Законы пиратов

Существительные:

— каюта — палатка
— палуба — место сбора пиратов
— камбуз — кухня
— кок — повар
— старый пройдоха — товарищ
— хронометр — часы
— пиастры, дублоны, золотишко — деньги
— чёрная метка — объявление, извещение

Глаголы:

— набивать трюм – есть
— разогрев трюма — чаепитие
— загрузка трюма — приём пищи
— промачивать горло — пить
— направлять корвет (шхуну) — идти
— вешать на глаза чёрные метки — спать
— мутить шторм в трюме — напиваться
— пойти пообщаться с Весёлым Роджером — посещать туалет
— сойтись якорями — драться
— трясти костями — танцевать
— бренчать золотишком; метать пиастры — покупать
— палить изо всех пушек — ругаться
— просаливать кости — купаться
— меряться кладами — хвастаться
— поднять Весёлого Роджера — веселиться
— идти на всех парусах — спешить
— пришвартоваться в тихой гавани — жениться (выйти замуж)
— поддать лево руля — изменять
— проглотить чёрную метку — обидеться, молчать
— побрататься с морским дьяволом — злиться
— сняться с якоря — уйти
— выкинуть белый флаг — сдаться
— отправлять на дно — убивать
— пустить пузыри; отправиться кормить рыб — умереть
— отправиться за сундуком Дейви Джонса — погибнуть, утонуть в море.

Прилагательные:

— как бом-брамсель — высокий, длинный
— как Слепой Пью — зоркий
— как попугай старого Флинта — хитрый
— как морской чёрт — хитрый
— как корабельная крыса — трусливый
— как Роджер — весёлый
— как новая посудина с золотом в трюме — красивый
— как пиратские анекдоты — старый
— как одноногий Сильвер — быстрый
— как морская грамота — умный
— как Летучий Голландец — худой
— как джентльмен на золотом дублоне — счастливый
— как кот в портовом трактире — толстый
— как юнга в первом плаванье — молодой, зелёный
— как пьяный боцман — болтливый
— как мертвец, охраняющий клад — молчаливый
— как губернатор Ямайки; как сундук с золотом — богатый
— как бочка с ромом — пьяный
— как корабельная пушка — громкий
— как погнутая мачта — горбатый
— как пиратская посудина — дырявый
— как настоящий джентльмен удачи — честный
— как искатель сокровищ — смелый
— как кок на раздаче — щедрый

Наиболее распространённые пиратские выражения:

1. Эй, на палубе!
2. Встать на якорь!
3. Тишина на палубе!
4. Смирно!
5. Рад увидеть твою рожу снова!
6. Я принял слишком много рома на борт (напился допьяна)
7. Освободите мои плавники, я хочу выпить еще!
8. Есть только один флаг и он такой же черный, как черны наши сердца
9. Заткнись и дай пройти!
10. Катитесь к Дейви Джонсу (мертвецу)
11. Он будет болтаться, как клещи на ветру!
12. Он отдал концы (он умер)
13. Проклятье!!
14. Он принял слишком много рома на борт.
15. Чтоб тебя разорвало!
16. Разрази тебя гром!
17. Коробка вонючих костей.
18. Трусливый щенок!
19. Портовая крыса!
20. Кальмарьи кишки!
21. Удачи!
22. Попутного ветра!
23. Спокойного моря!
24. Полных парусов и сухого пороха!
25. Разрази меня гром!

По волнам пиратской этики: пиратский кодекс от А до Я

Когда смотришь пиратские фильмы, создаётся такое впечатление, что пираты — гроза морей и океанов — живут вне всяких правил, погрязли в разгульной жизни, злодеи, дисциплины для них не существует, они алчны, порочны и склонны к предательству ради своей выгоды. Мой образ пирата из детства — треуголка с изображением мёртвой головы, одноглазый, борода, серьга в ухе, попугай на плече, костяная нога. Какие законы могут быть писаны такому типу?

И тем не менее, кодекс чести у пиратов был. Причём, на каждом корабле — свой, но все они были очень схожи. Каждый из моряков ставил свою подпись под соглашением, которое заключалось между всеми членами команды, своего рода обязался блюсти Кодекс чести. Не делал этого только врач. Женщинам разрешено было становиться пиратками только в том случае, если они не уступали мужчинам в решительности, смелости и силе воли.

Итак, в путь по волнам пиратской этики!

1.Азартные игры. Азартные игры (игра в карты или кости) на деньги запрещались.

2. Боцман Ведал техническим состоянием корабля и управлял командой.

3.Весёлый Роджер. Только пират имел право прикасаться к Весёлому Роджеру. Если человек, не будучи пиратом, прикоснулся к флагу, его нужно было обязательно проучить за это.

4.Воровство.Каралось. Вор высаживался на необитаемый остров с бутылкой рома и заряженным пистолетом.

5.Доля в добыче.Каждый член команды должен был внести свою лепту в общую добычу и потом имел право участвовать в ее дележе. Кто пытался утаить часть захваченного, того высаживали на необитаемом острове. Я так думаю, в золотую эру пиратства необитаемые острова были перенаселены: чуть что — на необитаемый остров беднягу!

6.Дом.Для пирата существовал лишь один дом — пиратский корабль.

7.Драки.На корабле запрещались, на берегу — дерись, сколько хочешь.

8. Дуэли.Как и драки, могли происходить только на берегу

9.Женщины.Зло. Хуже пробоины. Женщинам на корабле находиться было нельзя. Тот, кто осмеливался провести на борт женщину, обрекал себя на смерть.

10.Жизнь пирата.Непрестанная цепь сражений.

11.Закон.Пираты — свободные люди, живущие по Кодексу пиратской чести. Любой другой закон заканчивается на острие пиратских ножей.

12.Имя.Каждый настоящий пират должен гордиться своим громким именем.

13.Канонир.Отвечал за исправность пушек, их готовность к стрельбе, а также собственноручно командовал их наведением во время боя.

14.Капитан.

14.1. Капитаном избирался наиболее опытный и смелый член команды.

14.2. Капитан нигде и никогда не имел права быть последним.

14.3. Если капитан проявлял трусость или жестокость по отношению к своей команде, пираты могли поднять бунт и выбросить капитана за борт, или высадить на необитаемый остров.

15.Квартмейстер.Нёс ответственность за состояние судна,

16. Наказание за неповиновение.Обычно, провинившемуся пирату, надевали на ноги кандалы, или же задавали ему хорошей порки. Более серьезные преступления наказывались смертью.

17. Нецензурные выражения.Запрещалось использовать на корабле нецензурные выражения.

18. Образец подражания.Для пирата существовал лишь один образец подражания — его великие предшественники.

19. Огни. Огни и свечи гасились в восемь часов вечера. Если кому-то приспичивало продолжить пить спиртное, то он должен был делать это только на верхней палубе.

20. Оружие.Пистолеты, сабли и остальное оружие должны были содержаться в чистоте и полной готовности.

21. Первый помощник капитана. Исполнял капитанские обязанности во ремя его отсутствия.

22. Пират. Основная ячейка команды. Свобода, разгульная весёлая жизнь, презрение к смерти — основные принципы пиратской философии.

23. Повышение в звании.Когда пират проходил определённое количество сражений, приобретал необходимый опыт и навыки, он получал повышение в звании, согласно Пиратскому рангу.

24. Подчинение. Каждый пират обязан был подчиняться вышестоящим по рангу.

25. Потеря руки или ноги. Потеря руки по локоть компенсировалась 400 дукатами, до плеча — компенсация увеличивалась вдвое; потеря ноги по колено — выплачивались 400 дукатов из общей добычи, потеря всей ноги — сумма увеличивалась вдвое.

26. Преступления.Самые страшные преступления для настоящего пирата — это предательство и трусость.

27. Риск. Пират должен был всегда готов рисковать своей жизнью.

28. Семья. Для пирата существовала только одна семья — Пиратское братство.

29. Слово пирата. Слово пирата перед пиратами крепче стали.

30. Трусость в бою. Каралась. Каждый пират должен был быть отчаянным и смелым.

31. Чёрная метка. Знак наказания, клеймо на репутации пирата за несоблюдение кодекса:

— 1 чёрная метка: запрет на участие в битвах на 3 дня;

— 2 чёрных метки: понижение в звании;

— 3 чёрных метки: высадка на необитаемом острове с бутылкой рома, пресной воды и заряженным пистолетом на неделю;

— 4 чёрных метки: смертная казнь одним из проверенных пиратских способов, в зависимости от серьёзности нарушений.

USM — СОЮЗ ПРОСТЫХ ЛЮДЕЙ ИГРЫ SEAFIGHT

Один из пиратских «законников» дошёл и до нас:

1. Каждый член команды равноправен по отношению к другим в своих решениях и в делении добычи. В случае если команда находится в тяжёлом положении, ответственность за принуждение пирата берёт на себя капитан.

2. Каждый пират обязан принимать участие в рейдах и дележе добычи. Те, кто попытается незаметно вынести полученный товар, высаживаются на необитаемый остров.

3. Организовывать азартные игры на деньги категорически запрещено

4. Тот, кто попытается привести женщину на корабль, будет тотчас же казнён.

5. Дезертиров следует казнить или высадить на острове.

6. Драться на корабле категорически запрещено

7. Если кто-то попробует убежать или обманывать — его нужно оставить на необитаемом острове, приложив всё самое необходимое.

8. Каждый член команды обязан подчиняться Настоящим правилам. Каждый имеет право на свою строго оговоренную долю.

9. Если случайно на острове или в море найдётся человек, его могут взять на борт, только если он примет эти нормы и будет одобрен всей командой.

10. Если кто-то закурит или выстрелит возле пороховых запасов, его надо бить плетями.

11. Если один из членов команды потеряет руку до локтя или ногу или до колена, соответственно, то ему должны выплатить 400 дукатов. Если конечность потеряна полностью, то сумма удваивается.

Свою добычу пираты делили в разных пропорциях. Если команда действовала от лица государства, то капитан был обязан выплачивать пошлину, размер которой мог достигать 90% добычи. Однако, к примеру, английская королева Елизавета брала лишь половину добычи в качестве пошлины. Всё остальное добытое имущество оставалось на делёжку между членами команды.

В зависимости от того, какой статус имел тот или иной пират команды на корабле, ему доставалась большая или меньшая относительно других часть добычи. Каждая отдельно взятая часть добычи, которая бралась за норму, называлась «акция».

Так вот, капитан получал, как правило, 2 акции, самым важным лицам на корабле – 1 3\4 акций, остальным членам команды по 1 акции и новобранцам всего по четверти акции. Естественно, делили только товары и деньги. Что же касается оружия, то оно оставалось у того, кто его заполучил в бою, и никто не мог его отобрать. Пиратские законы неукоснительно соблюдались всеми членами команды, включая капитана. Правильная делёжка добычи, естественно, входила в правила, и поэтому малейшее несоблюдение норм раздачи добытого имущества среди членов пиратской команды жестоко каралось.

Делёж добычи осуществлялся приближёнными к капитану людьми под строгим надзором самого капитана. Однако и это не мешало некоторым пиратам мошенничать, для собственной выгоды. Да это и неудивительно, совести у них по определению быть не могло.

ВЫПИВКА И РАЦИОН

Известный фильм «Остров сокровищ» раскрыл перед неискушенным зрителем тайны быта и питания пиратов. Однако всё ли было правдой и что именно пили и ели пираты мы поведаем вам в этом разделе нашего сайта. Принято считать, что настоящие пираты пили исключительно ром. Это действительно так, в те времена ром пользовался огромной славой, благодаря своим свойствам. Ром делали из сахарной патоки, и благодаря этому он не портился в жару. В то время как пресная вода уже через пару дней начинала вонять гнилью, то небольшая добавка рома возвращала воде нормальный вкус. Отсюда и появилось известное название – грог – «коктейль» из воды и рома.

Естественно, так как пить хотелось постоянно, то и ром с водой употребляли очень часто. Неудивительно, что практически все пираты были ужаснейшими пьяницами. Количество выдаваемого пиратам рома практически не лимитировалось, и поэтому морские походы часто превращались в форменные попойки и заканчивались катастрофами.

