерть, на статьи о хулиганстве и неосторожном причинении смерти. Хотя санкции двух последних статей ниже, объем нового обвинения не может считаться более узким или равноценным. Если обвинение в причинении смерти по неос- торожности и можно рассматривать как часть обвинения о тяжком вреде здоровью, повлекшем смерть (данная переквали­фикация допустима), то этого никак нельзя сказать о хулиганстве, которое, как можно судить но постановлению президиума областного суда, не вменялось С. при рассмотрении дела судом.

§ 2. Изменение квалификации в процессе уголовного судопроизводства

§ 2. Изменение квалификации в процессе уголовного судопроизводства

Применение уголовно-правовых норм возможно только в рамках уголовного судопроизводства, поэтому квалификацию преступлений необходимо рассматривать в неразрывной связи с процессом и результатом процессуальной деятельности дознавателя, следователя, прокурора и суда, осуществляемой в порядке и форме, предусмотренных уголовно-процессуальным законодательством РФ.

Квалификация преступлений как динамический процесс установления тождества признаков фактически совершенного деяния признакам состава преступления обладает определенной спецификой на каждой стадии уголовного процесса и закрепляется в уголовно-процессуальных документах, составляемых работниками следствия, прокуратуры и суда. Квалификация преступления осуществляется на всех стадиях расследования и судебного разбирательства уголовного дела. На каждой из них дается юридическая оценка содеянному, определяется состав преступления, содержащий признаки деяния, и норма УК, предусматривающая ответственность за данное деяние. Так, требование указать пункт, часть, статью или статьи уголовного закона в процессуальном акте содержится в ч. 2 ст. 146 (в постановлении о возбуждении уголовного дела), ч. 2 ст. 171 (в постановлении о привлечении лица в качестве обвиняемого), ч. 1 ст. 220 (в обвинительном заключении), ч. 3 ст. 231 (в постановлении о назначении судебного заседания), ч. 1 ст. 308 (в обвинительном приговоре), ч. 1 ст. 387 и ст. 388 (в кассационном определении), ст. 408 УПК РФ (в определении и постановлении надзорной инстанции) и др. Нарушение требований Общей части УК, применение не той статьи или не того пункта или части статьи Особенной части УК, которые подлежали применению, являются основанием отмены или изменения приговора в кассационном порядке (ст. 379, 382 УПК РФ). При квалификации приготовления и покушения на преступление обязательна ссылка на соответствующую часть ст. 30 УК. При совершении преступления подстрекателем, организатором или пособником содеянное квалифицируется по соответствующей части ст. 33 УК и статье Кодекса, предусматривающей ответственность за совершенное исполнителем преступление.

В.Н. Кудрявцев, рассматривая вопросы изменения квалификации в процессе правоприменения, условно связывает их с изменением фактических материалов дела и в то же время справедливо отмечает, что под изменением фактических материалов дела следует понимать лишь изменение тех сведений о фактах, которыми располагает следователь, прокурор или суд, квалифицируя преступление[271], поскольку факты, анализируемые при квалификации преступлений, имеют отношение к прошлому. Вместе с тем в некоторых случаях в процессе осуществления уголовного судопроизводства могут изменяться не только сведения о фактах, но и сами факты. Это будет иметь место, если, например, после поступления уголовного дела в суд по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 111 УК, потерпевший скончался от полученных телесных повреждений.

В постановлении о возбуждении уголовного дела (ст. 146 УПК РФ) указываются пункт, часть, статья УК, на основании которых возбуждается уголовное дело. Эта квалификация носит предварительный характер, является предположением, поскольку в распоряжении органа расследования еще очень мало фактов, необходимых для правильной квалификации.

Вместе с тем неверная квалификация содеянного на любой стадии процесса означает нарушение законности. Даже при возбуждении уголовного дела неточность квалификации может привести к нарушению подследственности, ошибке в избрании мер пресечения, применении сроков давности, амнистии, освобождении от уголовной ответственности. Дифференциация уголовно-процессуальной процедуры, в частности формы предварительного расследования, также определяется исходя из уголовно-правовых признаков содеянного (ст. 31, 99, 150, 151 УПК РФ и др.).

