Законы добра и зла

24. Закон добра и зла

24. Закон добра и зла

Мир не создан лишь для удовольствия. Он не всегда соответствует нашим представлениям о нем и нашим желаниям.

Понятия добра и зла могут быть относительны. Одно и то же событие, встретившееся одному человеку, но в разное время, может восприниматься им по-разному.

Также и то, что для одного – добро, другому покажется злом. Тот, кто не способен сам сделать доброе дело, не оценит добра и от других. Для тех, кто не способен видеть зло, – зла не существует.

Похожие главы из других книг

Последний жизненный закон Закон о смысле жизни

Последний жизненный закон Закон о смысле жизни Мы пришли от первого закона – Закона пустоты – к Закону о смысле жизни.Мы идем от одиночества к воссоединению с другими и снова к одиночеству.Мы приходим из пустоты, пытаясь обрести смысл жизни, и вновь уходим в

Истоки добра

Истоки добра . Интересно вообразить, как склонный к рассуждениям тунеядец. обратившись к философии этики, представит себя чистейшей воды интуитивным моралистом. Он стал бы указывать с абсолютной справедливостью, что приверженность рабочих жизни, полной непрерывного

Нет худа без добра

Нет худа без добра Исследуя способы увеличения IQ, с помощью тренировок и специально разработанных обучающих программ, ученые опровергли догму, что коэффициент интеллекта — постоянная величина. Интеллект не есть готовый мыслительный инструмент, с которым мы рождаемся.

Относительность добра и зла

Относительность добра и зла В этом мире нет ни добра, ни зла.Добро и зло – абсолютно придуманные категории.Вы поймали в разрез прицела голову человека, задержали дыхание, плавно потянули спуск на себя, увидели в оптический прицел, как эта голова разлетается вдребезги…

Нет худа без добра?

Нет худа без добра? Как вы относитесь к пословице “Нет худа без добра?” Это для вас только приговорка к случаю или действительно стрелка компаса мудрости? Вы действительно готовы — и будете — из ЛЮБОЙ ситуации вычерпывать плюсы? Да, иногда это кажется кощунственным (то

Дерево Добра и Зла

Дерево Добра и Зла – Вань, как ты думаешь, Бог правильно сделал, что прогнал Адама из Рая? – Правильно. А что Адам его не послушался?! – И если я тебя так же серьезно накажу, из дома выгоню, когда ты не послушаешься меня, это тоже будет правильно? – … Нет. Бог не прав. За

Мир вне тисков добра

Мир вне тисков добра – У меня слабая душа – я не могу любить всех людей…– И я не могу, если буду любить так, как это пытаешься делать ты. Ты полагаешь, что любить – значит исключительно нежно смотреть на людей и разговаривать с ними как с родными. Ничего подобного. Я

По ту сторону добра и зла…

По ту сторону добра и зла… …Вы, несомненно, как и все люди, хотите жить комфортно, в достатке, без болезней и потрясений. Однако жизнь распоряжается по-другому и крутит вами, как бумажным корабликом в бурном потоке. В погоне за счастьем, вы уже испробовали немало известных

Западня Добра

Западня Добра Хищный мир сам себе создал «Западню Добра». Поначалу агрессивные устремления суперанималов (сверхживотных) и суггесторов (псевдолюдей) встречали со стороны диффузных людей лишь пассивный отпор – чисто биологический. Он выразился прежде всего в

Способ любви и добра

Способ любви и добра Всем нам хорошо известна библейская заповедь «подстав­лять другую щеку», когда с нами поступают совершенно наоборот. Это может быть одним из самых трудных поступ­ков, особенно если вы являетесь поклонником правила « око за око и зуб за зуб ».Ранее в

1.3. Концепция изначального добра

1.3. Концепция изначального добра Я уже писал в этой книге о том, что есть два диаметрально противоположных подхода к реальности и к человеку в частности. Одна из них – концепция «борьбы со злом», вторая – «выращивания добра». Первая требует борьбы и уничтожения, вторая –

Тень добра

Тень добра Порой мы становимся свидетелями поистине драматических примеров того, как люди могут использовать свою Тень самым благотворным для окружающих образом. Масштабные катастрофы, которые порой охватывают всю страну или ее регион, часто побуждают людей творить

Желайте всем добра

Желайте всем добра На этот счет мы уже давали рекомендации во второй части книги.Одно из приведенных там правил гласит: «Воздействуйте не на самого человека, а на окружающую его среду!» В данном случае оно означает, что вам лучше строить формулу заказа не по отношению к

Законы добра и зла

Идеология Высших Целей — Идеология Добродействия

Критерии Добра и зла

Приведу ПРИТЧУ для понимания, что относить к Добру, а что – к злу.

В давние-давние времена на берегу моря сидел мудрец с учениками и слушателями. Он задал всем такую задачу. На песке прутиком мудрец нарисовал самые различные линии: прямые, кривые, косые и с загогулинами. Потом отдал свой прутик ученикам и предложил им соединить все линии в одну, не отрывая его от песка. Когда, не сумев выполнить задание, ученики отступились, мудрец сам провел одну прямую линию НАД всеми кривыми и загогулинами. И ученики, и остальные присутствующие согласились, что эта верхняя прямая объединяет все линии, находящиеся под ней.

А теперь продолжим притчу. Представим, что вверху вместо прямой линии надо взять Вектор – слева направо. Этот вектор дает НАПРАВЛЕНИЕ К ДОБРУ (к любви, созиданию, гармонии). А разнообразные мелкие кривые и косые будут представлять различные идеи, программы, группы людей, партии и движения со своими «загогулинами». Но ведь снизу тоже можно провести Вектор – справа налево. Этот вектор будет означать НАПРАВЛЕНИЕ к ЗЛУ (к дисгармонии и разрушению). Все хорошее, доброе, разумное должно объединяться под верхним вектором. Все лживое, ненавистное, агрессивное фактически объединяется на потребу зла.

Есть три критерия , которые позволяют заранее определить, к Добру или злу надо относить то или иное движение, явление, идею, даже мысль. По ним люди самостоятельно могут и сами понять, куда их тянут те или иные деятели, программы и лозунги. К Добру или к злу? Возможно, что среди идей есть и те, которые отвечают этим критериям. Их надо поддерживать. А то, что ошибочно, что ведет к злу — надо устранять. Путь в новый Мир будет основан на ПОНИМАНИИ, а не на слепой вере и невежестве, характерных для Старого мира – мира лжи, наживы, насилия и СТРАХА.

Вот эти критерии :

  1. Все, что зовет к Объединению – это ДОБРО. Все, что разъединяет – зло. Ведь именно Любовь и означает прежде всего Единение. Это как синонимы.