Пираты очень любили пиво, которого они брали с собой в путешествия немало, однако пиво имеет привычку портиться, поэтому его было естественно меньше чем рома. Вино же тоже имело место на пиратских кораблях, но его несоизмеримо меньше чем других напитков. Вино было офицерской привилегией и пили его мало и редко.

Что же касается рациона пиратов, то основу его составляла мясная пища, захваченная из порта и товары, перехваченные у торговцев. Привередливыми в отношении пищи пиратов назвать достаточно сложно, поэтому и исследовать этот вопрос особого смысла не имеет.

На суше пираты, как и в море не могли обойтись без любимого рома, но не потому что им хотелось пить, а потому что они стали зависимыми от спиртного. Множество пиратских кораблей захватывалось лишь потому, что ни один член команды не был в обороноспособном состоянии, – все были пьяны. В общем, это показывает состояние пиратов того времени. Образ пирата у нас всегда будет ассоциироваться с бутылкой рома. Йо-хо-хо!

Как уже было сказано, бытовая жизнь пиратов была строго ограниченна пиратскими законами, которые соблюдались всеми. Пираты всегда обязаны были спать одетыми и обязательно на корабле, иначе они могли подвергнуться жестокому наказанию. Принуждение к выпивке без желания привлекаемого тоже строго каралось.

Исключалось наличие женщин на борту. Бывали случаи, когда на корабль проникала девушка переодетая мужчиной, но в этом случае тому, кто её провёл, грозила смертная казнь. Что же касается драк, на большинстве кораблей драки были запрещены. Такого рода разбирательства всегда проходили на суше си обязательно с секундантами.

У китайских пиратов на одном из кораблей существовали жестокие правила, которые практически за любую провинность, будь то самовольное отлучение на сушу или мелкая кража, предусматривали первое, предупреждающее наказание, а затем и смертную казнь в случае рецидива

В книге «Пираты Америки», бывший пират 17 века раскрывает то, как живут пираты, и как строят взаимоотношения. Так вот, о пиратах автор отзывается вполне доброжелательно, упоминает, что неимущий пират новичок всегда может рассчитывать на поддержку со стороны других и что справедливость для пиратов всегда на первом месте. Если пират убьёт человека преднамеренно и вероломно, его приковывают к дереву, и он своим последним желанием должен избрать человека, который застрелит его.

Но не всегда всё было так гладко и справедливо. Достаточно часто пираты ссорились между собой и со своими командирами. И зачастую это заканчивалось дракой и убийством.

К примеру, однажды на борту корабля Бартоломео Робертса вспыхнуло настоящее сражение из-за того, что капитан убил оскорбившего его матроса. Команда корабля едва не лишила сама себя жизни, однако опомнилась, и трагедии удалось избежать. Виновные потом были наказаны.

Я не нашел полного Пиратского кодекса на пикабу, поэтому тем, кому интересна данная тема или тем, кому просто хочется расширить кругозор выкладываю все, что смог найти.

Несмотря на значительную степень личной свободы, в пиратском коллективе не было никакой анархии. В целом, можно сказать, что пиратский кодекс во многом походил на свод правил, обычных для торговых судов и военных кораблей. Каждый пиратский экипаж определял собственный свод правил. Эти правила обычно записывались, и каждый член экипажа соглашался их исполнять. Кодекс определялся перед выходом в море. Если на борту торгового судна происходил мятеж, то первое, что делали восставшие матросы, определяли свод законов.

В конце XVII века буканьеры пользовались письменной хартией (chartc-partie), в которой определялись условия службы, выплаты в случае ранения или смерти, доля трофеев. Такая хартия рассматривалась как официальный документ, который в случае конфликтов рассматривался в ямайкском суде. Когда в конце XVII века буканьеры в большинстве своем превратились в пиратов, они сохранили традицию составления хартии, хотя она никакого юридического веса уже не имела, но признавалась в рамках экипажа. До нас дошло несколько подобных хартий. Например, хартия, составленная Бартоломью Робертсом, носит прямо-таки драконовский характер.

Все эти документы представляют собой ценнейшее свидетельство эпохи, проливающее свет на пиратскую жизнь. Будучи однажды утверждена командой, хартия неукоснительно соблюдалась. Капитану корабля давалась практически неограниченная власть.

Капитан обычно выбирался всей командой, чаще всего простым голосованием поднятой рукой. Если капитан переставал устраивать команду, таким же голосованием его легко могли сместить с занимаемой должности. Власть капитана была огромной. Он мог убить любого матроса, отказавшегося выполнять приказы, при этом решение принималось им лично, без какой-либо судебной процедуры.

«Вчерашний день прошёл, сегодняшний — наш, наступит ли завтрашний — неизвестно»

1. Каждый Настоящий Пират должен гордиться своим громким именем.

3. Для пирата существует лишь одна семья – Пиратское братство.

4. Для пирата существует лишь один дом – пиратский корабль.

6. Жизнь пирата – непрестанная цепь сражений.

8. Пират должен быть всегда готов рисковать своей жизнью.

9. Каждый пират должен быть отчаянным и смелым, трусость в бою карается.

16. Когда пират проходит определённое количество сражений, приобретает необходимый опыт и навыки, он получает повышение в звании, согласно Пиратскому рангу.

17. Чёрная метка – знак наказания, клеймо на репутации пирата за несоблюдение кодекса.

Самые опытные моряки, отлично знающие лоцию и морские карты, становятся навигаторами. Прокладка курса и определение места нахождения корабля — весьма непростые задачи. Навигатор должен уметь пользоваться различными астрономическими инструментами, рассчитывать курс корабля и проводить его в наиболее опасных местах во время плавания. Нередко навигатор мог единолично спасти корабль во время боя, направив его только ему одному известным проходом между скал. В ведении навигатора бесценные морские карты, навигационные приборы и корабельные часы. Если на корабле не было клерка, то ведение записей и учета также возлагалось на навигатора. В свою очередь, первый помощник иногда выполнял обязанности навигатора.

В команде корабля всегда есть люди, в обязанность которых входит поддержание технического состояния корабля и управление командой. Именно эти обязанности и исполняются младшими офицерами — корабельными боцманами. Боцман следит за состоянием парусов, снастей и такелажа, а также дублирует команды капитана во время боя или шторма. В обязанности боцмана входит содержание корабельного флага, связь с другими кораблями с помощью специальных сигналов, поддержание порядка среди команды и содержание шлюпок. Боцман также отвечает за состояние корабельных часов. При необходимости наказания одного из членов команды роль палача также нередко отводится боцману.

Канониры — высокоценные специалисты, которые отвечают за исправность пушек, их готовность к стрельбе, а также собственноручно командовали их наведением во время боя. Самое опасное место на корабле – пороховой погреб также находится в ведении канонира.

Пират – основная ячейка команды. Основным умением должно быть умение сражаться и рисковать своей жизнью. Свобода, разгульная весёлая жизнь, презрение к смерти – основные принципы пиратской философии.

Как правило, юнгами становились мальчики из благородных семей, которые направлялись для изучения основ мореходства. Юнги по мере освоения морской науки становились корабельными офицерами. Иногда они состояли как порученцы при капитанах судов, выполняли задания по доставке
сообщений, следили за офицерской формой и оружием, готовили пищу. Офицеры же за это обучали их основам мореплавания и торговли. Юнгам приходилось выполнять много трудной и неинтересной работы, но всегда могли рассчитывать на достойное вознаграждение и нередко на эту должность соглашались молодые моряки, стремившиеся стать морскими офицерами.

Пороховая обезьяна
Эта должность возникла на британском военном флоте. Так назвали мальчишек, которые входили в оружейную команду. Пираты нередко похищали или заманивали на свои корабли наиболее ловких и пронырливых портовых мальчишек и использовали их ловкость и сноровку. 11-13 летние пираты занимались чисткой оружия, уборкой корабельных помещений, подносили порох и заряды во время боя, одним словом, это были обычные мальчики на побегушках. Они могли пролезть в самые потаенные уголки судно, поэтому нередко пираты с их помощью искали различные тайники на захваченных кораблях. На берегу мальчишки доставляли секретные письма союзникам пиратов и использовались как разведчики во вражеских городах. Благодаря своей ловкости и быстроте пороховые обезьяны нередко оказывались единственными, кому удавалось спастись во время гибели корабля

Пиратские законы

Принято считать, что пираты были простыми головорезами, не признающими никаких законов и правил. В какой-то степени эти так, но на практике пираты были организованным коллективом, который просто не мог бы существовать без определенных правил. Пиратство в начале XVIII века представляло собой пример народной демократии, задолго до того, как эти идеи получили широкое распространение. В большинстве описанных случаев пиратский экипаж самостоятельно управлял кораблем, командиры выбирались командой, вводился общепризнанный кодекс законов, который был обязателен для исполнения. Несмотря на значительную степень личной свободы, в пиратском коллективе не было никакой анархии. В целом, можно сказать, что пиратский кодекс во многом походил на свод пиратских правил, обычных для торговых судов и военных кораблей.

Эдвард Тич с дымящимся фитилем, заправленным за шляпу. Его корабль вытащен на берег у Окранкоука, Северная Каролина. Экипаж занят выгрузкой трофеев. Тич организовал поблизости рынок, на котором продавал награбленное. Этот рынок находился рядом с поселением Бат-Таун.

Каждый пиратский экипаж определял собственный свод правил. Эти правила обычно записывались, и каждый член экипажа соглашался их исполнять. Кодекс определялся перед выходом в море. Если на борту торгового судна происходил мятеж, то первое, что делали восставшие матросы, определяли свод законов. В конце XVII века буканьеры пользовались письменной хартией (charte-partie), в которой определялись условия службы, выплаты в случае ранения или смерти, доля трофеев. Такая хартия рассматривалась как официальный документ, который в случае конфликтов рассматривался в ямайкском суде. Когда в конце XVII века буканьеры в большинстве своем превратились в пиратов, они сохранили традицию составления хартии, хотя она никакого юридического веса уже не имела, но признавалась в рамках экипажа. До нас дошло несколько подобных хартий. Например, хартия, составленная Бартоломю Робертсом, носит прямо-таки драконовский характер. Все эти документы представляют собой ценнейшее свидетельство эпохи, проливающее свет на пиратскую жизнь. Будучи однажды утверждена командой, хартия неукоснительно соблюдалась. Капитану корабля давалась практически неограниченная власть.

Капитан обычно выбирался всей командой, чаще всего простым голосованием поднятой рукой. Если капитан переставал устраивать команду, таким же голосованием его легко могли сместить с занимаемой должности. Всласть капитана была огромной. Он мог убить любого матроса, отказавшегося выполнять приказы, при этом решение принималось им лично, без какой-либо судебной процедуры.

Когда пороховой дым рассеивался, в права вступал квартирмейстер, отвечавший за дележ трофеев. Квартирмейстер был еще одним выборным командиром, мало чем уступавшим капитану и выполняющему функцию его старшего помощника. Квартирмейстер следил за кораблем, уступая командирские полномочия лишь на время боя. Кроме того, квартирмейстер смотрел, что из трофеев следует взять за борт, что бросить в море, какой из захваченных кораблей включить в состав эскадры, а какой отправить на дно. Большинство пиратов имели опыт службы на военных кораблях, поэтому они прекрасно знали о том, насколько неприятна ничем не ограниченная власть капитана. По этой причине квартирмейстера выбирали в качестве противовеса капитану. Также как и капитана, квартирмейстера можно было сместить простым голосованием.

В большинстве случаев остальные командиры на корабле назначались капитаном (или капитаном и квартирмейстером).

Штурман отвечал за навигацию. Эта должность была очень почетной, часто штурман был единственным грамотным человеком на борту. Боцман отвечал за все практические вопросы, а также отвечал за состояние корабля, парусов, рангоута и такелажа. Мастер-канонир отвечал за корабельный арсенал и руководил комендорами. Кроме того, назначались мастер по парусам и судовой плотник. На крупных кораблях, особенно на бывших каперах, имелся и судовой врач.