На стадии предварительного расследования в постановлении о привлечении лица в качестве обвиняемого (ст. 171 УПК РФ) также обязательно описывается преступление, в совершении которого обвиняется данное лицо, и указываются пункт, часть, статья УК, предусматривающие ответственность за это преступление (ч. 1 ст. 171 УПК РФ). Данная квалификация является более стабильной, хотя все еще носит предварительный характер и может быть уточнена или изменена в ходе дальнейшего расследования.

Следователь на стадии предварительного расследования вправе изменять и дополнять обвинение как в сторону улучшения, так и в сторону ухудшения положения обвиняемого. При этом следователь выносит новое постановление о привлечении лица в качестве обвиняемого и предъявляет его обвиняемому (ст. 175 УПК РФ). Формулировка обвинения в обвинительном заключении должна совпадать с той, которая дана в постановлении о привлечении лица в качестве обвиняемого (п. 4 ч. 1 ст. 220 УПК РФ). При поступлении уголовного дела с обвинительным заключением или обвинительным актом прокурору, он вправе самостоятельно, без возвращения уголовного дела следователю или дознавателю, изменить объем обвинения путем исключения из него отдельных пунктов обвинения или переквалифицировать содеянное лишь по уголовному закону о менее тяжком преступлении (п. 1 ч. 2 ст. 221 и ч, 2 ст. 226 УПК РФ). В том случае, если, по мнению прокурора, необходима переквалификация содеянного на статью о более тяжком преступлении, он возвращает уголовное дело следователю или дознавателю для производства дополнительного следствия или дознания и (или) составления нового обвинительного заключения или обвинительного акта (п. 3 ч. 1 ст. 221, п. 2 ч. 1 ст. 226 УПК РФ).

В обвинительном заключении или обвинительном акте по уголовному делу излагаются все обстоятельства дела, а также формулировка обвинения с указанием пункта, части статьи или статей уголовного закона, предусматривающих данное преступление (ст. 220, 225 УПК РФ). Эта квалификация является значительно более стабильной, чем при предъявлении обвинения и в соответствии с ч. 1 ст. 252 УПК РФ ограничивает рамки судебного разбирательства.

На стадии предварительного слушания (на котором назначается судебное заседание) выясняется, наряду с другими вопросами, вопрос о возможном прекращении уголовного дела (ст. 236–239 УПК РФ), а при постановлении приговора суд решает вопрос о том, является ли деяние преступлением и каким именно пунктом, частью, статьей УК оно предусмотрено (ст. 299 УПК РФ).

В соответствии со ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство производится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению. Изменение обвинения в судебном разбирательстве допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту.

Так, согласно обвинительному заключению Эседов и Батырбеков обвинялись, наряду с другими преступлениями, в убийстве Л. при отягчающих обстоятельствах. Ленинградский окружной военный суд признал доказанным, что убийство совершено А., скрывшимся от органов следствия, а Эседов и Батырбеков лишь вывезли и спрятали труп, в связи с чем квалифицировал их действия как укрывательство особо тяжкого преступления (ст. 316 УК). Таким образом, признав, что Л. лишен жизни А., суд вышел за пределы судебного разбирательства, которое, согласно ч. 1 ст. 252 УПК РФ, производится только в отношении обвиняемого[272].

Если в ходе судебного разбирательства государственный обвинитель придет к убеждению, что представленные доказательства не подтверждают предъявленного подсудимому обвинения, то он отказывается от обвинения полностью или частично, что влечет за собой полное или частичное прекращение уголовного дела или уголовного преследования. Также государственный обвинитель до удаления суда в совещательную комнату может изменить обвинение в сторону смягчения путем исключения из юридической квалификации деяния признаков преступления, отягчающих наказание, исключения из обвинения ссылки на какую-либо норму УК, если деяние подсудимого предусматривается другой нормой Кодекса, нарушение которой вменялось ему в обвинительном заключении или обвинительном акте, или квалифицировать деяние в соответствии с нормой УК, предусматривающей более мягкое наказание (ч. 7, 8 ст. 246 УПК РФ).

Обвинительный приговор — это последний с процессуальной точки зрения документ, содержащий квалификацию преступления с учетом уточнений, сделанных в ходе предварительного расследования и судебного рассмотрения уголовного дела. Заключенный в нем вывод суда о квалификации преступления после вступления приговора в законную силу является окончательным.