Толстой нам оставил критерий,

И все мы должны его знать:

Хорошая добрая мысль

Лишь к Единству

должна человечество звать.

А мысль сатанинская, злая

ведет к разобщенью людей.

И ты, наперед это зная,

гони ее прочь поскорей!

2. Все, что ведет к ОБЩЕМУ БЛАГУ – Добро. Что ставит выше личное, частное – зло. Заметим, что ОБЩЕЕ БЛАГО по содержанию означает гармонию между личным и общим по принципу: то, что хорошо человеку, должно быть хорошо и другим людям, и обществу в целом, и Природе. И наоборот: что хорошо обществу, хорошо производству, должно быть хорошо и человеку, и Природе.

Люди! Прислушайтесь к Слову поэта.

Разумом сердца вы знаете это:

Если Мое воцарится над Нашим

Род человеческий будет пропащим!

Сила трудящихся – в Объединенье!

Воля трудящихся – лишь в Наступленьи!

Высшая цель – это Благо народа!

С ней одолеем любые невзгоды!

Мир Добродействия – Цели венец!

Лжи и Наживе поставит конец!

3. Истоком всего хорошего, эффективного в Природе (в Мироздании) является ТВОРЧЕСТВО. Посмотрите вокруг – все создано ТВОРЧЕСТВОМ. Все когда-то было открыто и изобретено, воплощено в жизнь изначально творческим трудом. Но ТВОРЧЕСТВО не может быть без СВОБОДЫ. Мы – тоже создания ТВОРЦА. И ТВОРЕЦ дал нам СВОБОДУ ВОЛИ. Так что третий критерий – это обеспечение СВОБОДЫ ТВОРЧЕСТВА.

«Свобода и Творчество – неразделимы!

И Цель! И Источник! – слились в них въедино!»

Лишь в Единстве Божественной Дихотомии «И Творчество! И Свобода!» – обеспечат такую эффективность общественного и личного производства, которая будет БЛАГОМ «И для себя, И ДЛЯ ДРУГИХ!». Иллюстрацию Вы увидите в любом изобретении, в любом открытии. Все же, что препятствует творчеству, ограничивает его свободу – это зло.

Особое внимание нужно обратить на требование ТРИЕДИНСТВА этих критериев. Это значит, что все три критерия необходимо применять комплексно, не пропуская ни одного. Причем, только Экономика Добродействия полностью отвечает всем трем критериям.

4. Диалектика добра и зла

Добро только тогда добро, когда оно имеет в виду бла­го человеческого рода как такового, т. е. добрый по­ступок и помысел далеки от прямой личной выгоды и раздвигают границы всякого партикулярного интереса. Добро есть то, что ориентировано в принципе на всех, это — радикальное доброжелательство, отношение к дру­гим как к себе самому. Однако подобная формулировка добра есть выражение высокой морали, к которой не сво­дится мораль конкретных культур, стран и народов. Вы-

2. Зак. 4» 33

сокая мораль — лучшая из тенденций в любой морали, это стрелка компаса, указывающая направление движе­ния к совершенству, но она не исчерпывает собой реаль­ных установок нравственного сознания. К тому же она часто слишком высока и абстрактна, чтобы однозначно применяться в любой конкретной ситуации и с абсолют­ной надежностью отграничивать добро от зла. Именно поэтому мы должны обратиться к рассмотрению реаль­ных различий и противоречий, возникающих в понима­нии добра и зла, к ситуациям, где они смешиваются и меняются местами, что часто воспринимается как нечто совершенно естественное либо не замечается вовсе.

Перечислю ряд содержательных позиций, которые ярко демонстрируют, сколь сложными и неоднозначными яв­ляются людские представления о добре и зле.

1. Добро и зло различно понимаются в разных культу­рах. Если принять условное разделение культурных реги­онов на Запад и Восток, мы тотчас обнаружим карди­нальные расхождения в нравственных оценках одних и тех же явлений, проистекающие из разных исторических традиций и ментальных установок. На Западе высоко мо­рально оценивается стремление человека к индивидуаль­ности, уникальности и своеобразию. Быть неповторимой личностью и заявить о себе во всеуслышание — благо, это достойно похвалы и подражания. На Востоке, на­против, не принято выпячивать себя, здесь нравственно-одобряемо быть хорошо «прилаженным» к коллективу, вписанным в общность, одним из «колесиков» ее внут­реннего механизма. Крикливая манифестация своей ори­гинальности рассматривается здесь как зло и попадает в разряд «неприличного поведения».

На Западе вторжение человека в природу, его завоева-тельские амбиции по отношению к внешнему миру, стремление к экспансии оценивается как добро, ибо при­равнивается к самоутверждению. Человек — владыка зем­ли. Что может быть лучше для классического западного

ума? В то же время на Востоке образ завоевателя приро­ды никогда не поощрялся. Здесь нравственно одобрялось и ценилось бережное и осторожное обращение с ней. Добро есть то, что не нарушает наличного баланса. Не­даром ведущим принципом даосских мудрецов был прин­цип недеяния — «у-вэй»: действовать можно только в русле наличного хода вещей, не пытаясь господствовать над ним. Субъективное вмешательство в природу — зло, оно вредно и безнравственно.

2. Представление о добром и злом разнится и по эпо­хам. Современная рыночная экономика с ее демократи­ей, определяющая облик XX в., в корне изменила мно­гие нравственные оценки, которые в течение веков и ты­сячелетий были характерны для основанного на тради­ции общества прошлого. Если прежде при патриархаль­ном укладе величайшей нравственной ценностью было следование традициям ушедших поколений, воспроизве­дение образа жизни и ориентиров, принадлежавших от­цам и дедам, то теперь такой ценностью стало творческое переосмысление традиций, отказ от немалой их части, созидание нового образа жизни и новых идеалов.

В традиционном обществе серьезной добродетелью счи­талось беспрекословное подчинение старшим и действие по тому стереотипу, который они предлагали. Нынешние поколения выбирают свободу от диктата и опеки, для них истинное добро — самостоятельность, возможность посту­пать по своему усмотрению и собственной воле.

В прошлом повсеместно действовал двойной стандарт для оценки поведения разных полов. Женщинам вменя­лась в основном добродетель послушания и терпения, им отводились чисто семейные роли, и попытка женщины быть социально активной получала резкое моральное осужде­ние. Нравственно адекватной и приемлемой для обще­ства была только такая женщина, которая соглашалась на роль безропотной жены при муже, матери детей, не пре­тендуя на развитие иных своих способностей. В совре-

менном мире, хотя и не без споров и противоречий, одоб­ряется женская активность, стремление женщины быть лич­ностью, профессионалом, социальным деятелем. Полно­ценное развитие женской индивидуальности — такое же добро, как и развитие индивидуальности мужчины.