Дележ трофеев всегда был чреват спорами среди членов экипажа, поэтому механизм дележа всегда четко определялся в кодексе. Если в операции участвовало сразу несколько кораблей (как это, например, имело место у Бартоломью Робертса в 1722 году), трофеи делились между отдельными экипажами в зависимости от численности экипажа. Предпринимались меры к тому, чтобы какой-нибудь из кораблей не скрылся, увезя с собой всю добычу. Трофеи обычно делились в конце похода. Прежде чем приступать к дележу, свою долю получали те, кто был тяжело ранен или изувечен. Командиры получали долю, равную двум или больше долям простого матроса. В каперском флоте доля капитана в зависимости от ситуации достигала четверти от всех трофеев. Если буканьеры предпочитали захватывать звонкую монету, то в руки пиратов обычно попадали различные товары: сахар, ткани, ром или табак. Романтические представления о пиратах, которые сидя на берегу, делят захваченный сундук, набитый золотыми монетами, не имеют ничего общего с действительностью. Обычно, пираты, вернувшись в порт, продавали захваченный груз перекупщику, а полученные деньги уже делились квартирмейстером. Трудно представить, как справедливый дележ можно было бы провести с использованием товаров. Впрочем, ром или другую выпивку пираты вполне могли поделить сразу, поскольку воздерживаться от спиртного, имея его полный трюм, было для пиратов совершенно невозможным делом.

Многие законы пиратского кодекса были направлены на предотвращение конфликтов между членами экипажа. Например, кодекс Робертса запрещал азартные игры, наличие женщин, драки и выпивки на борту – все то, что в первую очередь принято ассоциировать с пиратами. Если удавалось захватить груз спиртного, и команде раздавалась выпивка, конфликты становились неизбежны. Даже сам Эдвард Тич испытывал проблемы со своим экипажем, когда ему попадались корабли, везущие спиртное.

Пираты делят на берегу награбленные сокровища.

«Вчерашний день прошёл, сегодняшний — наш, наступит ли завтрашний — неизвестно»

2. Для пирата существует лишь один закон – Пиратский кодекс чести.

5. Для пирата существует лишь один образец подражания – его великие предшественники.

7. Самые страшные преступления для настоящего пирата – это предательство и трусость.

10. Каждый пират обязан подчиняться вышестоящим по рангу.

11. Пистолеты, сабли и остальное оружие должны содержаться в чистоте и полной готовности.

12. Пирату запрещается использовать на корабле нецензурные выражения.

13. Для выражения своих мыслей и чувств пират может использовать слова из пиратского жаргона, разрешённые на корабле.

14. Если любой из членов команды будет уличён в воровстве или нечестной игре, он должен быть наказан.

15. Женщинам разрешено становиться пиратками только в том случае, если они не уступают мужчинам в следующих качествах: решительности, смелости и силе воли.

Наказания за несоблюдение Пиратского кодекса:

1. 1 Чёрная метка — запрет на участие в битвах на 3 дня.

2. 2 чёрных метки – понижение в звании.

3. 3 чёрных метки – высадка на необитаемом острове с бутылкой рома, пресной воды и заряженным пистолетом на неделю.

4. 4 чёрных метки — смертная казнь одним из проверенных пиратских способов, в зависимости от серьёзности нарушений.

Капитаном избирается наиболее опытный и смелый член команды. Он должен быть уважаем остальной командой и обладать жёстким и твёрдым характером. Капитан нигде не имеет право быть последним. Единственное, что не считается проявлением трусости – если капитан во время рукопашной остаётся на своем мостике, а не лезет впереди абордажной команды. Если капитан проявляет трусость или жестокость по отношению к своей команде, пираты могут поднять бунт и выбросить капитана за борт, или в лучшем случае, высадить на необитаемый остров. Если же команда считает, что капитан плохо справляется со своими обязанностями, он становится рядовым пиратом, а его место занимает другой, выбранный всей командой моряк.

Квартмейстер несёт ответственность за состояние судна. Его главная задача — распределение и снабжение различными материалами, необходимыми на корабле, а также выполнение ремонтных работ, распределение добычи и наказание провинившихся. Таким образом, можно сказать, что обязанности, которые на обычном судне выполняются одним человеком — капитаном, у пиратов распределены между двумя. Это позволяет исключить единоначалие на корабле, которое так ненавидят пираты. Когда капитан ведёт судно в сражении, квартмейстер возглавляет абордажную команду и находиться на самом жарком участке боя. Он также определяет, насколько ценен захваченный груз, и распределяет добычу. Квартмейстер — единственный человек в команде, который определяет наказания для провинившегося пирата. Капитан может лишь потребовать наказать виновного, но степень вины определяет квартмейстер, даже если это и идёт против мнения большинства. Кроме того, квартмейстер выступает в качестве судьи в спорах между членами команды, а также при дуэлях, если они не противоречят пиратскому кодексу. Таким образом, квартирмейстер в вопросах боевых действий, дележа добычи и управления командой стоит выше капитана корабля. Само слово «квартмейстер» свидетельствует о том, что человеку, занимающему этот пост, достаётся четверть добычи.

Первый помощник капитана исполняет капитанские обязанности во время его отсутствия. Первый помощник также необходим, чтобы возглавить команду при захвате вражеского судна вместе с квартмейстером. Но нередко первые помощники возглавляют бунты на кораблях против капитана. Особенно опасным сговор первого помощника с квартрмейстером или боцманом.

Врачи высоко ценятся среди пиратов и нередко при захвате вражеского судна врач в первую очередь получает предложение присоединиться к команде победителя. Врач — единственный человек, кому разрешается не подписывать пиратское соглашение. Нередко врачам захваченного судна выплачивается вознаграждение, если они просто оказывают помощь членам пиратской команды. Главное корабельное лекарство у пиратов — ром – его использовали и как лекарство от желудочных болезней и как обезболивающее при операциях.

Как правило, юнгами становились мальчики из благородных семей, которые направлялись для изучения основ мореходства. Юнги по мере освоения морской науки становились корабельными офицерами. Иногда они состояли как порученцы при капитанах судов, выполняли задания по доставке сообщений, следили за офицерской формой и оружием, готовили пищу. Офицеры же за это обучали их основам мореплавания и торговли. Юнгам приходилось выполнять много трудной и неинтересной работы, но всегда могли рассчитывать на достойное вознаграждение и нередко на эту должность соглашались молодые моряки, стремившиеся стать морскими офицерами.

Очень долгое время пребывание женщин на корабле было запрещено. Считалось, что они приносят несчастье. Однако две отважные пиратки, легенды о которых прошли через века, Энн Бонни, Мэри Рид, Грэйс ОМэйл, измени сложившейся стереотип. Они доказали, что женщина может не хуже, а часто и лучше мужчин переносить лишения и виртуозно владеть оружием. Именно они наводили ужас на противников своей отчаянной храбростью и компенсировали разницу в силе ловкостью и хитростью. Поэтому так называемые «ранги» на нашем корабле соответствуют тем именам, которые давали восхищённые пираты своим боевым подругам.

Законы пиратов

  • Автор: Malkin |
  • Дата: 15-12-2016 20:56 |
  • Просмотров: 1366

Жизнь пиратского сообщества — это сложное, причудливое сочетание социально-экономических, политических и психологических отношений. Каждый член экипажа привносил в общую атмосферу свой жизненный опыт, свое мировоззрение. Как правило, этот опыт предполагал негативную реакцию на цивилизованное законопослушное общество, с которым пираты, выходцы из недовольных своим существованием слоев, были в постоянном конфликте. Пиратство, таким образом, превратилось в некий конгломерат, который всасывал в себя потенциальных противников современного общества и жил идеей создать новый мир, мир равенства и справедливости.

Психология пиратства

Люди, попадавшие на судно разбойников, в большинстве своем вовсе не были патологическими маньяками с криминальными наклонностями. «Трудовое» ядро команды составлял слой незатейливых грубых мужчин, выходцев из самых низших слоев общества. В своем прошлом они были портовыми рабочими, демобилизованными матросами, недавними приватирами, рыбаками [1]. Рядом с ними оказывалось множество людей, чья судьба была жестоко искалечена современным обществом, — растоптанные, лишенные жизненных ориентиров сотни бродяг и нищих, уже не рассчитывавших добиться справедливости в жестокой драме жизни. Параллельно с миром «затравленных» и «выброшенных», пиратский корабль принимал и многочисленных представителей «скрывающегося общества» — уголовников, воров, дезертиров с военных и торговых судов. Крепкая нить соучастия в преступлении связывала отныне всех этих людей. Пиратский промысел давал надежду разбогатеть, выйти в люди, вести жизнь «богатого», со всеми ее радостями, или вкупе с такими же неудачниками найти тот идеал справедливости, где не будет законов, защищающих «богача» и превращающего жизнь бедняка в ад.

Пиратский мир, как в миниатюре, воплощал живую картину всего, что видели в прежней жизни люди, вступающие на борт разбойничьего корабля. Выросшие в атмосфере побоев и лишений, вынужденные ежеминутно смиряться с попранием собственного достоинства, они устремлялись в новую жизнь с исступленным желанием реализовать ущемленное самолюбие и ощутить себя свободным.

Показательно в данной связи последнее слово приговоренного к повешению Билли Бонса[2], молодого пирата из команды Бартоломью Робертса. «. ..Никто не говорил под виселицею такой речи, как он: в ней жаловался на золотую приманку богатства, которая принудила его вступить в пиратскую жизнь, а молодость его не в силах была противиться столь великому искушению. Он весьма печалился об обидах, им нанесенных разным людям, просил прощения у Бога и живейшими словами увещевал зрителей, чтоб никогда не забывали Создателя своего в молодости лет своих, ежели не хотят, чтоб ум испортился слишком рано…»

(Ф. В. Каржавин. «Жизнеописание пиратов».)

Пиратство предоставляло возможность найти выход сдерживаемой жизненной энергии и проявить себя. Когда разбойники захватывали торговое судно, на его борту разворачивалась сцена, являющая собой кульминацию социальной конфронтации общества. Захваченным морякам предлагалось порвать со старой жизнью. Всего один шаг должны были они сделать из строя — и оказывались в другом мире. И многие делали этот шаг, на который ранее решились их новые товарищи.

Что видели эти морские люди раньше? Какими приходили они в пиратство? Не будем питать иллюзий по поводу жизни матросов на кораблях того времени. Они знали, что о собаке будут заботиться лучше, чем о них. В XVII в. была пословица: «Лучше болтаться в петле, чем служить на флоте». Деспотизм и жестокость капитанов военных и торговых кораблей, зажимавших команды в тиски бесчеловечной тупой дисциплины, превращали корабельную жизнь в страшное испытание. На кораблях царила строжайшая, порой зверская дисциплина, уничтожавшая все попытки возмущения. Широко практиковались публичные порки, килевание, заковывание в кандалы. Скотское обращение с людьми, невыносимые условия труда и быта превращали суда того времени в плавучие тюрьмы. Капитан Чарлз Джонсон[3], автор знаменитой книги «Всеобщая история пиратов», отмечал, что «существование на корабле ничем не отличалось от жизни в тюрьме, при добавлении, что на корабле имелся и шанс утонуть. Человек в тюрьме имеет большее помещение, лучшую еду и, как правило, лучшую компанию». Запертые в тесных помещениях — «клетках», питающиеся отвратительной, грубо приготовленной, лишенной вкуса и витаминов пищей, подверженные частым эпидемиям цинги, изможденные тяжелым физическим трудом, окруженные грубыми раздражительными коллегами, матросы проводили долгие месяцы в длительных рейсах, не видя ничего, кроме моря. В недолгие дни пребывания на суше они захлебывались в алкогольном угаре, а потом все повторялось. Эти люди рано превращались в развалины, а когда физические силы их покидали, остро ощущали свою ненужность. Стоит ли удивляться, что пиратский мир сочетал примитивное мышление необразованных людей с атмосферой духовной грубости, забитости и унылой серости бесцветного существования.