Изменением квалификации содеянного в качестве преступления можно назвать и провозглашение судом оправдательного приговора (ч. 2 ст. 302 УПК РФ), когда данные, положенные в основу квалификации, во время судебного разбирательства отпали полностью или частично, но таким образом, что оставшиеся факты не образуют состава преступления. Так, если в суде удалось доказать лишь один из двух вменявшихся эпизодов незаконного использования чужого товарного знака, оставшийся один эпизод, если он не причинил крупного ущерба (ч. 1 ст. 180 УК), не образует состава преступления, в таком случае постановляется оправдательный приговор за отсутствием в деянии состава преступления (п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ).

Изменение квалификации в процессе судебного разбирательства возможно, если им не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту, с изложением в описательно-мотивировочной части обвинительного приговора оснований и мотивов изменения квалификации в случае признания обвинения в какой-либо части необоснованным или установления неправильной квалификации преступления (п. 3 ст. 307 УПК РФ).

Если подсудимый обвиняется в совершении нескольких преступлений, то суд при постановлении приговора решает вопросы, связанные с квалификацией по каждому из преступлений в отдельности (ч. 2 ст. 299 УПК РФ). Если обвинение в совершении некоторых из этих преступлений не подтвердилось, суд в описательно-мотивировочной части приговора приводит мотивы признания подсудимого виновным в одних преступлениях и оправдания по обвинению в других преступлениях, а в резолютивной части приговора формулирует соответствующее решение о признании подсудимого виновным по одним и об оправдании по другим статьям.

Если подсудимому вменено совершение преступления, состоящего из нескольких эпизодов, подпадающих под действие одной статьи уголовного закона (например, несколько эпизодов продолжаемой преступной деятельности), и обвинение в совершении некоторых из них не подтвердилось, то, если это не влечет изменения квалификации содеянного, суду достаточно в описательной части приговора с приведением надлежащих мотивов сформулировать вывод о признании обвинения в этой части необоснованным.

Если подсудимый совершил одно преступление, которое ошибочно квалифицировано несколькими статьями уголовного закона, суд только в описательно-мотивировочной части приговора должен указать на исключение ошибочно вмененной подсудимому статьи уголовного закона, приведя соответствующие мотивы (п. 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 апреля 1996 г. № 1 «О судебном приговоре»[273]).

Изменение квалификации действий подсудимого на другую статью уголовного закона, а также переквалификация отдельных эпизодов преступления по статье закона, по которой подсудимому не было предъявлено обвинение, возможно лишь при соблюдении нескольких условий:

1) если действия подсудимого, квалифицируемые по новой статье закона, вменялись ему в вину и не были исключены судьей из обвинительного заключения при назначении судебного заседания;

2) если действия подсудимого не содержат признаков более тяжкого преступления;

3) если действия подсудимого существенно не отличаются по фактическим обстоятельствам от предъявленного обвинения;

4) изменение обвинения не ухудшает положение подсудимого и не нарушает его права на защиту (п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ «О судебном приговоре»).

В соответствии с указанным постановлением более тяжким считается обвинение, когда применяется другая норма уголовного закона (статья, часть статьи или пункт), санкция которой предусматривает более строгое наказание, или в обвинение включаются дополнительные, не вмененные обвиняемому факты (эпизоды), влекущие изменение квалификации преступления на закон, предусматривающий более строгое наказание, либо увеличивающие фактический объем обвинения, хотя и не изменяющие юридической оценки содеянного.

Существенно отличающимся обвинением от первоначального по фактическим обстоятельствам предлагается считать всякое иное изменение формулировки обвинения (вменение других деяний вместо ранее предъявленных, вменение преступления, отличающегося от предъявленного по объекту посягательства, форме вины и т. д.), если при этом нарушается право подсудимого на защиту.

Таким образом, исходя из анализа уголовно-процессуального законодательства и рекомендаций, данных Пленумом Верховного Суда РФ, изменение квалификации преступлений в процессе судебного разбирательства возможно при соблюдении ряда условий:

1. Применяемая другая норма уголовного закона содержит более мягкую санкцию. Например, возможна переквалификация с ч. 2 на ч. 1 ст. 165 УК, поскольку ранее вменявшийся квалифицирующий признак «группой лиц по предварительному сговору» не подтвердился, так как одно из лиц, принимавших участие в совершении преступления, не обладало признаками субъекта этого преступления.