Если в обществах прошлого господствовали ориентиры на нетерпимость ко всему «инакому» и непривычные спо­собы мышления и поведения проходили по ведомству зла, то современные демократии полагают добром высокую тер­пимость к самым разным человеческим проявлениям, если они никому не наносят прямого вреда. Уважение к лич­ности, индивидуальным свойствам людей и их выбору ве­дет к пониманию добра как соглашения между людьми, а злом оказывается жесткий канон, «прокрустово ложе», заданное извне и обязательное для всех без разбора.

3. То, что является бесспорным добром для человека или группы, с которой он себя идентифицирует (семья, социальный слой, этнос и т. д.), может быть столь же недвусмысленным злом для других людей или другой груп­пы. Яркий тому пример — победа в войне. Победители считают ее добром, радуются ей, прославляют своих ли­деров, несмотря на понесенные утраты. А побежденные видят в своем проигрыше зло, потери, экономический, физический и моральный ущерб. Разумеется, бывают «пирровы победы», способные обернуться негативными последствиями для победившей стороны, но чаще всего военная победа, особенно если она увенчала освободи­тельную, «справедливую» войну — это благо для населе­ния, и ее встречают радуясь и ликуя.

С точки зрения высокой морали, любая война, по ка­ким бы причинам она ни разразилась — это зло, ибо она выпускает на свет демонов насилия, расковывает агрес­сивные инстинкты, сопровождается кровопролитием, ма­родерством, издевательством над плененным противни­ком. Бескровных и безущербных войн практически не бывает. И все-таки в истории не редки ситуации, когда

тот или иной затянувшийся конфликт решается силой, и буквально каждый, кто вовлечен в него, вынужден вы­ступить на той или иной стороне и признать конкретный факт победы добром или злом.

Оппозиция «благо для меня — зло для другого» встре­чается не только на полях сражений. Она типична для любого вида конкуренции, а ведь именно на конкурен­ции зиждется вся современная рыночная экономика. Предприниматель, чей конкурент разорился, радуется: он находится в выигрыше. Чужое страдание и крах обора­чиваются его выгодой, обогащением и самоутверждени­ем. Пусть неудачник плачет! Можно сколько угодно по­рицать рыночное общество за его жестокость, но даже рабочий, ориентированный на солидарность с другими рабочими, почитает за благо оставаться у станка и полу­чать зарплату, в то время как другие уволены. Он может бастовать, но он не откажется от места. В условиях не­престанных экономических «бегов», диктуемых типом современной экономики, люди часто вынуждены гово­рить о добре для меня, о добре для нас, скромно умалчи­вая о добре как таковом, поскольку благо, доступное всем, оказывается просто недосягаемой мечтой.

4. То, что, казалось бы, является несомненным злом, при некоторых обстоятельствах оценивается людьми как добро. Это относится прежде всего к убийству. В свя­щенных книгах разных народов присутствует заповедь «не убий». Эта заповедь запрещает лишать другого жизни, подчеркивая, что жизнь — величайшее благо. Однако люди убивают, и часто их поведение расценивается как добро.

Убивает палач, который исполняет смертный приго­вор, вынесенный жестокому преступнику. Считается, что он совершает благое дело, реализуя справедливость: тот, кто злодейски губил невинных, должен быть лишен соб­ственной жизни во избежание новых жертв и чтобы дру­гим неповадно было.

Убивает солдат на войне и генерал, отдающий прика­зы. При этом можно сказать, что в боях убито много

людей, а можно сказать, что геройски разгромлены пол­чища врагов. И то и другое будет правдой. Разящий вра­га солдат рискует собой, ибо тоже может быть повержен и отдать во благо Родины самое дорогое — свою жизнь. Поэтому защитников отчизны, воинов-патриотов про­славляют как героев, награждают орденами и медалями, ставят им памятники. Память о великих воинах увекове­чивают. А ведь солдаты делают не что иное, как наруша­ют фундаментальную заповедь «не убий».

Убивает человек, на которого совершено нападение, он защищает себя от смерти, и такое убийство при само­обороне не характеризуется как зло. Таким образом, зап­рет на убийство начинает расплываться, приобретая форму «не убий, если в этом нет необходимости» или даже при­нимает облик весьма странного с нравственной точки зрения императива: «там, где есть прямая угроза твоей или иной жизни — убивай агрессора».

Мы видим, как фундаментальное повеление высокой морали, соприкасаясь с конкретикой жизни, трансфор­мируется до неузнаваемости. Теряет ли оно при этом свое значение? Нет, не теряет. Потому что убивать все равно плохо, и если можно не убить, то следует без этого обой­тись. Даже вынужденное лишение другого человека жизни — это моральное зло. Люди должны неустанно искать возможности избежать взаимного истребления, и они это делают, опираясь на моральный ориентир «не убий».

В связи с моральным запретом на убийство важной и всегда актуальной остается тема о непротивлении злу на­силием. Как бороться со злом, если не его же собствен­ными методами? Можно ли просто сохранить себя, не позволить себя уничтожить, когда зло активно и воору­жено? Не случится ли так, что все добрые праведники просто падут жертвой чужих разнузданных страстей, чу­жой неудержимой разрушительности? Быть может, добро все же «должно быть с кулаками», как сказал поэт?

В истории известен только один случай, когда целый народ одержал справедливую победу над противником с

помощью безнасильственных методов. Это была история освобождения Индии от английских колонизаторов. Без­насильственную борьбу возглавил Мохандас Карамчанд Ганди — искренний приверженец мирных и бескровных методов. Он организовал пассивное сопротивление ко­лонизаторам в таком масштабе, что они вынуждены были уйти из страны, где всякая их деятельность парализовы­валась отказом населения сотрудничать. Но это, пожа­луй, и единственный пример. Впоследствии сам Ганди, его дочь и его внук пали жертвами террористических ак­тов — зло показало свою непримиримость. Думается, в современном мире пока нельзя совсем обойтись без на­силия при противостоянии злу, но, по возможности, его надо сводить к минимуму. Иначе благое дело, обильно политое кровью, само обратится в зло.

5. Одно и то же явление может в одном случае высту­пать как добро, а в другом как зло.

Не надо далеко ходить за примерами. Так, наука не­редко получает противоположные нравственные оценки. С одной стороны, наука рассматривается как великое бла­го для человечества. Она позволяет создать удобства, уве­личить материальное благосостояние, избавляет людей от страшных болезней, продлевает жизнь, позволяет рацио­нально использовать пространство и время. С другой сто­роны, наука выступает как исчадие ада. Она создает тех­нику, отчуждающую людей от природы и от самих себя, оружие массового уничтожения, бесцеремонно вмешива­ется в человеческий организм, перекраивая его на новый лад. В этом своем облике она — зло, а ученые — это демо­нические гении, чья деятельность должна быть осуждена и запрещена. Наука — добро и зло одновременно, на какую ее сторону мы обратим внимание в следующий момент?