Колорит пиратства

Духовную атмосферу пиратского экипажа питало беспредельное желание грабителей пожить с размахом, так весело и насыщенно, как им никогда не удавалось в той, старой жизни. Неудивительно, что бытовые порядки на какой-нибудь пиратской барке не шли ни в какое сравнение с обстановкой на военном корабле или торговом судне и были неизмеримо менее тягостными. Более калорийная и разнообразная пища, отсутствие многих ограничений, меньшее время, отведенное на собственно морскую службу, странные и нелепые, с позиции современного человека, увлечения и другие послабления делали пиратство притягательным. Знаменитый разбойник Бартоломью Робертс любил говорить: «Короткая, но веселая жизнь — это мое правило». И, вступив на путь свободной жизни, пираты, каждый на свой лад, пытались себя проявить.

Первым — возможно, наиболее типичным в бытовом плане — вызовом, который бросали пираты обществу, была их одежда. Где, как не во внешности, костюме отражалось неодолимое желание выглядеть, как знатные и богатые? Пираты были крайне требовательны к своему гардеробу и с маниакальной настойчивостью людей, лишенных и тени художественного вкуса, подбирали себе яркое разноцветное платье, обвешивались сверкающими драгоценностями. Если кто-нибудь из разбойников умирал во время плавания, его гардероб тут же распродавался с аукциона, и члены шайки, собравшись у грот-мачты, бурно спорили о ценах на ту или иную принадлежность его костюма. Сходя на берег, разукрашенные, как павлины, они гордо вышагивали в своих великолепных нарядах по улицам городков и, загуляв в трактирах, переманивали за свои столы портовых красоток, не оставляя никаких надежд местным франтам. Да и кто в Европе смог бы похвастаться столь пышными одеяниями? Только сам король и горстка аристократов могли позволить себе щеголять в шелковых рубахах, парчовых штанах, носить такие же крупные бриллианты и роскошные перья на шляпах. Неудержимой удалью и бахвальством была отмечена казнь двух бандитов в 1615 году. Даже взойдя на плаху, они не удержались и решили «блеснуть» напоследок, разбросав толпе свои умопомрачительные одеяния — бриджи из малиновой тафты, дублеты с золотыми пуговицами и бархатные рубашки, разукрашенные золотыми кружевами. Сохранилось описание костюма, в котором капитан Бартоломью Робертс шел в свой последний бой. Этот шикарный господин носил атласный камзол ярко-алого цвета, богато расшитый золотыми цветами, и шляпу с большим красным пером. На шее у него висели массивная цепь с бриллиантами и огромный алмазный крест. Общую композицию завершали два пистолета, заткнутые за пояс, и абордажная сабля на боку.

То же — и на другом конце света. Парусный мастер голландец Ян Стрейс, находившийся на русской военной службе, указывал, что «простые казаки были одеты, как короли: в шелк, бархат и другие одежды, затканные золотом-, некоторые носили на шапках короны из жемчуга и драгоценных камней, и Стеньку (Разина. — Д. К.) нельзя было бы отличить от остальных, ежели бы он не выделялся по чести, которую ему оказывали, когда во время беседы с ним становились на колени и склонялись головой до земли, называя его не иначе, как батька…»

Пираты ликовали, ощущая себя «допущенными», сопричастными к радостям мира, и это чувство побуждало их не только к «творческому» переосмыслению моды. Созиданием отмечены многие сферы их деятельности. Наполненная событиями, бурная жизнь, импровизаторство и свобода превращали пиратский экипаж в сгусток творческой силы. В этой атмосфере постоянного брожения идей рождались новаторские, грандиозные проекты организации своего микромира и переустройства общества в целом.

Пиратский эгалитаризм

Создание пиратского мира и обоснования его принципов было результатом деятельности людей, вышедших из низов. Они были искренне охвачены «добросовестным желанием» всех обитателей трущоб и нижних палуб разделить ответственность богатства между всеми членами общества. Поэтому духовным стержнем экономического устройства пиратского микрокосма был эгалитаризм (от фр. «egalite» — «равенство»). В его основе заложена идея всеобщего равенства, основанного на уравнительном принципе распределения имущества. Не обременяя себя философскими размышлениями, члены пиратских команд, как радикально мыслящая группа общества, объявили безграничную войну богачам. Чарлз Беллами, один из пиратских главарей начала ХУIII в., набросившись на капитана захваченного судна, в гневе кричал ему: «Черт возьми! Как и все другие, наказанные нами, вы управляете законом, который богачи придумали для собственной безопасности. Эти трусливые собачьи души не имеют смелости каким-либо иным способом защитить то, что они мошеннически накапали. Проклятия и кровь на имуществе этих продувных бестий. Между нами единственное различие: они обирают бедняков под покровительством закона, не так ли? А мы грабим богатых, рассчитывая только на свою храбрость».

Нет ничего странного в том, что характернейшим «обрядом» пиратской группы стало принятие клятвы, в числе прочих положений объявлявшей беспощадную войну всем богачам мира.

Пиратский эгалитаризм был узаконен на корабле и являлся «эффективной» силой, сплачивающей весь коллектив. Вот что писал по этому поводу Эксквемелин:

«Тому, у кою ничего нет, сразу же выделяется какое-либо имущество, причем с уплатой ждут до тех пор, пока у неимущего не заведутся деньги».

«После того как корабль захвачен, никому не дается права грабить имущество, посягать на товары в его трюмах. Вся добычабудь то золото, драгоценности, камни или разные вещиделится впоследствии поровну. Чтобы никто не захватил больше другого и не было никакою обмана, каждый, получая свою долю добычи, должен поклясться на Библии, что не взял ни на грош больше, чем ему полагалось при дележе. Того, кто дал ложную клятву, прогоняют с корабля и впредь никогда не принимают…»

«Друг к другу пираты относились заботливо. Кто ничего не имеет, может рассчитывать на поддержку товарищей».

«…пираты выгрузили добычу на берег и устроили на свой манер дележ. Разделив все добро, они подсчитали, что серебра и драгоценностей оказалось на шестьдесят тысяч реалов. Кроме денег, каждый еще получил больше чем на сотню реалов шелка и шерстяных тканей, не считая других мелочей… Часть добычи, которая приходилась на долю павших в бою, была передана их товарищам или родственникам».

Пиратский коллектив представлял собой сравнительно немногочисленное сообщество людей, каждый из которых был всегда на виду. Утаить что-либо от своих «коллег» было крайне трудным делом. В практике разбойничьей жизни есть наглядные примеры того, как грабители предохранялись от присвоения незаконной добычи и воровства в своей среде. Во время похода Моргана на Панаму была проведена следующая очистительная акция. Все флибустьеры собрались на сход. Каждый дал клятву, что ничего не скрыл от остальных. После этого все разделись. Бросив одежду перед собой, флибустьеры терпеливо ждали, пока доверенные от каждого отряда перетряхивали их платье. Той же участи подвергся сам Морган и все командиры пиратских отрядов.

В поисках социальной справедливости разбойники старались в деталях предусмотреть ситуации, которые могли возникнуть в реальной жизни. Так, при распределении добычи руководство получало большие суммы, нежели простые члены экипажа. Размеры этих сумм изменялись — если капитанам флотилии Моргана полагалось восемь долей, то суммы, получаемые руководителями пиратских шаек в начале XVIII в., колебались от полутора до двух долей. Однако сам принцип вознаграждения из обшей добычи оставался неизменным. Особые доли выплачивались квартирмейстеру, доктору, плотнику, боцману, штурману, т.е. мозговому штабу корабля. Члены экипажа выступали как равные перед лицом опасности и были партнерами в той рискованной игре, участниками которой стали. Поэтому, отдавая должное руководителям и специалистам, они вовсе не собирались ущемлять себя при дележе награбленного и отдать что-либо, помимо специально оговоренных сумм. Подобная система выплат из общего котла уравновешивала иерархическую структуру, уравнивала материальное положение членов экипажа и снижала напряженность на борту.

Не вся захваченная добыча распределялась внутри экипажа. Часть ее шла в общий фонд по двум направлениям. Предусматривался поощрительный фонд и фонд страхования. Вновь обратимся к Эксквемелину:

«…Была установлена доля для особо отличившихся и пострадавших от врага, а также для тех, кто первым водрузит флаг на укреплении врага… они (пираты. —Д. К.) решили, что за это следует добавить еще пятьдесят реалов. Тот, кто будет подвергаться большей опасности, получит сверх своей доли еще двести реалов. Гренадеры, которые забрасывают крепость гранатами, должны получать по пять реалов за каждую гранату. Затем было установлено возмещение за увечье: кто потеряет обе рукиполучит сверх своей доли еще полторы тысячи реалов или пятнадцать рабов (по выбору пострадавшего); кто потеряет обе ноги, мог получить тысячу восемьсот реалов или восемнадцать рабов, кто потеряет руку, безразлично, левую или правую, должен получить пятьсот реалов или пять рабов. Для потерявшего ногу, безразлично, левую или правую, полагалось пятьсот реалов или пять рабов. За потерю глаза полагалось сто реалов или один раб. За потерю пальцасто реалов или один раб. За огнестрельную рану полагалось пятьсот реалов или пять рабов. За парализованную руку, ногу или палец полагалась такая же плата, как и за потерянную конечность. Сумма, необходимая для выплаты подобных возмещений, должна была изыматься из общей добычи перед ее дележом… если какой-нибудь корабль первым захватит в море или гавани вражеское судно, выделить его команде из общей добычи премию в тысячу реалов, а если добыча на таком судне будет оценена в сумму свыше десяти тысяч реалов, то добавить еще по тысяче с каждых десяти тысяч. Также под страхом телесного наказания или казни было установлено, что никто не смеет, захватив судно, разрушать его, если на нем нет врагов».

Таким образом создавались страховые гарантии на случай травм, увечий, ранений, выделялись суммы на содержание семьи убитого (если она была) и суммы для поощрения тех, кто проявлял большую сноровку, ловкость, храбрость и энергию.

Коллективное давление
Власть пиратской сходки

Уравнительная система вознаграждения не смогла бы утвердиться как экономический принцип пиратства, окажись ее практическое осуществление в руках отдельных лиц. Мощный рычаг коллективной ответственности, основанный на сотрудничестве и взаимопомощи, приводил в действие всю систему. Современники, оказавшиеся на пиратских судах, не могли прийти в себя от изумления, сталкиваясь с «дикими», по их понятиям, правилами, царящими на корабле. Чего стоит одно лишь свидетельство капитана торгового судна, попавшего в плен к пиратам. Он негодовал по поводу того, что члены экипажа могут заваливаться спать там, где им вздумается, а самому капитану не дозволяется иметь кровать. Другой наблюдатель был поражен тем, что каждый на корабле может говорить на равных с капитаном. Ничего, впрочем, удивительного для самих пиратов в этом не было. Принцип субординации, носителями которого были эти удивлявшиеся очевидцы, не имел ничего общего с порядками, установленными на пиратских судах. Реальная власть на судне принадлежала пиратской сходке. Члены пиратского экипажа собирались у грот-мачты и в открытом обсуждении решали все возникающие вопросы. Они касались и составления письменного договора об условиях участия в грабеже, и принятия уставов корабельной жизни, и выборов капитана, и осуществления дисциплинарных наказаний [4].

Для иллюстрации сказанного приведем один документ. Его происхождение связано с событиями, разыгравшимися на судне Королевской Африканской компании «Кэмелион». В 1682 году оно отплыло к западному побережью Африки и, приняв груз черных невольников, перешло на остров Барбадос, а затем к острову Невис.

В июне 1683 года «Кэмелион» двинулся обратно к берегам Англии. Однако команда захватила судно и отправилась пиратствовать. Был заключен соответствующий договор, сохранившийся в связи с обвинительным делом о происшедшем. Содержание этого документа показывает обычаи, принятые на пиратских судах, и проливает свет на предосторожности, принимавшиеся командой на случай, если подобный договор попадет в руки правосудия.