2. Уменьшение объема обвинения, если формулировка исходного обвинения включала в себя признаки деяния, содержащегося в новом обвинении. Так, при недоказанности участия обвиняемого в краже возможна переквалификация его действий со ст. 158 наст. 175 УК, если он распоряжался похищенным имуществом[274]. Переквалификация преступления со ст. 158 на ст. 175 УК в судебной практике встречается довольно часто и, в принципе, не вызывает сомнений. Важно, чтобы изначально лицо обвинялось не только в изъятии чужого имущества, но и в распоряжении им, а также были установлены иные основания и условия уголовной ответственности по ст. 175 УК, в том числе 16-летний возраст подсудимого[275]. Обвинение в убийстве (ст. 105 УК) может быть изменено на обвинение по ст. 106, 107, 108, 111 УК. Обвинение в покушении на убийство может быть изменено на угрозу убийством, если будет установлено, что лицо лишь угрожало оружием и не пыталось реализовать свою угрозу.

При соблюдении этих условий суд вправе переквалифицировать уголовно наказуемое деяние с одной статьи на несколько статей уголовного закона, предусматривающих ответственность за менее тяжкие преступления (п. 18 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 11 июня 1999 г. «О практике назначения судами уголовного наказания»)[276].

Изменение квалификации преступлений в процессе судебного разбирательства невозможно, если при этом:

1. Применяется другая норма уголовного закона, содержащая более строгую санкцию. Например, невозможна переквалификация с ч. 1 на ч. 2 ст. 188 УК, если было установлено, что перемещаемый предмет относится к числу культурных ценностей.

2. Увеличивается объем обвинения, если формулировка нового обвинения включает в себя признаки деяния, не содержащегося в исходном обвинении. Так, деяние лица, обвинявшегося в покушении на убийство двух лиц (п. «а» ч. 2 ст. 105 УК), если один из потерпевших был жив на момент начала судебного разбирательства и умер уже в процессе его производства, не может быть переквалифицировано на п. «а» ч. 2 ст. 105 УК, т. е. из формулы обвинения не может быть исключено указание на то, что деяние было закончено на стадии покушения, поскольку это означает увеличение объема обвинения.

3. Существенно изменяется формулировка обвинения по фактическим обстоятельствам. Так, в соответствии с п. 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)» изменение судом обвинения с одного пункта на другой ч. 2 ст. 105 УК недопустимо.

Изменение квалификации действий (бездействия) виновного на статью УК о более тяжком преступлении при новом судебном разбирательстве возможно лишь при отмене приговора кассационной инстанцией в связи с необходимостью применения закона о более тяжком преступлении (ч. 4 ст. 360 УПК РФ). Основаниями отмены приговора судами апелляционной, кассационной и надзорной инстанций, при наличии которых может быть произведено изменение квалификации на статью о более тяжком преступлении, является несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела и неправильное применение уголовного закона (п. I, 3 ч. I ст. 369, п. 1,3 ч. 1 ст. 379 УПК РФ).

Действующее уголовно-процессуальное законодательство не содержит института дополнительного расследования. Оно заменено процедурой возвращения судом прокурору уголовного дела для устранения препятствий его судебного рассмотрения (ст. 237 УПК РФ), которая допускается только на стадии предварительного слушания. В связи с этим в судебной практике возникло множество вопросов о том, каким образом может быть изменена квалификация, если в ходе судебного разбирательства будут получены доказательства виновности лица в совершении преступления более тяжкого, чем то, в совершении которого ему было предъявлено обвинение, или хотя и не более тяжкого, но существенно отличающегося от первоначального обвинения, когда выявляются новые обстоятельства совершенного преступления, которые хотя и не влияют на тяжесть содеянного, но не будучи указанными в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого и обвинительном заключении или обвинительном акте, приводят к вынесению оправдательных приговоров[277].

Возвращение уголовного дела прокурору возможно в строго определенных случаях, в перечень которых не вошли существенные нарушения норм материального и процессуального права. В числе других случаев, наличие которых дает основание для возвращения уголовного дела прокурору, указана лишь ситуация, когда обвинительное заключение или обвинительный акт составлены с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения или акта (п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ). Вместе с тем представляется, что при рассмотрении подобных ситуаций следует руководствоваться постановлением Конституционного Суда РФ от 8 декабря 2003 г. № 18-П «По делу о проверке конституционности положений статей 125, 219, 227, 229, 236, 237, 239, 246, 254, 271, 378, 405 и 408, а также глав 35 и 39 Уголовно-процессуального Кодекса Российской Федерации в связи с запросами судов общей юрисдикции и жалобами граждан», который в п. 1 признал не противоречащей Конституции РФ ч. 1 ст. 237 УПК РФ, поскольку содержащиеся в ней положения по своему конституционно-правовому смыслу в системе норм не исключают правомочий суда по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвратить дело прокурору для устранения препятствий к его рассмотрению судом во всех случаях, когда в досудебном производстве были допущены существенные нарушения закона, неустранимые в судебном производстве, если возвращение дела не связано с восполнением неполноты произведенного дознания или предварительного следствия.