Точно так же и в качестве добра, и в качестве зла мо­жет выступать, к примеру, женская эмансипация. Не­сомненно, является благом освобождение женщины из-под патриархального гнета, получение ею возможности

для полноценного развития личности. Но в то же время массовый выход женщин в общественное производство, приобретение ими материальной самостоятельности и не­зависимости нарушил установившийся баланс во внут­рисемейных отношениях, изменил характер половых ро­лей. Это негативно сказалось на воспитании детей, на взаимоотношениях супругов, на внешнем облике женщин и манере их общения. Происходит стремительная маску­линизация женщин, они начинают походить на мужчин, нередко перенимая самые грубые и резкие их манеры. Мужчины же в свою очередь феминизируются, их харак­тер меняется в сторону женственности, для которой ха­рактерна зависимость и несамостоятельность.

Наличный дисбаланс оборачивается конфликтами, не­пониманием, несовпадением ожидаемого и получаемого

Многие явления социокультурной действительности противоречивы и обнаруживают то светлый, то темный лик, а то и оба одновременно.

6. Взаимопереход добра и зла происходит при нару­шении меры. Безудержная интенсификация конкретно­го состояния, переживания или отношения переводит его в собственную противоположность, делает добродетель по­роком. Грань между добродетелью и пороком, позитив­ным и негативным личностным качеством бывает при этом весьма зыбкой, ее не всегда можно сразу определить. Так, прекрасное качество щедрость может легко перейти в ра­сточительность, скромность — в самоуничижение, дос­тоинство — в гордыню. Доброта при ее.некритическом наращивании становится бесхребетностью и беспринцип­ностью, спокойствие делается равнодушием, а верность

Аналогичная трансформация доброго в дурное проис­ходит и при снижении интенсивности определенного ка­чества, когда его потеря оказывается за чертой меры. Все большее уменьшение доброты ведет через равнодушие к

злобности. Снижение уровня щедрости ведет через береж­ливость к жадности, потеря верности оборачивается веро­ломством, а упадок трудолюбия делает человека обыкно­венным лентяем.

Есть еще один важный момент, связанный с наруше­нием меры. Это принципиальная ненасильственность доб­ра, но уже не в смысле его борьбы со злом, а в смысле его предложения другим людям. Добро нельзя навязывать на­сильно, как говорится, «надевать на голову». Добро мож­но только предлагать, агитировать других за принятие не­ких истин или действий как добрых, ценных и полезных. Нельзя сказать людям: «Мы вас сейчас насильно осчаст­ливим». Предложенное кем-либо добро люди должны при­нять сами, чутко сверяя, соответствует ли щедрое предло­жение их собственным интересам. Там, где предложение переходит в навязывание, насилие, добро перестает быть добром и становится злом, разрушающим чужую свободу и игнорирующим чужую индивидуальность с ее потребно­стями, желаниями и стремлениями. Это относится как к предложениям «социального добра» вроде идеи радикаль­ной революции, так и к предложению личной любви и заботы. Можно так затравить человека своей заботой и вниманием, что он рад будет убежать на край света, лишь бы избавиться от подобных «благодеяний».

7. Последний момент, на который я хотела бы обра­тить ваше внимание, говоря о сложных взаимных перехо­дах добра и зла, — это иллюзии, которые возникают от­носительно происходящего.

• Люди могут искренне верить, что творят добро, в то время как их действия объективно оборачиваются злом. Так, искренне любящие родители, которые желают своему чаду только добра, могут настолько оградить его от жизни с ее проблемами, что ребенок выйдет во взрослость совсем не­подготовленным к коллизиям реальных человеческих отно­шений. Или, напротив, слишком современные и либераль­ные папа с мамой принципиально предоставляют своему

отпрыску полную самостоятельность, к которой он пока не готов. В результате этой «гуманной» акции ребенок попа­дает в дурную компанию, а семья, которая теперь вынуж­дена лечить его от наркомании, не устает сокрушаться о том, что «хотели-то они исключительно хорошего!»

Всякое добро сопровождается, как правило, положи­тельными эмоциями, но не сводится к ним. Эмоции мо­гут быть вызваны искусственно, например, алкоголем или даже простым обманом. Тогда человек радуется добру, которого нет, он пребывает в плену иллюзии, но она скоро развеивается, и тогда печальная правда заставляет стра­дать, наносит удар.

• Явления, которые на первый взгляд представляются совершенно явным злом, могут на самом деле оказаться добром. Например, лечение, которое проводит врач, да­леко не всегда приятно, часто оно причиняет боль и не­удобства, но его результатом будет здоровье. Лекарство может быть горьким, но полезным. Строгое, суровое вос­питание, когда от человека требуют дисциплины, труда, укрощения собственных капризов, закаляют его душу и тело, дает добрые плоды: вырастает личность, способная руководить собой, самостоятельная, сильная и обладаю­щая выдержкой, так необходимой в житейских коллизи­ях. Однако здесь, как и во всем ином, нельзя превышать меры. Если суровость воспитателя слишком велика, т. е. является злом, добра не будет. Человек, который растет несчастным, одиноким, скованным муштрой, вряд ли смо­жет впоследствии сделаться счастливым и принести добро другим. Суровое воспитание как относительное зло ста­новится абсолютно вредным, если оно порождает уродли­вый и негармоничный внутренний мир. Добро не сводит­ся к субъективным положительным эмоциям, но без них оно тоже не существует.

Завершая тему добра и зла, я хотела бы подчеркнуть, что в силу ее центрального положения в этике мы и даль­ше не расстанемся с ней.

ЧЕЛОВЕК СВОБОДНЫЙ И ОТВЕТСТВЕННЫЙ

Выше я отмечала, что важнейшим условием мораль­ности индивида является его свобода, возможность нрав­ственного самоопределения. Без этого о моральности как особом механизме регуляции человеческих отношений не может быть и речи. Однако вопрос о сути свободы остал­ся непроясненным. Обратимся к нему теперь.

Человек — существо, со всех сторон скованное мно­жеством необходимостей.

Мы материальны и телесны, значит, подчинены всем физическим законам (не можем взять да и взлететь, как воздушный шарик), а также законам физиологии (нуж­даемся в питании, воздухе, воде, определенном темпера­турном режиме). Как личности, принадлежащие конк­ретному обществу, мы подвластны его социальным и юри­дическим законам, нормам и правилам, стереотипам по­ведения, традициям и ритуалам. Экономическая необ­ходимость несет нас и вертит так и эдак, будто бурный поток маленькую щепочку.