Соглашение о пиратстве

Июня 30 дня 1683 года. Статьи соглашения, принятого между нами на борту «Кэмелион» под командованием Н. Клова, о том, что мы будем совместно распоряжаться всеми товарами, которые находятся на борту; каждый должен получить сполна свою законную долю. Один лишь командир получит две с половиной доли за корабль, а тот, кою капитану будет угодно взять в качестве помощника, получит полторы доли.

Подобное, Джентльмены, должно вас удовлетворить, как и то, что доктору полагается полторы доли, и таковы статьи, коих мы все придерживаемся и по отдельности и все вместе.

Это должно уверить вас, что мы намерены торговать с испанцами и не иметь дела ни с одной нацией, которая встретится нам в море.

Итак, Джентльмены, этим мы заявляем, что если кто-либо впредь будет нам противиться, то будет сурово наказан в соответствии с тем, что совершил, и все вы, здесь присутствующие, приняли совместную клятву на святом Евангелии держаться друг друга до окончания жизни.

знак Томаса Диксона

крест Джо Дарвелла

крест Артура Дэвиса

крест Д. Моррина

знак Роберта Дузина

знак Саймона Уебсона

знак Джорджа Пэддиссона

знак Генри Левина».

Ни один человек, обладай он даже железной волей и решимостью во что бы то ни стало добиваться своего, будь он самым выдающимся организатором и умелым интриганом, не смог бы осуществить полный контроль за порядком на корабле, где правила диктовало разношерстное сборище независимых и опасных субъектов. Но каждый член экипажа выступал не просто как отдельный индивид — он составлял часть единого организма. Его личные амбиции были скованы тисками коллективной воли.

Таким образом, система коллективной власти на пиратском корабле позволяла «морским людям» на практике применить их жизненный опыт и была направлена на поддержание дисциплины. Она содержала в себе черты демократического устройства, основанного на равенстве рядовых членов команды, их прямом и равном участии в управлении и уравнительно-распределительном характере экономических отношений. Мятежи, непослушание, бунты подавлялись согласованными действиями большинства команды и капитана.

Принципы дисциплины

Система коллективного давления приносила реальные результаты. И главным в этой связи оказывалась дисциплина на судне, поддержание которой обеспечивало жизнеспособность пиратского экипажа. Дисциплинарные нормы были оговорены в особых «Правилах» — уставе, принимавшемся на каждом пиратском корабле. Приведем два таких документа.

Правила Бартоломью Робертса

Каждый член экипажа имеет право на участие в голосовании по насущным вопросам; он обладает одинаковым правом на получение свежей провизии и спиртных напитков, как только они будут захвачены; он может использовать их по собственному желанию, за исключением тех случаев, когда для всеобщего блага станет необходимостью ограничение в их потреблении.

Каждый член экипажа должен быть вызван, в соответствии с установленным порядком, на борт призового судна, потому что, свыше причитающейся ему доли захваченной добычи, он может еще взять себе смену белья. Но если кто-нибудь попытается обмануть товарищество и присвоить себе серебряную тарелку, драгоценности или деньги, то наказанием ему будет высадка на необитаемый остров.

Ни одному члену экипажа не позволяется играть на деньги в карты или в кости.

Огни и свечи должны быть погашены в 8 часов вечера. Если кто-нибудь из команды после этого часа всё же захочет продолжать пить, то они должны делать это на верхней палубе.

Каждый член экипажа должен держать в чистоте и исправности пушки, пистолеты и абордажные сабли.

Ни одному ребенку или женщине не позволяется находиться на борту. Должен быть казнен тот, кто приведет переодетую женщину на корабль.

Тот, кто самовольно покинет корабль или свое место во время сражения, приговаривается к смерти или высадке на необитаемый остров.

Никто не имеет права драться на борту судна, но любая ссора может быть разрешена на берегу с применением сабли или пистолета. В случае, если обе стороны не смогли прийти к соглашению, квартирмейстер едет с ними на берег для того, чтобы проследить за правильностью дуэли и поставить противников спиной друг к другу на положенном расстоянии. Когда дается команда, они поворачиваются и должны немедленно выстрелить, иначе пистолет выбивается из их рук. В случае обоюдного промаха в дело идут абордажные сабли, и квартирмейстер объявляет победителем того, кто первым пустил кровь.

Ни один член экипажа не имеет права заговаривать о расформировании братства до тех пор, пока у каждою не будет собрана доля в 1000 фунтов. Если же во время службы кто-нибудь лишился конечности или стал калекой, то из общественною капитала ему передается 800 долларов; в случае меньших повреждений он получает пропорциональную компенсацию.

Капитан и квартирмейстер при разделе добычи получают по две доли, шкипер, боцман и артиллеристполторы доли, оставшиеся лица командною составаодну долю с четвертью.

Музыканты отдыхают только по воскресеньям, а в другие шесть дней и ночей не имеют на это права, если не получают специального разрешения.

Правила Филлипса

Каждый должен подчиняться установленному правилу: при дележе добычи капитану полагается полторы доли, квартирмейстеру, плотнику, боцману и канонирудоля с четвертью.

Если случится, что кто-то удерет с корабля или скроет какую-нибудь тайну от компании, то он должен быть высажен на необитаемый остров с одним рожком пороха, одной бутылкой воды, мушкетом и пулей.

За кражу любой веши у компании или за мошенничество во время игры виновник должен быть оставлен на необитаемом острове или застрелен.

Если мы встретим кого-нибудь из оставленных на необитаемом острове (т.е. пирата) и этот человек подпишется под нашим уставом без согласия всей компании, то его должно наказать, как определят капитан и плотник.

Пока этот устав сохраняет силу, всякий, кто ударит другого, получит по закону Моисея [5] (что есть сорок ударов плетью без одного) по голой заднице.

  1. И если виновный достоин будет побоев, то судья пусть прикажет положить его и бить при себе, смотря по вине его, по счету.
  2. Сорок ударов можно дать ему, а не более, чтобы от многих ударов брат твой не был обезображен пред глазами твоими.

Подвергнется тому же наказанию всякий, кто гремит оружием, курит табак в трюме, не надев колпачок на трубку, или переносит зажженную свечу без фонаря.

Тот, кто не будет содержать в чистоте и постоянной готовности свое оружие или же пренебрежет этим делом, будет лишен своей доли и наказан по приговору капитана и плотника.

Потерявшему в бою кисть или стопу полагается 400 реалов; потерявшему конечность800.

Если мы повстречаем добропорядочную женщину и кто-то сунется к ней без ее согласия, немедленно будет предан смерти.

Как мы видим, в правилах пиратов Робертса присутствуют два принципа, позволявшие держать судно в боеготовности. С одной стороны, правила связывали членов команды внутренней самодисциплиной. Пираты сами принимали устав, и разумные требования порядка в море мобилизовывали разбойников на выполнение этих требований. В бытовом плане момент пиратской самодисциплины нашел яркое отражение в том трепетном чувстве, какое каждый из них питал к своему оружию. С фанатическим рвением пираты следили за состоянием своих сабель, пистолетов, пушек и ружей. За этим скрывались не только щегольство и желание порисоваться, свойственные этим людям. Блеск, красота оружия, пестрые шелковые перевязи — только одна сторона дела. Главное скрывалось в другом. Это были пиратские «орудия производства», столь же необходимые им в грабеже, как пила — столяру, а карандаш — чертежнику. Пират был обязан контролировать свое боевое снаряжение, иначе презрение и издевки товарищей превращали жизнь безответственного головореза в сущий ад.

Но дисциплина была не только результатом ответственного подхода к этому самих разбойников. Порядок поддерживался также при помощи мер насильственного характера и контролировался пиратским сходом.

Особенно наглядно демонстрирует это практика дуэли. Из пункта № 8 правил Робертса мы видим, что пираты были озабочены тем, чтобы не допустить конфликтов на судне, и все спорные вопросы решали за его пределами. В случае нарушения кодекса, наказание было безжалостным и каралось смертью. Как-то раз капитан Джон Эванс, деятель пиратского мира второго десятилетия XVIII в., поссорился со своим шкипером. Ни один из них не хотел уступать другому, и тогда капитан повелел своему помощнику немедленно сойти на берег, чтобы решить дело в поединке. Однако шкипер категорически отказался покинуть судно. Разъяренный Эванс накинулся на него и принялся избивать палкой. Защищаясь, шкипер выстрелил из пистолета и уложил капитана на месте. Немедленно был созван корабельный совет, который единодушно решил примерно наказать нарушителя и придумать ему особенную казнь. Несчастного спасло от мучений то, что во время обсуждения способов казни кто-то выстрелил в него и прикончил.

Отдельные случаи нарушения пиратского кодекса чести могли помешать проведению самых продуманных операций. Так, в 1668 году в среде пиратского воинства, находящегося в Пуэрто-дель-Принсипи, разгорелись такие страсти, что английские и французские пираты едва не перерезали друг другу глотки. Причиной конфликта стало вероломное убийство, совершенное одним английским разбойником. Рассорившись с французским пиратом, он выстрелил в него, когда противник повернулся к нему спиной. Французы потребовали повесить нарушившего законы, англичане встали на защиту своего соотечественника. Командующий экспедицией Генри Морган сумел урезонить спорщиков, пообещав провести суд над преступником. Вероломного дуэлянта заковали в цепи и посадили в трюм флагманского корабля. Вскоре обвинение в нарушении законов нависло и над самим Морганом. Дело в том, что он решил устроить показательный суд над убийцей и не позволял повесить его во время дележа добычи, на чем настаивали французы. Результатом неуступчивости Моргана стал уход французских экипажей, недовольных, с одной стороны, поведением главаря, а с другой — небольшими размерами захваченной добычи. Правда, по прибытии в Порт-Ройяль судебный процесс действительно состоялся, и англичанин, уронивший честь и достоинство британского джентльмена, был повешен.

Нередко дуэли происходили между главарями пиратов. Причем это были не просто банальные пьяные драки, наподобие той, которую устроили в каюте Ла Буш и Хоуэлл Дэвис, после которой их корабли прервали совместное плавание. Нет, случались настоящие поединки, заканчивавшиеся смертельным исходом.

Самой знаменитой дуэлью главарей была схватка в 1682 году между бельгийцем Ван Дорном и голландцем Лораном де Граа-фом. Ссора произошла после того, как вместе с шевалье де Граммоном они разграбили Веракрус. Причина ссоры доподлинно неизвестна, но, по-видимому, она произошла из-за дележа пленных. Из Веракруса пираты вывели 1,5 тыс. человек, причем продовольствия и воды в спешке не захватили. Это еще больше накалило ситуацию. Слово за слово, и главари сошли на берег выяснить отношения. Поединок на шпагах закончился резким выпадом де Граафа, ранившим в руку Ван Дорна. Ссора главарей едва не переросла в столкновение между их людьми. Было уже недалеко до серьезного кровопролития. Тогда де Грааф поспешил разделить пленных и уплыл на своих кораблях. Через несколько дней Ван Дорн умер от заражения крови и был похоронен на пустынном берегу полуострова Юкатан. Его корабль перешел к де Граммону.

Капитаны и команда

Своеобразный фокус особых отношений, царивших на пиратском корабле, — это роль, которую доверяли капитану. Широта его власти не сравнима с полномочиями капитанов военных кораблей, торговых и каперских судов. Он избирался всей командой и становился прямой «креатурой» пиратской сходки, действуя в рамках определенных условий. В обществе непосредственной демократии, каковым было пиратское товарищество, в капитаны обычно попадал «неформальный лидер», вынужденный считаться со своим эгалитаристским окружением. В первую очередь это находило отражение в бытовых условиях жизни. Эксквемелин сообщает, что «капитан корабля обязан есть ту же пищу, что и вся eго команда, до юнги включительно. Если команда желает уважить своею капитана, то ему готовят какое-либо особое блюдо, а подают его непосредственно капитану за общий стол».