Вместе с тем Конституционный Суд РФ признал не соответствующей Конституции РФ ч. 4 ст. 237 УПК РФ, запрещавшую производство каких-либо следственных или иных процессуальных действий по уголовному делу, возвращенному прокурору. Таким образом, если при судебном разбирательстве выявляются существенные нарушения закона, допущенные в досудебной стадии и являющиеся препятствием к рассмотрению уголовного дела, и суд не может устранить такое нарушение самостоятельно, он по ходатайству сторон или по своей инициативе возвращает дело прокурору для устранения указанного нарушения, при условии, что оно не будет связано с восполнением неполноты произведенного дознания или предварительного следствия. Следует также отметить, что «после возвращения дела судом, прокурор (а также по его указанию следователь или дознаватель) вправе, исходя из конституционных норм, провести следственные или иные процессуальные действия, необходимые для устранения выявленных нарушений и, руководствуясь статьями 221 и 226 УПК РФ, составить новое обвинительное заключение или новый обвинительный акт» (п. 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 5 марта 2004 г. № 1 «О применении судами норм Уголовно-процессуального Кодекса РФ»). Поскольку понятие судебного разбирательства в соответствии с п. 51 ст. 5 УПК РФ включает в себя судебное заседание судов первой, второй и надзорной инстанций, «можно сделать вывод, что высшие судебные органы имели в виду возможность возвращения прокурору уголовного дела для устранения существенного нарушения закона судом любой из трех инстанций, где было выявлено данное нарушение»[278]. Таким образом, в связи с необходимостью предъявления нового обвинительного заключения или акта право на защиту лица не нарушается, так как дальнейшее производство дела начинается заново.

До вступления приговора в силу в соответствии со ст. 354 УПК РФ он может быть обжалован в апелляционном или кассационном порядке. Согласно п. 4 ч. 3 ст. 367 УПК РФ апелляционная инстанция вправе изменить приговор суда первой инстанции, в частности по такому основанию, как неправильное применение уголовного закона (п. 3 ч. 1 ст. 369 УПК РФ), заключающееся, в числе прочего, в неправильной квалификации преступления (п. 1 и 2 ст. 382 УПК РФ). На основании п. 4 ч. 1 ст. 378 УПК РФ кассационная инстанция полномочна изменить не вступивший в законную силу приговор первой или апелляционной инстанции. Одним из оснований также является неправильное применение уголовного закона (п. 3 ст. 379 УПК РФ). Лишь после принятия акта суда кассационной инстанции обжалованный приговор первой или апелляционной инстанции вступает в законную силу, и с этого момента процесс квалификации можно считать завершенным.

Вступивший в законную силу приговор суда может быть пересмотрен в надзорном порядке по представлению прокурора или по жалобе осужденного, его защитника или представителя. Однако пересмотр приговора в надзорном порядке не является обязательной стадией уголовного процесса, поскольку в удовлетворении такой жалобы или представления может быть отказано, подача надзорного представления или надзорной жалобы не влечет автоматического пересмотра обжалуемого приговора. Но в случае пересмотра приговора надзорная инстанция вправе внести изменения в приговор (п. 6 ч. 1 ст. 408 УПК РФ), в том числе и в части квалификации преступления. В соответствии с постановлением Конституционного Суда РФ от 11 мая 2005 г № 5-П пересмотр в порядке надзора по жалобе потерпевшего, его представителя и по представлению прокурора обвинительного приговора, определения и постановления суда в связи с необходимостью применения уголовного закона о более тяжком преступлении, ввиду мягкости наказания или по иным основаниям, влекущим за собой ухудшение положения осужденного, а также оправдательного приговора, определения или постановления суда о прекращении уголовного дела, допускается лишь в течение года по вступлении их в законную силу.

Обобщенно правила изменения квалификации в процессе уголовного судопроизводства можно сформулировать следующим образом.