Мы родились в конкретный исторический период, в определенной стране, у конкретных родителей, и как толь­ко сознание, выйдя из младенчества, проснется, все это мы найдем вокруг себя как фактичность, которая нам с необходимостью предзадана. Она — условие нашего даль

нейшего развития. Наконец, каждый проживаемый день, уходя, становится прошлым, а прошлое — сфера необходимости. Изменить его нельзя. Так есть ли в этом сотканном из необходимостей мире свобода? Какова она? Что представляет собой? Возможно ли, пройдя «по лез­вию бритвы» между множеством действующих причин, поступить свободно?

На эти вопросы история философии дает по крайней мере два принципиально различных ответа, в основе ко­торых — разная трактовка свободы.

Первый ответ, характерный для стоиков, Спинозы и Гегеля, таков: свобода есть познанная необходимость. Мировой разум, субстанция или Бог идут своей собствен­ной дорогой, это силы, не соизмеримые с жизнью ма­ленького человека, который есть лишь момент божествен­ного творения. Поэтому человек не должен претендовать на самоволие, на самостоятельность своих стремлений. Он движется в русле могучего течения космического мас­штаба и может только подчиняться ему. Осознай вне­шнюю для тебя необходимость как единственно возмож-ную, прими ее как свой внутренний зов, и ты обретешь свое место в едином процессе. Подчинись необходимос­ти, как падающий камень подчиняется силе тяготения. Камень, если бы он мыслил, мог бы сказать себе: « Я согласен с силой тяготения, я нахожусь в свободном по­лете, я падаю не из-за того лишь, что земля притягивает меня, но и по своему сознательному решению. Что тол­ку сопротивляться падению? От этого вверх не взлетишь — одни только слезы и разочарования! Уж лучше я сочту себя разумным и свободным. Свобода — это осознанная необходимость!»

Думаю, вы заметили, что в подобном рассуждении что-то «фонит». Что-то здесь не так. Все равно, как если сидеть в тюрьме и говорить: «Я согласен с моим тюрем­ным заключением и потому совершенно свободен». Ведь реальной свободы от этого не прибавляется!

Но что же такое свобода, которую мы подразумеваем как отличную от необходимости?

Здесь вступает в силу вторая точка зрения, второй от­вет: суть свободы состоит в возможности выбора. Если мы ничего не выбираем по своей собственной воле, мы несвободны. О свободе как самопроизвольном отклоне­нии от предзаданной необходимости говорил в свое вре­мя еще Эпикур. Однако в полный рост тема свободы как выбора становится в христианстве, которое связывает со свободным решением человека его движение по пути доб­ра или зла. Христианство исходит из того, что воля че­ловека свободна, т. е. она сама делает выбор, не являясь простым следствием неких детерминирующих ее причин. Человек может либо принять протянутую ему руку Хрис­та, либо уклониться от Божественной помощи и поддер­жки, избрав иных кумиров и иную стезю.

Идея о свободе воли как особом качестве человека по­лучила в XX в. яркое выражение в экзистенциализме, где свободной воле придан статус абсолютности. Одна­ко в большинстве разнородных течений, признающих свободу воли (от оккультизма до марксизма), она, как правило, связывается с необходимостью. Если отверг­нуть механистическое понимание социокультурных зако­нов, согласно которому человеческая жизнь представля­ет собой жесткую цепь связанных друг с другом звеньев, то обнаружится, что законы общества и повседневной жизни — это законы-тенденции. Они являются статис­тическими, т. е. действуют только на большом массиве событий и ситуаций. На уровне и бытия, и быта господ­ствуют вероятностные отношения, которые в рамках тен­денции дают возможность выбирать. Почти всегда в жизни есть целый ряд альтернатив, и человек волен предпочесть тот или иной способ поведения, ту или иную оценку. Свобода воли из возможности выбора может и должна перейти в действительность выбора — воплотиться в по­ступке, в позиции, в манере поведения.

Если принять как факт то, что человек волен выбирать ту или иную позицию, принимать альтернативные реше­ния, то возникает вопрос: при каких конкретно условиях человек способен действовать как свободный и моральный?

Условие 1. Для реализации свободного выбора долж­ны отсутствовать внешнее принуждение и запрет. Если человек в прямом смысле слова скован цепями, находит­ся под прямой угрозой смерти, принципиально ограни­чен в своих возможностях и не может действовать по сво­ему усмотрению, он не выбирает и не свободен, по край­ней мере, в практическом отношении.

Условие 2. Для того чтобы свободный выбор состоял­ся, нужны сознательность и рефлексия, способность уви­деть наличные варианты и остановиться на одном из них. На мой взгляд, осознанность — необходимый момент сво­бодного выбора, его неустранимый атрибут. Если чело­век выбирает спонтанно, по принципу «не могу иначе» и «не вижу альтернатив», он просто ничего не выбирает. Возможно, он действует, следуя прекрасной моральной привычке или строгому запрету, ушедшему глубоко в под­сознание, возможно, под влиянием усвоенных мораль­ных установок он поступает хорошо, правильно, похваль­но, но как бы там ни было, в этом случае он несвободен. Им руководят некие (пусть даже благие, но обезличен­ные) силы из глубины его собственного внутреннего мира. И кто знает, как поведут себя эти силы в более сложной моральной ситуации? Автоматизм морального действия, к сожалению, не гарантирует реального доб­ра. Можно поступить по привычной и в целом благой моральной схеме и принести объективное зло и себе, и другим людям просто потому, что ситуация была слиш­ком сложна и неоднозначна, над ней следовало подумать. Гибкость и адекватность морального поведения обеспе­чивается как раз возможностью сознательного, рефлек­сивного отношения к действительности, предваряющего свободный выбор.

Условие 3. Поистине свободный выбор может про­изойти тогда, когда у свободной воли есть ориентиры — ценности, цели, идеалы. Для реализации выбора мало иметь «свободу от» — от запрета, от приказа, от сковыва­ющих обстоятельств. Люди, не имеющие позитивных ори­ентиров и освобожденные от доминировавших над ними правил и схем, нередко теряются и не знают, что же де­лать со своей свободой. В жизни это случается с теми, кто долго просидел в тюрьме, служил в армии, работал в иерархических структурах с жесткой вертикалью подчи­нения. Нередко они «хотят обратно», в систему отноше­ний, где была определенность, где не было необходимо­сти поиска себя в тумане смутных и расплывчатых воз­можностей. Конкретный набор ценностей как бы зара­нее обрисовывает для человека поле альтернатив, их со-подчиненность и последовательность, дает возможность выстроить «социальную очередь» поступков, выявить пред­почтения. Человек имеет возможность понять, для чего ему нужна свобода и как он может ее применить во благо для себя и для других.