Главным в деятельности капитана было руководство экипажем во время морских операций и сражений. Пират Уолтер Кеннеди (повешенный в Уопинге в 1721 г.) на судебном процессе заявил: «Они (пираты. —Д. К ) выбирают капитана из своей среды, но его полномочия несоизмеримо меньше, чем титул, за исключением военных стычек, когда ему беспрекословно подчиняются и он командует безраздельно».

Главари выделялись своей храбростью, дерзостью и опытом. Это были прежде всего военные лидеры, способные повести за собой команды. Не расставаться с удачей, идти во главе колонны на штурм крепости, руководить проведением абордажа и врываться на борт неприятельского корабля, внушая страх врагам и гордость команде, — таким видели пираты настоящего капитана, и если дела разбойников шли благополучно и приносили доход, подобные вожаки быстро завоевывали авторитет и получали все больше власти.

В военных вопросах роль капитана было опасно оспаривать. Его опыт и решительность служили залогом успеха. Эксквемелин рассказывает, как повел себя пиратский вождь Олоне накануне штурма крепости Гибралтар во время похода в Венесуэлу (1667 г.).

Он «как вожак всех пиратов, посоветовался с другими командирами, потом со всеми, кто окружал его, и дал понять, что отступать не намерен,хотя испанцы и узнали об их приближении и собрали большие силы. Его мнение было таково: «Они сильны, так тем больше мы захватим добычи, если победим их». Все единодушно поддержали его и сказали, что лучше биться, надеясь на добрую добычу, чем скитаться неведомо сколько без нее. Олоне закончил так: «Я хочу предупредить вас, что того, кто струсит, я тотчас же зарублю собственной рукой…»На следующее утро задолго до восхода солнца Олоне высадил людей на берег… Все взяли друг друга за руки и поклялись стоять друг за друга до самой смерти. Затем Олоне рванулся и закричал: «Вперед, мои братья, за мной и не трусьте!» И пираты бросились в атаку…»

Образцами подобных лидеров в казачьей среде 3-й четверти XVIII в. были запорожский атаман Иван Сирко и донской вожак Степан Разин. В дошедших до нас портретах действительность и легенда неразделимо слиты, нередко психическая неуравновешенность, лютость, лихачество и безрассудная жестокость парадоксальным образом определяют масштабы реальной власти, укрепляют авторитет главаря, способного подчинить и повести за собой разбойников.

Иван Сирко — олицетворение казацкой угрозы, «русский черт», человек, за погибель которого по фирману султана молились в турецких мечетях, чьим именем турчанки и татарки пугали своих детей. С рождения и долгое время после смерти вокруг страшного атамана витала легенда. Так, сказывали, что родился он уже с зубами (чтобы всю жизнь грызть врагов православной веры); когда же повивальная бабка несла его по хате, она и оглянуться не успела, как новорожденный герой схватил со стола пирог с начинкой и мигом его проглотил. Когда же умер Сирко, запорожцы положили его кости в гроб и возили с собой в заморские походы, а отрезанную руку своего главаря засушили и выставляли перед боем на страх врагу.

Бесшабашность, молодечество, удальство, безрассудная храбрость, казацкий задор — вот что отличало Сирко. Кроме того, по народному преданию, он «побеждал нечистых чертей» — как-то раз прогуливался атаман по берегу реки Чертомлык, а в ней черт плескался, так «он только млыкнул (мелькнул. — Д. К.) вверх ногами, когда Сирко луснул его из пистоля».

Другой казацкий вожак — Степан Разин, знаменитый предводитель крестьянской войны в России, «народный» атаман, защитник сирот и обиженных — выступает как настоящий мифологический персонаж, богатырь. Он предстает всесильным кудесником, связанным какими-то непонятными тайными отношениями с божественными силами, неуязвимым чародеем, заговоренным от пуль и ядер, убивающим врага из незаряженного ружья, таинственным волшебником, магическая сила которого не знает границ, — с помощью заклинаний он освобождает город от комаров, превращает ядовитых змей в безобидные существа, может уплыть из тюрьмы в нарисованной лодочке, пускает свои корабли «по суху и по воде», а когда потребуется собрать войско, то берет липовую щепку да бросает ее в Волгу, и гляди ж — уже по реке плывет корабль с казаками. С таким головщиком, т.е. предводителем, и разбой-то не разбой, воровство не воровство, гульба не гульба — а все дело благородное, честное, справедливое, «святое» для вольных свободных людей.

Однако легенды не возникают на пустом месте. Из замечаний современников вырисовывается образ предприимчивого храброго человека недюжинной энергии, больших способностей, предводителя сильного, властного, умеющего вести за собой людей, «…человека хоть и безродного, но на редкость искусного и ловкого, готового на любое дело… Я его несколько раз видел в городе и на струге. Это был высокий и степенный мужчина крепкогу сложения, с высокомерным прямым лицом. Он держался скромно, с большой строгостью», — вспоминал Ян Стрейс. Другой голландец, Людвиг Фабрициус, состоявший артиллеристом на русской службе и попавший в плен к разницам, рассказывал: «Если же кто-нибудь не сразу выполнял его приказ, полагая, что, может, он одумается и смилуется, то этот изверг впадал в такую ярость, что казалось, он одержим. Он срывал шапку с головы, бросал ее оземь и топтал ногами, выхватывал из-за пояса саблю, швырял ее к ногам окружающих и вопил во все горло: „Не буду я больше вашим атаманом, ищите себе другого“, после чего все падали ему в ноги и все в один голос просили, чтобы он снова взял саблю и был им не только атаманом, но и отцом, а они будут послушны ему и в жизни, и в смерти».

Капитан избирался командой и имел право на защиту от посягательств на свою власть. Если же капитану случалось нарушить установленные правила, традиционное уважение к начальнику на корабле и почитание его прав как выборного руководителя нередко заставляли сходку решать вопрос в его интересах. Весьма характерным эпизодом стала история, произошедшая на корабле Бартоломью Робертса. Один пират обругал своего капитана и был застрелен им на месте. Приятель убитого, Ральф Браг, потребовал, чтобы капитан, поднявший руку на члена экипажа и проливший кровь на борту судна, был казнен. Роберте бросился на него с обнаженным клинком, завязалась драка. Браг был человеком крепкого сложения и незаурядного мужества и, несмотря на полученную рану, опрокинул капитана на палубу и начал избивать его на глазах у экипажа. Наконец его оттащили от окровавленного Робертса, и команда устроила совещание по поводу судьбы обоих. Принятое решение гласило, что за оскорбление чина капитана Браг приговаривается к получению двух ударов линьком от каждого члена команды.

Взаимоотношения капитана и команды отражали старые морские традиции, когда для принятия решения хозяин советовался с бывалыми моряками. Жизненный опыт команды и капитана был определяющим при решении насущных вопросов. В ряде случаев агрессивность, всеуничтожающая воля капитана подавляли сопротивление разношерстной команды, могли запугать ее и заставить отступить. Однако подобные «победы» были эфемерны, так как накапливаемое раздражение против главаря в любой момент могло плачевно окончиться для нарушителя кодекса. Ссора с потенциальными претендентами на виселицу, коими были все пираты, таила немалую опасность. Капитана могли сместить за трусость или жестокость, он мог стать жертвой «несчастного случая». Известны случаи, когда команда скинула капитана за то, что он отказался напасть на английское судно; другой предводитель пиратов пострадал оттого, что вел себя «подобно джентльмену». В особых случаях неугодный деспот-капитан мог поплатиться жизнью. Так, например, Джон Филлипс погиб в результате заговора своей команды. Он вышел ночью на палубу, заслышав шум (убирали неугодного боцмана, приближенного капитана), был оглушен и выброшен в море. Капитана Анстиса застрелили во сне в собственной каюте, после чего пираты-заговорщики пришли в голландские владения острова Кюросао, где сдались властям и были амнистированы.

Механизм прямых выборов и насильственное уничтожение капитана были крайними, но не единственными средствами давления команды на главаря. Большую роль во взаимоотношениях капитана и команды играл квартирмейстер. Он выступал посредником в сложных цепочках взаимоотношений, связывавших обе стороны. Будучи представителем команды и выполняя роль второго человека на корабле, квартирмейстер должен был следить, чтобы капитан не нарушал интересы братства. В его лице капитан всегда имел потенциального конкурента в борьбе за власть над кораблем, представителя команды в управлении судном.

Правосудие

Пиратский кодекс чести определял систему правосудия разбойного мира. Описывая процесс судопроизводства, Эксквемелин подчеркивал:

«Пираты придерживаются своих собственных законов и сами вершат суд над теми, кто совершил вероломное убийство. Виновного в таких случаях привязывали к дереву, и он должен был сам выбрать человека, который его умертвит. Если же окажется, что пират отправил своего врага на тот свет вполне заслуженно, то есть дал ему возможность зарядить ружье и не нападал на него сзади, товарищи убийцу прощают».

Правосудие вершил суд, составленный из представителей «пиратского братства». Случаи предательства, дезертирства и нарушений дисциплины в условиях «военного времени» также карались беспощадно. Нередко пиратам удавалось сохранить верность принципам даже в самых чрезвычайных ситуациях. Весной 1697 года, во время Войны Франции против Аугсбургской лиги, богатый город Картахена был захвачен французской военной экспедицией, возглавляемой капитаном 1-го ранга бароном де Пуэнти. В составе эскадры находились флибустьерские суда, команды которых согласились участвовать в операции на заранее обговоренных условиях. В Картахене начались повальные конфискации. Безжалостно разграбленный город выплатил огромную денежную сумму. Однако при разделе добычи флибустьеров обманули, и выплаченная им доля оказалась мизерной в сравнении с тем, на что они рассчитывали. Разъяренные разбойники готовились напасть на флагманский корабль де Пуэнти и отстоять свои права на добычу. Неизвестно, чем могло бы закончиться дело, если бы волну ярости не удалось направить на уже разграбленную Картахену. Обозленное воинство вновь ринулось на город и организовало в нем новый денежный сбор. В несколько дней назначенный выкуп был собран. Тогда-то и произошел эпизод, описанный историком пиратства Ф. Архенгольцем:

«Жители Картахены до отъезда флибустьеров были еще свидетелями акта правосудия пиратов. Двое из них преступили приказание не делать никаких, бесчинств и изнасиловали несколько девушек. Родственники последних осмелились пожаловаться, основываясь на формальной обещании флибустьеров удержаться от всяких неприязненных поступков. Жалоба была принята, преступников схватили, привели на военный суд, наскоро образовавшийся из пиратов, который присудил их быть расстрелянными, что, несмотря на ходатайство самих обиженных, было немедленно исполнено на глазах всех жителей».

Особенную боязнь у пиратов вызывало дезертирство — ведь если беглец попадал в руки властей, он мог сделаться доносчиком, и тогда… Поэтому все члены команды приводились к присяге (на Святом Писании) — из следовавших затем разъяснений «коллег» обращенному становилось понятно, что всякое предложение к разделению или роспуску команды чревато самым серьезным наказанием; и расстрел квартирмейстером без приговора суда был скорейшей, но далеко не самой ужасной карой.

У пиратов были разработаны и другие способы казни, как, скажем, известное на весь мир маронирование. «Маронирование» происходит от «марунов» («maroons») — беглых нефов-рабов Вест-Индии, женатых на индианках и скрывавшихся в горно-лесистых районах на Гаити, Ямайке, Маврикии, в Суринапе. Корень слова, по-видимому, идет от искаженного местного определения, подразумевающего «обитателя гор», в широком смысле — беглеца, дезертира, изгоя. Изощренная жестокость наказания заключалась в том, что, оставляя преступнику жизнь, его лишали шансов на спасение, выживание. Приговоренного отводили на берег «необитаемого острова», но не подобного острову Мас-а-Тьерра из архипелага Хуан-Фернандес, описанному Д. Дефо как остров Робинзона Крузо, а на маленькую длинную отмель, косу, затопляемую во время морского прилива. Ему оставляли пистолет и порох на один выстрел, чтобы доведенный до отчаяния жаждой, голодом или затопленный стихией он мог застрелиться.

Не менее страшной была и другая форма казни, когда приговоренного заставляли идти по доске, — с борта в море выставлялась длинная доска, и несчастный шел по ней до тех пор, пока не падал в море.