1. Изменение квалификации преступления на стадии предварительного расследования возможно как в сторону улучшения, так и в сторону ухудшения положения обвиняемого.

2. Изменение квалификации в процессе судебного разбирательства возможно при соблюдении ряда условий:

а) применяемая другая норма уголовного закона содержит более мягкую санкцию;

б) уменьшается объем обвинения, если формулировка исходного обвинения включала в себя признаки деяния, содержащегося в новом обвинении;

в) изменение квалификации с одной на несколько статей уголовного закона возможно, если они предусматривают ответственность за менее тяжкие преступления.

3. Изменение квалификации в процессе судебного разбирательства невозможно, если:

а) применяется другая норма уголовного закона, содержащая более строгую санкцию;

б) увеличивается объем обвинения, если формулировка нового обвинения включает в себя признаки деяния, не содержавшегося в исходном обвинении;

в) изменяется формулировка обвинения, существенно отличающаяся от исходного по фактическим обстоятельствам.

4. Изменение квалификации на статью о более тяжком преступлении при новом судебном разбирательстве возможно лишь при отмене приговора в связи с необходимостью применения закона о более тяжком преступлении. Основаниями отмены приговора судами апелляционной, кассационной и надзорной инстанций, при наличии которых может быть произведено изменение квалификации на статью о более тяжком преступлении, является несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела и неправильное применение уголовного закона.

5. Если существенное нарушение закона, допущенное в досудебной стадии и являющееся препятствием к рассмотрению уголовного дела, выявлено при судебном разбирательстве, суд, когда он не может устранить такое нарушение самостоятельно, по ходатайству сторон или по своей инициативе возвращает дело прокурору для устранения указанного нарушения при условии, что оно не будет связано с восполнением неполноты произведенного дознания или предварительного следствия.

Смотрите так же:

  • Приказ минздравсоцразвития аптечки Приказ № 169н от 05.03.2011Об утверждении требований к комплектации изделиями медицинского назначения аптечек для оказания первой помощи работникам Зарегистрировано в Минюсте РФ 11 апреля 2011 г. Регистрационный номер 20452 В целях реализации статьи 223 […]
  • Пособия гражданам имеющим детей дипломная работа Пособия гражданам, имеющим детей 1. ПОНЯТИЕ, ВИДЫ И ЗНАЧЕНИЕ ПОСОБИЙ ГРАЖДАНАМ, ИМЕЮЩИМ ДЕТЕЙ 9 1.1. Демографическая ситуация в современной России. Социальная поддержка граждан, имеющих детей, как инструмент решения демографической ситуации 9 1.2. […]
  • Заявление на увольнение мчс Образец заявления увольнения по собственному желанию Содержание Порядок увольнения по собственному желанию установлен статьями 77 и 80 Трудового кодекса. Работник вправе расторгнуть трудовой договор в любое время. При этом сообщать о причинах такого решения […]
  • Федеральный закон о кадастре 2013 Федеральный закон от 24 июля 2007 г. N 221-ФЗ "О государственном кадастре недвижимости" Федеральный закон от 24 июля 2007 г. N 221-ФЗ"О государственном кадастре недвижимости" С изменениями и дополнениями от: 22, 23 июля, 30 декабря 2008 г., 8 мая, 17 июля, […]
  • Налоги для кфх в 2013 году 23 августа 2018 Отчетность КФХ на ЕСХН в 2018 году Деятельность КФХ относится к предпринимательской (коммерческой) и облагается налогами. Выбор системы налогообложения для КФХ широк: можно применять традиционную систему налогообложения, один из вариантов […]
  • Образец квитанции госпошлины на развод Сколько стоит госпошлина за развод в России Количество разводов на территории России с каждым годом увеличивается. Более половины союзов распадаются. Бракоразводный процесс — неприятная и длительная процедура, которую сложно провести без консультации […]
  • Нотариусы прокопьевска адреса Нотариусы Прокопьевск Ниже представлен список нотариусов в выбранной категории. Чтобы посмотреть подробную информацию по конкретному нотариусу, кликните по ФИО нотариуса. Нотариус Абросимов Максим Вадимович Телефон: +7(3846)610229 Адрес: […]
  • Об охране здоровья граждан рф статья 30 Основы законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан от 22 июля 1993 г. N 5487-I (с изменениями и дополнениями) (утратили силу) Основы законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан от 22 июля 1993 г. N 5487-I С […]