Итак, свобода — это всегда возможность поступать в соответствии с собственными ориентирами, желаниями, стремлениями в рамках наличной необходимости.

Что выбираем мы в нашем поведении?

Прежде всего мы более или менее сознательно опре­деляем собственные исходные эмоционально-нравственные ориентиры типа «мир плох, и я имею право вести себя как угодно, чтобы преуспеть» или «мир в целом хорош, люди по природе скорее добры, чем злы, и мне надо быть в моральном отношении на высоте». Конечно, такие уста­новки чаще всего задаются нам родительским воспита­нием или влияниями раннего детства, когда, выражаясь словами психоаналитика Э. Берна, формируются «жиз­ненные сценарии». Но уже в подростковом и юношес­ком возрасте человек вполне в состоянии осознать свои собственные ведущие тенденции и либо продолжить их

дальнейшее укрепление в заданном направлении, либо подвергнуть их пересмотру и начать поиск иной системы экзистенциально-нравственного отсчета. Мы свободны менять свое отношение к действительности, к другим людям и к самим себе, свободны по-разному «расстав­лять указатели» дальнейшей жизненной дороги.

Кроме основных ориентиров, мы выбираем конкрет­ные цели и принимаем конкретные решения, которые дол­жны отвечать наличной ситуации. Избираемые реальные цели не всегда носят собственно нравственный характер, но они часто включают в себя моральный аспект. Так, например, цель обеспечить себе материальное благопо­лучие рассматривается в рамках безрелигиозного созна­ния как естественная, здесь не стоит остропатетический вопрос — добро это или зло? В таком случае всякий сред­ний человек пожмет плечами и спросит: «А кто этого не хочет?» Моральный ракурс проявляется, когда ситуация конкретизируется: вы хотите честно зарабатывать на жизнь или получать материальные блага любой ценой? Когда человек ставит перед собой конкретную жизненную за­дачу, он, как правило, уже определился в подобной «тон­кости», хотя и не всегда вслух формулирует нравствен­ный аспект. Поэтому одни трудятся не покладая рук, а другие идут в мошенники и воришки, одни стремятся укрепить свое финансовое положение профессионализ­мом и усердием, а другие стремятся обойти закон и по­ловчее «надуть» ближнего своего.

Нравственный аспект конкретного целеполагания про­является и в том, для чего именно вам нужно решить именно эту задачу. Так, стремиться стать богатым мож­но ради того, чтобы иметь возможность заниматься твор­чеством, научными исследованиями или облагодетель­ствовать человечество некими нововведениями. А можно желать богатства только для того, чтобы демонстрировать всем свою спесь и поплевывать на бывших знакомых, сидя за рулем супермодного автомобиля.

Однако, как бы то ни было, свою конкретную цель и сообразное ей решение мы выбираем сами силой своего сознания и воли, целостностью собственной личности. Нельзя выбрать за другого цель, как нельзя за другого дышать. Конечно, порой кто-то — родители, учителя, начальники — ставят цели перед нами, но любой чело­век знает, что параллельно скрытно и тайно мы ставим свои цели, которые могут сильно разниться с тем, что продиктовано извне. Предложенная другим человеком цель только тогда органично вписывается в наше поведе­ние, когда мы, подумав, внутренне соглашаемся с ней, даем ей санкцию своим свободным решением.

Кроме избрания цели, необходимо избрать и средства, при помощи которых возможно выполнить задуманное. Средства, как правило, бывают многообразны, и перед внутренним взором выбирающего открывается целый спектр возможностей. К результату можно идти различ­ными дорогами, и проблема состоит лишь в том, чтобы избранные средства не исказили поставленной цели. По­рой средства, которые мы предпочли, так резко меняют ситуацию, что результат оказывается похож на свой про­тотип, как карикатура или отражение в кривом зеркале. Особенно остро проблема стоит тогда, когда поставлен­ная цель нравственна, прекрасна и благородна. Для ее достижения и воплощения в жизнь нужно выбирать сред­ства не менее совершенные и благородные, иначе вместо искомого добра будет обретено зло, вместо радости — горе, вместо торжества — глубокое разочарование.

Так, если человек любит и желает обрести взаимность, он может пускать в ход самые разные средства. Если он попытается добиться ее грубым давлением и угрозами, т. е. средствами вовсе не подходящими, то вместо иско­мой любви получит ненависть и страх. Поведенческий «инструментарий» приведет, таким образом, к прямо про­тивоположному результату. Можно попытаться пробудить в другом приязненные чувства таким средством, как ма-

Человек свободный и ответственный

териальные соблазны — деньги, подарки, развлечения. В этом случае возможно получить благосклонность, но все же средство не совсем адекватно цели, ведь любимый человек может полюбить не вас, а ваш кошелек, что, ра­зумеется, не одно и то же. Наконец, можно искать вза­имности через чуткое и заботливое отношение к тому, кого любишь, через проявление своих личных достоинств — ума и нежности, понимания, эрудиции и творческих способностей, житейской практичности. Конечно, и в этом случае никто не даст гарантий, что избранник или избранница немедленно сойдет с ума от страсти, но та­кие средства сообразны цели, они нравственно позитив­ны, эмоционально адекватны, и потому не внесут в от­ношения уродливых деформаций.

Если у человека нет возможности применить средства, адекватные цели, он свободен вообще отказаться от ее достижения, по крайней мере, здесь и сейчас. Повреме­нить. Это лучше, чем пойти в противоположную от ис­комого сторону и потом долго клясть момент неверного выбора. Порой клясть приходится не тем, кто выбирал, а совсем другим людям, имеющим дело с искаженным результатом. Так, благородная задача избавить человече­ство от социального отчуждения, поставленная российс­кими большевиками в начале века, была существенно искажена революционными насильственными средства­ми, включающими в себя развал «до основания» пред­шествующей экономической и политической системы. Россия не была исторически готова к столь фундамен­тальным переменам. Насильственные средства усугуби­ли ее проблемы, но на определенный период загнали их под спуд, скрыли от глаз. В результате добро не возоб­ладало, искомой гармонии не получилось, и потомки могут только сокрушаться о том, что ленинская партия не проявила мудрой сдержанности и в бунтарском пылу применила средства, отклонившие Россию от генераль­ного пути мирового развития.