Суровостью отличалась и система наказаний, предусмотренная обычаями запорожских и донских казаков. Воровство, убийство товарища, побои, обида, нанесенная женщине, дезертирство и пьянство во время военных действий карались беспощадно. Так, за убийство товарища преступника закапывали живым в землю. Николай Васильевич Гоголь, описывая процедуру приведения приговора в исполнение, писал: «…вырыли яму, опустили туда живого убийцу и сверх него поставили гроб, заключавший тело им убиенною, и потом обоих засыпали землею». Он же упоминает другое наказание: «Если казак проворовался, украл какую-нибудь безделицу, это считалось уже поношением всему казачеству: ею, как бесчестною, привязывали к позорному столбу и клали возле него дубину, которою всякий проходящий обязан был нанести ему удар, пока таким образом не забивали его насмерть. Не платившего должника приковывали цепью к пушке, где должен был он сидеть до тех пор, пока кто-нибудь из товарищей не решался его выкупить и заплатить за него долг». Практиковалось повешение за ноги, повешение на железный крюк. У донских казаков распространение получило «сажание в воду». «На преступников, подлежащих смерти, надевали мешки, которые наполняли песком и каменьями, и так бросали в воду, а тем, которых преступления не столь важны были, насыпали песку в платья, и с тем их на несколько времени в воду сажали».

Ко времени Степана Разина относится весьма примечательное наблюдение Фабрициуса, приподнимающее завесу еще над одной стороной разбойной жизни. «Проклятия, грубые ругательства, бранные слова, а у русских есть такие неслыханные и у других народов не употребительные слова, что их без ужаса и передать нельзя,все это, а также блуд и кражи Стенька старался полностью искоренить. Ибо если кто-либо воровал у другого что-либо хоть не дороже булавки, ему завязывали над головой рубаху, насыпали туда песку и так бросали его в воду. Я сам видел, как одного казака повесили за ноги только за то, что он походя ткнул молодой бабе в живот».

Пиратский суд представлял суровое испытание для всех его участников, так как ставкой на нем была человеческая жизнь. Поэтому иногда в ходе процесса происходили воистину ошеломляющие эпизоды. В неопубликованной рукописи о пиратах, автор которой — русский путешественник Федор Васильевич Каржавин, приводится рассказ об одном судебном процессе, произошедшем на судне Бартоломью Робертса.

«…Пока все были пьяны, Гарри Гласбай, человек трезвый, шкипер на судне „Королевская фортуна“, с другими двумя единомышленниками, отставали от него потихоньку, однако он (Робертс.Д. К.), скоро узнал о сих беглецах, послал отряд в погоню за ними, и они все трое были пойманы и приведены назад; по делу немедленно отданы под суд. Когда все были готовы и капитан Робертс сел в президентское кресло, позвали виновных в прихожую, где стояла большая чаша с пуншем на столе, с разложенными трубками и табаком; когда суд открылся, им было прочитано обвинение. Закон, сочиненный пиратами, был весьма строг, и уже собирали голоса на приговоре к смерти; как выпивши по другому стакану, узники стали просить об остановке сего суждения. Но преступление их найдено столь великим, что сидящие не приняли их просьбы; вдруг некто Валентин Стурдибак прибежал наверх, говоря, что он имеет предложить нечто суду в пользу одного из узников, и клялся притом, что он знает его давно за честного человека, и не хуже всех других тут присутствующих, и что имя ему Гласбай: «Клянусь, говорил он, что он не умрет, и, черт меня возьми, ежели придется ему умереть». Проговоря сии слова, вынул из кармана заряженный пистолет и приставил его к груди одного из судей, которой, видя сие толико сильное доказательство, заговорил, что он Гласбая не находит виноватым, прочие все согласны были с его мнением. И положили, что сам закон Гласбая оправдывает… А другие два по тому же закону осуждены на смерть, и только сделана им та милость, что позволено им выбрать четверых товарищей, которые бы их расстреляли…»

В разгуле веселья

Не всякий суд оканчивался столь трагично. Пираты вовсе не были мрачными мизантропами и любили забавляться в свойственной им грубоватой манере. Возможность отдохнуть, повеселиться, хорошенько выпить и порезвиться настраивала их на благодушный лад. «Они буквально за месяц спускают все, что нажили за год или полтора, — отмечал прекрасно знакомый с нравами пиратской братии Эксквемелин. — Они хлещут водку, словно воду, вино покупают прямо бочонками, выбивают затычки и пьют до тех пор, пока бочонок не опустеет. День и ночь буканьеры шатаются по селениям и славят Бахуса, пока остается хоть грош на выпивку… Некоторые из них умудряются за ночь прокутить две-три тысячи реалов, так что к утру у них не остается даже рубашки на теле. Я знал на Ямайке одного человека, который платил девке пятьсот реалов лишь за то, чтобы взглянуть на нее голую. И такие люди совершают много всяческих глупостей. Мой бывший господин частенько покупал бочонок вина, выкатывал его на улицу, выбивал затычку и садился рядом. Все шедшие мимо должны были пить вместе с ним — попробуй не выпей, если тебя угощают под ружейным дулом, а с ружьем мой господин не расставался. Порой он покупал бочку масла, вытаскивал ее на улицу и швырял масло в прохожих прямо на одежду или в голову». Суеверия этих невежественных людей и верность морским традициям привносили в обыденную жизнь экипажа светлые оттенки. Так, например, бережно сохранялись морские ритуалы, принятые при проходе экватора или опасных рифов. Подлинная же вакханалия радостного упоения жизнью захватывала бравых молодчиков где-нибудь в уединенном, заброшенном людьми уголке, где морские скитальцы были предоставлены сами себе. Здесь-то и рождались веселые судебные процессы-постановки, рассказы о которых потом долго ходили по морям, обрастая многочисленными подробностями. Разбойники всласть веселились и издевались над ненавистным им порядком цивилизованного судопроизводства.

Один такой «процесс» произошел на маленьком островке у побережья Кубы. Пираты капитана Анстиса уже несколько месяцев предавались здесь безделью. В один из дней они собрались на опушке тропического леса. Зной и духота жаркого дня не помешали им вкусить радость от театрализованного зрелища, свидетелями которого они стали. Первым предстал перед глазами зрителей, разлегшихся на изумрудной траве, сам подсудимый. С лицом, искаженным гримасой ужаса, он, «трясясь от страха», поглядывал с тоской в ту сторону, откуда должен был появиться главный судья. Наконец из джунглей вышел судья, его прибытие сопровождалось громом оваций и аплодисментов, пираты вскочили со своих мест и стали палить в воздух из пистолетов. В адрес «несчастного» подсудимого посыпались угрозы. Судья подошел ближе, и теперь пираты уже могли его разглядеть. На голову он напялил какой-то невообразимо грязный колпак, а его судейскую мантию заменял гнусного вида широкий брезент, который волочился за судьей, поддерживаемый двумя мрачными субъектами, изображавшими помощника и советника. На нос судья водрузил уродливые очки. Приняв угрожающий вид, он сурово поглядывал на подследственного. Доковыляв до дерева, вокруг которого собралась вся компания, судья, кряхтя и чертыхаясь, вскарабкался на толстый сук и удобно устроился на нем, так что «мантия» его сползла вниз и касалась земли. Под деревом расположились «помощник» и «советник». Судейский жезл заменяли предметы, которые они держали в руках. У одного из них был лом, у другого — заступ. Общественный обвинитель представил суть дела: «Господа, этот мерзавец, который стоит перед вами, самый гнусный негодяй, которого только и остается, что повесить на большой дороге. Он родился специально для виселицы, и поэтому, побывав в сотнях переделок, до сих пор не утонул и не был застрелен. Сколько слез пролилось из-за этого мерзкого пирата. Но не в этом его главная вина. Представьте себе, эта образина ничего не пьет, кроме пива, он ни разу не нализался, как собака; такие целебные напитки, как ром, джин или водка, он отвергает, как будто это дьявольская зараза. А Вашему правосудию, да и всем присутствующим, совершенно ясно, что ничего хорошего не может выйти из человека трезвого. Кем иначе, как лишь лукавым проходимцем и жалким обманщиком, может быть человек, у которого после доброй порции не развязывается язык». После речи обвинителя началась доверительная беседа судьи с виновным. «Мы в изумлении от тяжести преступления этого плута. Что ты скажешь, омерзительная собака, прежде чем мы тебя повесим сушиться на солнце, как дохлую ворону, которая единственно для того и пригодна, чтобы отпугивать других птиц? Виноват ты или нет? И посмей только сказать „нет“ . » Обвиняемый с дрожью в голосе говорит: «Нет».

К восторгу публики, судебный процесс затягивается. Наконец после собственных яростных обличений судья предоставляет слово защитнику. Его речь кратка. «Трудно придумать более тяжкое преступление, чем то, в котором обвинен мой подзащитный. Я предлагаю повесить его как можно скорее, потому что мне стыдно защищать такого ублюдка». После одобрительных криков толпы, судья принимается за чтение приговора. «Нехорошо будет, — начинает блюститель законов, — если в тот день, когда я сижу судьей, никто не будет повешен. Посмотрите на физиономию этого типа — по-моему, ясно без слов, что за одну такую рожу следует отправлять на виселицу. И, наконец, уже несколько часов, как мы тут тратим время на этого бездельника, обеденная пора давно миновала, и весь этот суд мне уже осточертел. Я голоден, и пора его вешать». «Суд» обычно заканчивался ко всеобщему восторгу пиратов. Судья и подсудимый выпивали по чаше рома и присоединялись к общему веселью.

Подобные театрализованные постановки были весьма распространены и оживляли пиратские будни, внося разнообразие в монотонную жизнь на корабле.

Пираты охотно разыгрывали эти импровизированные «пьесы» и самозабвенно предавались сценическому действу. Этих людей влекла необычная жизнь вымышленных героев на сцене, им импонировала эта незнакомая атмосфера, рассказывавшая о другом мире; в череде повседневных событий подобное лицедейство давало хорошую психологическую встряску, обеспечивало душевный подъем. В каком бы амплуа ни приходилось выступать «на подмостках» этим головорезам — на ролях главных персонажей или в качестве второстепенных действующих лиц, — новоиспеченные актеры самозабвенно исполняли свои «партии». Зрительская аудитория, всегда щедрая на брань и на похвалы, бурно реагировала на все нюансы действия и вовсе не была пассивным участником — сопереживание происходящему на сиене иногда перерастало в буйство, выходящее далеко за рамки того, что задумывал «постановщик». Некоторые из таких сценических «встрясок» заканчивались плачевно для участников. Вот, например, какие события произошли на борту судна «Уайдах», когда пиратскому главарю, капитану Беллами, вздумалось поставить пьесу о жизни царя Александра Македонского.

Кульминационным эпизодом представления была сцена казни пойманного греческого пирата. Спектакль подходил к концу, и актеры собирались уже «повесить» своего незадачливого собрата по ремеслу, как вдруг события приняли неожиданный оборот. Виновником этого был корабельный канонир, дотоле спокойно сидевший около борта, с изумлением взирая на непривычное для него зрелище. Простодушный малый, он принимал все происходящее за чистую монету, но к концу спектакля заметно встревожился, а когда речь зашла о виселице, был уже явно не в себе. Ошеломленный участью, уготованной его приятелю, игравшему роль «греческого пирата», канонир решил действовать. Еще бы, ведь Джек Спинклз, его старый добрый товарищ по грабежам, человек, которого покамест не достали ни ядра, ни пули, ни клинки, теперь, вот так бездарно, в руках своих же «бывших товарищей», этих подлых негодяев, закончит жизнь, болтаясь в петле. «Ну уж этому — не бывать», — решил наш молодец. Вскочив со своего места, бравый артиллерист рванул в трюм и заорал своим приятелям, мирно беседовавшим за чашей рома: «Эй, ребята, вот вы тут сидите, а мерзавцы, там, наверху, приканчивают почтенного Джека Спинклза. Если мы не вмешаемся, то они, чего доброго, примутся и за нас». Прокричав эти слова, канонир схватил фанату, зажег фитиль и, мигом взлетев на палубу, швырнул ее в участников постановки, эти подлых «тюремщиков» и «судей». Сидевшие внизу тем временем «поняли», в чем дело. «Черт возьми, не дадим своих в обиду», — и из трюма вырвалась ватага пьяных, рассвирепевших вояк, размахивавших саблями и пистолетами. В пороховом дыму развернулась ожесточенная потасовка. Не сразу удалось внести ясность в происходящее и утихомирить разбушевавшиеся страсти. Однако этих минут хватило, чтобы разбойнику, игравшему роль Александра Македонского, отрубили руку, а почтенный Джек Спинклз в драке потерял ногу.