Понятия добра и зла (стр. 1 из 5)

1. Понятия добра и зла

2. Категории добра и зла в истории этической мысли

3. Проблема борьбы добра и зла

4. Справедливость: победа добра и зла

Список используемой литературы

В широком смысле слова добро и зло обозначают положительные и отрицательные ценности вообще. Мы употребляем эти слова для обозначения самых различных вещей: «добрый» значит просто хороший, «злой» – плохой. В словаре В. Даля, например, (напомним, названного им «Словарем живого русского языка») «добро» определяется сначала как вещественный достаток, имущество, стяжание, затем как нужное, подходящее и лишь «в духовном значении» – как честное и полезное, соответствующее долгу человека, гражданина, семьянина. Как свойство «добрый» также относится Далем прежде всего к вещи, скоту и потом только к человеку. Как характеристика человека «добрый» сначала отождествляется Далем с «дельным», «сведущим», «умеющим», а уж потом – с «любящим», «творящим добро», «мягкосердным». В большинстве современных европейских языков употребляется одно и то же слово для обозначения материальных благ и блага морального, что дает обширную пищу для морально-философских рассуждений по поводу хорошего вообще и того, что является добром самим по себе.

Понятия добра и зла

Добро и Зло относятся к наиболее общим понятиям морального сознания, разграничивающим нравственное и безнравственное. Тра­диционно Добро связывают с понятием Блага, к которому относят то, что полезно людям. Соответственно, не является благом то, что бесполезно, никому не нужно или вредно. Однако как благо есть не сама польза, а лишь то, что приносит пользу, так и зло – не сам вред, а то, что вызывает вред, приводит к нему.

Благо существует в виде самых различных вещей. Благом назы­вают книгу и пищу, дружбу и электричество, технический прогресс и справедливость. Что же объединяет эти разные вещи в один класс, в каком отношении они схожи? У них есть один общий признак: они имеют положительное значение в жизни людей, они полезны для удов­летворения их потребностей – жизненных, социальных, духовных. Благо относительно: нет ничего такого, что было бы только вредным, как и такого, что было бы только полезным. Поэтому благо в одном отношении может быть злом в другом. Благо для людей одного истори­ческого периода может не быть таковым для людей другого периода. Блага имеют неодинаковую ценность и в разные периоды жизни инди­вида (например, в молодости и старости). Не все то, что полезно одному человеку, бывает полезным другому.

Так, социальный прогресс, принося людям определенные и немалые блага (улучшение условий жизни, овладение силами природы, победу над неизлечимыми болезнями, демократизацию общественных отношений и др.), оборачивается зачастую столь же немалыми бедствиями (изоб­ретением средств массового уничтожения, войнами за обладание мате­риальными благами, Чернобылем) и сопровождается проявлением от­вратительных человеческих качеств (злобы, мстительности, зависти, жадности, подлости, предательства).

Этику интересуют не любые, а лишь духовные блага, к которым относятся и такие высшие нравственные ценности, как свобода, спра­ведливость, счастье, любовь. В этом ряду Добро – это особый вид блага в сфере человеческого поведения. Иными словами, смысл добра как качества поступков состоит в том, какое отношение эти поступ­ки имеют к благу.

Добро, как и зло, является этической характеристикой человечес­кой деятельности, поведения людей, их отношений. Поэтому все, что направлено на созидание, сохранение и укрепление блага, есть доб­ро. Зло же есть уничтожение, разрушение того, что является бла­гом. А поскольку высшее благо – это совершенствование отноше­ний в обществе и совершенствование самой личности, то есть развитие человека и человечества, то все, что в действиях индивида способ­ствует этому, – добро; все, что препятствует, – зло.

Исходя из того, что гуманистическая этика во главу угла ставит Человека, его уникальность и неповторимость, его счастье, потребно­сти и интересы, мы можем определить критерии добра. Это, прежде всего, то, что способствует проявлению подлинной человеческой сущности – самораскрытию, самовыявлению, самореализации лич­ности, разумеется при условии, что эта личность «имеет право на звание Человека» (А. Блок).

И тогда добро – это любовь, мудрость, талант, активность, гражданствен­ность, чувство сопричастности проблемам своего народа и человечества в целом. Это вера и надежда, истина и красота. Иными словами, все, что придает смысл человеческому существованию.

Но в этом случае еще одним критерием добра и – одновремен­но – условием, обеспечивающим самореализацию человека, высту­пает гуманизм как «абсолютная цель бытия» (Гегель).

И тогда добро – это все, что связано с гуманизацией человеческих отношений: это мир, любовь, уважение и внимание человека к человеку; это научно-технический, социальный, культурный прогресс – но только в тех их аспектах, которые направлены на утверждение гуманизма.

Таким образом, в категории Добра воплощаются представления людей о наиболее положительном в сфере морали, о том, что соот­ветствует нравственному идеалу; а в понятии Зла – представления о том, что противостоит нравственному идеалу, препятствует дости­жению счастья и гуманности в отношениях между людьми.

У добра есть свои «секреты», о которых следует помнить. Во-первых, как и все моральные феномены, добро есть единство побуждения (мотива) и результата (действия). Благие побуждения, намерения, не проявившиеся в действиях, еще не есть реальное добро: это добро, так сказать, потенци­альное. Не является в полной мере добром и хороший поступок, ставший случайным результатом злонамеренных мотивов. Однако эти утвержде­ния далеко не бесспорны, и поэтому мы предлагаем читателям обсудить их. Во-вторых, добрыми должны быть как цель, так и средства ее дости­жения. Даже самая благая, добрая цель не может оправдывать любые, особенно безнравственные, средства. Так, благая цель – обеспечение по­рядка и безопасности граждан не оправдывает, с моральной точки зрения, применения смертной казни в обществе.

Как качества личности добро и зло выступают в виде доброде­телей и пороков. Как свойства поведения – в виде доброты и злобы. В чем же заключается и как проявляется доброта? Добро­та – это, с одной стороны, линия поведения – приветливая улыбка или вовремя произнесенная любезность. С другой стороны, добро­та – это точка зрения, сознательно или невольно исповедуемая фи­лософия, а не природная склонность. Кроме того, доброта не исчер­пывается сказанным или сделанным. В ней – все существо человека.

Когда мы говорим о ком-то, что это добрый человек, мы имеем в виду, что это человек отзывчивый, сердечный, внимательный, способный разде­лить нашу радость, даже когда он озабочен собственными проблемами, горем или очень устал, когда у него есть оправдание для резкого слова или жеста. Обычно это человек общительный, он хороший собеседник. Когда в человеке есть доброта, он излучает тепло, щедрость и великоду­шие. Он естествен, доступен и отзывчив. При этом он не унижает нас своей добротой и не ставит никаких условий. Конечно, он не ангел, не герой из сказки и не маг с волшебной палочкой. Он не всегда может противостоять закоренелому негодяю, который творит зло ради самого зла – просто «из любви к искусству».

К сожалению, таких не просто злых, а именно злобных людей все еще немало. Своим злом они как бы мстят окружающим за невозможность удовлетворить свои неоправданные амбиции – в профессии, в обществен­ной жизни, в личной сфере. Некоторые из них прикрывают низменные чувства красивыми манерами и приятными словами. Другие же не стес­няются употреблять резкие слова, быть грубыми и высокомерными.