В этой связи вспомним разгул веселья, запечатленный Ильей Ефимовичем Репиным в знаменитой картине «Запорожцы пишут письмо турецкому султану». В основе сюжета — история того же «лицедейского» ряда. Турецкий султан Мехмед IV собирался отправить против Запорожской Сечи войско, но решил сначала попробовать добиться повиновения казаков мирными средствами, отправив письмо с требованием «сдаться мне добровольно и без всякою сопротивления и меня вашими нападениями не заставлять беспокоить».

Восторг, охвативший казаков при получении такого послания, не поддается описанию. Составляя ответ, они изощрялись, как могли, чтобы не ударить в грязь лицом перед Блистательной Портой: немного найдется в истории примеров такой разухабистой «дипломатической переписки».

Запорожские казакитурецкому султану

«Ты — шайтан турецкий, проклятого чорта брат и товарыщ и самого Люиыперя секретарь! Який ты в чорта лыиарь? (султан имел неосторожность назвать себя «необыкновенным рыцарем, никем не победимым». —Д. К.)

Чорт выкидае, а твое вийско пожирае. Не будешь ты годен сынив хрестияньских пид собою мати; твого вийска мы не боимось, землею и водою будем бытьця з тобою. Вавилонский ты кухарь [6], македонский колеснык [7], ерусалимський броварнык [8], александрийский козолуп, Великого и Малою Египты свынарь [9], армяньска свыня, татарский сагайдак [10], каменецкий кат [11], подолянський злодиюка [12], самого гаспида внук и всего свиту и подсвиту блазень [13], а нашого Бога дурень, свыняча морда, кобыляча с… а, ризныцька собака, нехрешенный лоб, хий бы взяв тебе чорт!

Оттак тоби козаки видказали, плюгавче!

Невгоден еси матери вирных хрестиян.

Числа не знаем, бо календаря не маем, мисяц у неби, год у кнызи, а день такий у нас, як и у вас, поцилуй за те ось куды нас!»

Кошовой атаман Иван Сирко зо всим коштом запорожським».

Братство, несущее возмездие

Вход в пиратский мир был открыт для людей, ощущавших себя неприкаянными и беззащитными в привычном человеческом мире или ставших обременительными в силу действовавших в обществе законов. Одним из моральных критериев, которые привлекали к занятию морским грабежом, была надежда обрести внутреннюю свободу в общении с такими же горемыками, мечта о здоровом человеческом сосуществовании. Не случайно о пиратских бандах говорили как о братстве. Идея сотрудничества и взаимопомощи пронизывала все экономические, военные, хозяйственные и бытовые стороны пиратской жизни. Уравнительное распределение добычи, демократические принципы управления, равенство разбойников перед коллективно принятыми обязательствами, совместное проживание на узком пространстве корабля — все это вместе взятое сплачивало людей.

Однако не будем обольщаться — мир пиратов был миром грабителей и убийц. Он вовсе не был гуманным, и в настроениях его обитателей доминировало вовсе не человеколюбие. Пиратское братство строилось на жестокой практике возмездия за предательство, измену, и те, кто вступал с ним в борьбу, жили под гнетущим чувством постоянной угрозы стать жертвой беспощадной мести своих врагов. Взаимопомощь и месть шли рука об руку. В этом сразу убеждались представители властей, которым удавалось захватить грабителей в плен. Они немедленно становились объектом страшных угроз со стороны друзей пленников, плавающих на свободе.

Отряд пирата Соукинса появился в 1680 году в окрестностях Панамы. Пиратский вожак отправил губернатору послание с требованием выдать захваченных пленников. «Мы подойдем на кораблях к вашим стенам, чтобы вы могли получить удовольствие видеть пленных испанцев повешенными на реях. Мы хотим поставить вас в известность, что являемся начальниками над всеми южными морями. Итак, решайте, стоит ли заставлять нас нетерпеливо ждать вашего решения о жизни или смерти наших людей, находящихся у вас в плену. Если вы решите убить их, то непременно получите головы пленных испанцев в понедельник утром.

Начальствующие над всеми южными морями».

Весной 1717 года пиратское судно было разбито штормом около Бостона. Оставшиеся в живых сумели выбраться на берег, где были схвачены и посажены в тюрьму. Печальная участь захваченных не оставила равнодушным бандита Тича Черную Бороду. Власти получили послание с предупреждением, «что если заключенные пострадают, то они (пираты. — Д. К.) будут убивать любого, кто имеет отношение к Новой Англии». Прошло немного времени, и Тич захватил бостонское торговое судно. Его сожгли, а Черная Борода объявил, что сделано это в отместку властям, казнившим пиратов. Он предупредил, что подобной участи подвергнутся все бостонские суда. Не чуждался мести и знаменитый Бартоломью Робертс с его богатейшим арсеналом средств устрашения. Так, например, он объявил войну кораблям с островов Мартиника и Барбадос, губернаторы которых осмелились устроить на него облаву. Он терроризировал власти островов Вест-Индии постоянными угрозами о мщении. Слова Робертса не расходились с делом. В 1720 году он ворвался на рейд Бас-Терра (о. Сент-Киттс) и сжег находившиеся там корабли в память о гибели «своих товарищей на Невисе». В следующем году власти Виргинии были так запуганы его обещаниями навестить город и отомстить за казненных в нем пиратов, что призвали население к бдительности и в срочном порядке установили 60 пушек на укреплениях.

Пираты были мастерами создания атмосферы страха, психологического стресса. Тем самым они «обезвреживали» свои жертвы, парализовывали возможное сопротивление. Огромную роль в нагнетании напряженности, удручающего чувства обреченности у противника играли прозвища пиратских главарей, названия их судов и зловещая символика разбойников. Причем по мере того как распадались огромные островные колонии пиратов и их промысел приобретал все более индивидуальный характер, необходимость в такого рода «мерах» возрастала.

Угроза мести преследовала и капитанов военных судов, отличившихся в войне против морских разбойников. Они попадали в черный список. В 1723 году пиратский главарь Френсис Спригсс дал клятву убить капитана Мура за участие в уничтожении пирата Лоутера. Он же пообещал «зайти в гости» к капитану Солгарду, который взял верх над пиратским судном Чарлза Харриса. Находясь под гнетом пиратского шантажа, местные власти постоянно рисковали, преследуя своих врагов. Проводя твердый курс, администрация всегда помнила о возможной участи кораблей, которые могли оказаться в руках свирепых мстителей, верных своим клятвам.

Д. Н. Копелев

Из книги «Золотая эпоха морского разбоя»

Примечания

[1] Характерно происхождение некоторых пиратских вожаков начала XVIII в.: Джон Филлипс — из семьи плотника, был тиммерманом на корабле; Джон Эванс из Уэльса — шкипером купеческого судна; Дэвис из Милфорла — моряком, штурманом; Бартоломью Робертс из Уэльса — моряком; Дэвид Лоутер — подштурманом; Эдвард Ингленд вышел из семьи ирландских крестьян, служил юнгой на флоте, а затем дезертировал; Томас Куклин был матросом.

[2] Любопытно, что он, как и другой персонаж «Острова сокровищ» — злодей Израэль Хэндс, — был реальным историческим лицом. Последний, член экипажа Тича Черной Бороды, счастливо избежал виселицы после захвата пиратского судна «Месть королевы Анны» в 1718 г. Повредив накануне решающей схватки колено, он был отправлен на берег и не участвовал в последнем бою кровавого капитана. Он был приговорен к повешению, но затем амнистирован. Просидев в тюрьме некоторое время, Хэндс был выпушен на свободу, уехал в Англию и проживал в Лондоне, влача нищенское существование.

[3] Возможно, что под этим псевдонимом скрывался английский писатель Даниель Дефо.

[4] Демократическая система казачьего схода весьма напоминает изложенное. Вспомним круг: «Круг — это когда казаки по приказу атамана собираются в круг, а посреди круга втыкается головное знамя, около которою становится атаман со своими старшими офицерами, которым он сообщает свой замысел с тем, чтобы те довели его до сведения рядовых сотоварищей и выслушали их мнение об этом. Если рядовым сотоварищам по душе атамановы предложения, то все в один голос выкрикивают: „Любо, любо!“» (Д. Фабрициус. «Записки».)

[5] См. Бытие. Второзаконие. 25:2,3.

[7] Колеснык — делающий ездовые колеса; возможна ассоциация с казнью колесованием.

[9] Любой намек на свинью содержал страшное оскорбление для мусульманина.

[10] Сагайдак — лук с колчаном. Намек на то, что лук («турок») висит за спиной татарина (вассала Империи), ударяя его ниже спины и по ногам.

[11] Т. е. палач Каменец-Подольска — намек на разграбление и опустошение этого города турками.

[12] Намек на разорение Подолии.

[13] Блазень — малолетний неопытный глупец.

Смотрите так же:

  • Ставки подоходного налога в германии Налоги в Германии Германия является сердцем Европы и отличается весьма непростой налоговой системой. О том, какие именно налоги в Германии предстоит выплачивать жителям страны, а также тем, кто пока еще не получил статуса гражданина, власти аккуратно […]
  • Выплаты по осаго автоюрист ПОМОЩЬ АДВОКАТОВ ПО СТРАХОВЫМ СПОРАМ Взыскание выплат со страховых компаний Страховая тянет с выплатой по ОСАГО или КАСКО? Поможем получить страховую выплату в полном объеме! Занижают размер выплаты? Взыщем в суде полную стоимость ущерба! НЕТ ВРЕМЕНИ НА […]
  • Как воспользоваться страховкой по кредиту Как воспользоваться страховкой по кредиту, если я стал инвалидом? Подскажите как быть в данной ситуации. Я выплачивают кредит за автомобиль, выплачивал всегда исправно. Кредитная история у меня идеальная. Но сейчас произошло так, что у меня со здоровьем […]
  • ВВолочек городской суд Справочник судов Адрес: 171163, г. Вышний Волочек, Казанский пр-т, д. 18 171163, г. Вышний Волочек, Казанский пр-т, д. 18 На основании сведений, предоставленных архивным отделом Администрации города Вышний Волочек, возможно считать датой образования […]
  • Доплата к пенсии шахтерам с 1 ноября 2018 Подписка на новости Письмо для подтверждения подписки отправлено на указанный вами e-mail. 09 августа 2018 По состоянию на начало августа текущего года в Калининградской области получателями доплаты к пенсии являются 260 летчиков и 91 работник угольной […]
  • Закон на коперник грешем Закон на коперник грешем Коперник первым обратил внимание на закономерность, известную как Закон Коперника — Грешема (независимо обнаружен также английским банкиром Томасом Грешемом). Согласно этому принципу, более устойчивые по своему курсу деньги […]
  • Ставка транспортного налога в пензенской области на 2018 год Транспортный налог в Пензенской области в 2018-2017 г. Порядок, ставки и сроки уплаты транспортного налога в Пензенской области на 2017-2018 год установлены Законом Пензенской обл. от 18.09.2002 № 397-ЗПО «О введении в действие транспортного налога на […]
  • Действие актов о налогах и сборах во времени и в пространстве 7. Действие актов законодательства во времени, в пространстве и по кругу лиц Действие актов законодательства во времени. В соответствии со ст. о НК РФ существуют следующие группы законодательных актов:!)Федеральные законы, изменяющие НК РФ в части введения […]