По своему содержанию Зло противоположно Добру. Соответ­ственно, оно выражает, во-первых, наиболее обобщенные представ­ления обо всем безнравственном, противоречащем требованиям мо­рали, во-вторых, общую абстрактную характеристику отрицательных моральных качеств, в-третьих, оценку отрицательных поступков людей.

К злу относятся такие качества, как зависть, гордыня, месть, высокомерие, злодеяние. Зависть – одна из лучших «подруг» зла. Чувство зависти уродует личность и взаимоотношения людей, оно возбуждает у человека желание, чтобы другой потерпел неудачу, несчастье, дискредитировал себя в глазах окружающих. Нередко зависть толкает людей на совершение аморальных поступков. Не случайно она считается одним из самых тяжких грехов, ибо все остальные грехи можно рассматривать как следствие или проявление зависти. Злом является и высокомерие, характеризующееся неуважительно-презрительным, надменным отноше­нием к людям. Противоположны высокомерию скромность и уважение к людям. Одно из самых страшных проявлений зла – месть. Иногда она может быть направлена не только против того, кто причинил изна­чальное зло, но и против его родных и близких, – кровная месть. Хри­стианская мораль осуждает месть, противопоставляя ей непротивление злу насилием.

2. Категории добра и зла в истории этической мысли

Представления о добре и зле менялись у разных народов из века ввек, оставаясь при этом краеугольным камнем любой этики. Уже древнегреческие философы пытались дать определение этих понятий. Сократ, например, утверждал, что только ясное осознание того, что есть добро и зло, способствует правильной (добродетельной) жизни и позна­нию самого себя. Различие между добром и злом он считал абсолют­ным и видел его в степени добродетели и осведомленности человека. Никто не делает зла специально, по своей воле, говорил он, а лишь по неведению. Зло есть результат незнания истины и, следовательно, добра. Даже знание о собственном незнании – уже Шаг на пути к добру. Поэтому самое большое зло – невежество, которое Сократ усматривал не в том, что мы чего-то не знаем, а в том, что не догадываемся об этом и не нуждаемся (или считаем, что не нуждаемся) в знании.

В ГАРМОНИИ С СОБОЙ

Законы жизни человека – ЗАКОН ЗЕРКАЛА, ЗАКОН ДОБРА И ЗЛА

Законы жизни человека

ЗАКОН ЗЕРКАЛА, ЗАКОН ДОБРА И ЗЛА

“Любящий человек живёт в любящем мире. Враждебно настроенный человек живёт во враждебном мире. Мир – это зеркало, которое возвращает каждому его изображение.”

Очередной закон жизни человека – это ЗАКОН ЗЕРКАЛА:

Все, что окружает человека в жизни – это большое зеркало, это всего лишь отражение его мыслей, чувств и поступков.

В нашем окружении всегда найдутся люди, черты характера и поведение которых нас раздражают, вызывают у нас негативные эмоции. Как правило, черта, которая не нравится нам в другом человеке, есть в нас самих, но мы не хотим сами себе в этом признаться. Таким образом другой человек служит для нас зеркалом и это зеркало подсказывает нам, чему стоит учиться и что исправлять в себе. Как только человек примет в себе то, что ему не нравится в других, и исправит в себе это, Жизнь перестанет посылать ему такое зеркало.

Всемирно известная монахиня, лауреат Нобелевской премии мира Мать Тереза говорила:

«В окружающем мире вы не найдете ничего того, чего бы не было в вашей душе. На свете нет людей, в которых не было бы ничего плохого, как и не существует абсолютно плохих людей.

В душе каждого человека есть как плохое, так и хорошее. Чем больше человек открывает в себе красоты, любви, доброты, мудрости, тем больше он видит их в окружающем мире. Если человеку кажется, что он чего-то не видит, что в мире чего-то не существует, это значит только одно: он не замечает в мире того, чего нет в его душе.»

«Злой не видит добра. Жадному человеку все кажутся жадными. Для ненавидящего мир полон ненависти, а для любящего мир наполнен любовью.» – эти слова Матери Терезы являются четкой формулировкой еще одного закона жизни человека – ЗАКОНА ДОБРА И ЗЛА.

Заблуждается тот человек, который считает, что можно достигнуть спокойствия, счастья, богатства вне себя. Их можно достигнуть только если сделать усилие и найти все это в самом себе.

Смотрите так же:

  • Мошенничество с франшизой Франшиза, или мошенничество, как понять и что делать? Купил франшизу (Лицензионный Договор о передаче секрета производства (ноу-хау)). Под известным брендом, продают подделку. Во всяком случае образцы продукции прислали не соответствующие заявленному бренду. […]
  • Подать документы в органы опеки Порядок обращения в органы опеки: способы и алгоритм действий Вопрос, как обратиться с ходатайством или жалобой в органы опеки, может интересовать не только родителей несовершеннолетних детей, но также бдительных родственников и соседей. И как бы просто все […]
  • Правовой департамент верховного суда Порядок обжалования нормативных правовых актов и иных решений, принятых Судебным департаментом Граждане, организации вправе обратиться с заявлением (жалобой) на решения, действия (бездействие) должностных лиц Судебного департамента при Верховном Суде […]
  • История создания основного закона фрг История создания основного закона фрг Еще больше интересного ищите на ria.ru Регистрация пользователя в сервисе РИА Клуб на сайте Ria.Ru и авторизация на других сайтах медиагруппы МИА «Россия сегодня» при помощи аккаунта или аккаунтов пользователя в […]
  • Жилье в собственность прокурору Отдали имущество Напомним, что в последний день уходящего 2017 года Владимир Путин подписал Федеральный закон о внесении изменений в законы "О прокуратуре РФ" и "О Следственном комитете РФ". Эти изменения вступили в силу уже с 11 января 2018 года. Как […]
  • Давид вор законе Джангидзе Давид Бесикович (Дато Краснодарский) 8 марта 1984, 34 года Джангидзе Давид Бесикович родился 8 марта 1984 года в Краснодаре. 31 июля 2013 года задержан в Краснодаре. 2 августа 2013 года задержан в Ростове-на-Дону. 29 октября 2014 года Мир […]
  • С места преступления статья С места преступления статья Суд в Сургуте вынес приговор заместителю начальника дежурной части полиции за передачу журналистам фотографий с места преступления в обмен на вознаграждение. Об этом сообщает Ura.ru со ссылкой на представителя регионального […]
  • Возврат билета s7 промо Если у вас возникла ситуация, требующая возврата или обмена авиабилета, надо учитывать ряд нюансов. Для начала внимательно изучите ваш тариф, в котором указаны условия приобретения проездного документа и его использования. Далее обратите внимание на место и […]